Времена былинные. Книга Вторая. Вольные стрелки (СИ) - Макеев Максим Сергеевич - Страница 81

К середине марта переехал весь лагерь, кроме того парня, что дровами на митинге интересовался. Молодой, бойкий, он так и остался жить в своей землянке. Я поспрашивал людей, кто такой, почему не идёт. Оказалось, горшечник, приблудный, три года только на прежнем месте жил. Лет двадцать ему, пришёл на лодке малой в своё время, да и остался у их гончара в подмастерьях. Его так и звали - Горшок. Вообще же со специалистами среди беженцев было туго, сплошь крестьяне. Оно и понятно - чем больше во время эпидемии взаимодействуешь с людьми, тем больше шанс заболеть. Кузнецы, травники, знахари, торговцы - полегли чуть не в первую очередь, особенно те, у кого иммунитет слабый был. Те же, кто сидел на своих запасах, да носа из избы не высовывал, выживали чаще. Горшка же, по словам моих крепостных, спасло то, что жил он себе на уме, и делал в своём сарае на продажу посуду да поделки, а его мастер, горшечник, сам их продавал. И жил Горшок на рабочем месте, там же в сарае. Начался мор, ремесло встало, Горшок чуть не до самого выхода из деревни проторчал один в своём сарае, достаточно нелюдимый парень был. И он был единственный ремесленник, доживший до похода на север.

Выяснив подноготную, пошёл поспрашивать последнего беженца о его планах. Ну не хочет человек на моих условиях в крепость, что я теперь сделаю? Нашёл его на пляжике, тот сидел на брёвнышке и подставлял едва тёплому мартовскому солнцу лицо, щурился и улыбался.

- Здорова, Горшок. Так тебя называть можно?

- Да называй, только в печку не суй, - усмехнулся парень и посмотрел на меня.

- Ты тут у нас один остался, в лагере вашем, не в крепости, - я присел рядом с ним, - почему так, не скажешь?

- А чего говорить, - он опять поднял лицо к солнцу, прищурил глаза, - у тебя сытно, как люди бают, да тепло. А воли нет, сам говорил. А мне воля - это всё, я как потеплеет, плот себе сделаю, да пойду дальше, места пустые искать.

- А то, что долг твой на остальных раскидают, не переживаешь?

- Не-а, я человек приблудный, остальные на меня и не надеялись.

- Ну тогда скоро прощаться нам придётся. Сам понимаешь, я условия одинаковые для всех поставил.

- А я задерживаться не собираюсь, - широко улыбнулся Горшок.

- Плот-то как рубить будешь? Да вязать? - от этих слов парнишка посмурнел, сделать плот без инструментов было сложно, - Может, помочь тебе? Не просто так - за совет.

- Совет? А что за него?

- Если дельный будет - брёвен дам, верёвок, гвоздей да еды в дорогу. А то и лодку замастырим, чем леший не шутит. Но то от совета зависит. Ежели никак не поможешь - Ну а если - тогда сам крутись, - я хотел собрать местный опыт обработки глины.

Мы-то вроде научились делать многое, и кирпичи выходили, и посуда. Но вот качество да предсказуемость результата была на уровне "фифти-фифти". Или добрый кирпич, что не всякой кувалдой разобьёшь, или наоборот - чуть не в руках рассыпается. И многочисленные опыты с разной глиной, водой, песком, их пропорциями множились чуть не в геометрической прогрессии - уж слишком разнообразной была сырьевая база. Ну а если под рукой есть вроде как специалист в этом деле - отчего бы не воспользоваться? Тем более, что крепостные его считали отрезанным ломтем, и даже на то, что долг его на всех раскидали никак не отреагировали. Чужой Горшок для них. Да и прирост долга был мизерный.

- Секрет какой выпытать хочешь? - чуть настороженно поинтересовался парень

- Да мне секреты не нужны, так, пара мыслей дельных. У нас с глиной проблема. Мы кирпичи из неё делать-то научились, посуду тоже, режимы подобрали, огонь нужный, время, но как-то не та они себя ведут. Мы по-разному пробовали, но не получается таких, как я хотел, и так, чтобы гарантированно. Ощущение такое, что одни воду в себя берут. А сильнее греем - лопаются. Другие механические нагрузки не держат, третьи - резкие перепады температуры. Может, глянешь? Глаз-то у тебя намётанный...

- Я не понял, что ты там говорил. Но гляну, чего не глянуть? Мы добрым людям завсегда поможем, - Горшок встал с дерева, улыбнулся - особенно если они нам в ответ тоже поспособствуют. Пошли, что ли?

- Прямо сейчас? - я тоже поднялся, - Ну если время у тебя есть, то пойдём. Глаза, правда, я тебе завяжу, не обессудь.

- Да я знаю, сказывали люди, как вы свои секреты бережёте, - гончар ехидно улыбнулся.

- Да мы не секреты охраняем, мы провоцировать, ну, делать так, чтобы мысли дурные в голову лезли, не хотим. Народу-то много, я их всех не знаю, как себя поведут, если странное увидят - тоже непонятно.

- А у тебя много странного? - мы шли к крепости, Горшок шёл за мной.

- Да хватает, - я завязал ему глаза, - пойдём, вот тут аккуратно...

Привёл Горшка в нашу "Палату мер и весов". Тут у нас образцы наших экспериментов, с описанием свойств да технологии получения. Развязал парню глаза,тот зажмурился после повязки от яркого света. Начал проводить Горшку экскурсию:

- Вот смотри, мы эту глину возле болота брали, два часа её при температуре... ну средним образом прогревали. А вот эту - в два раза больше, при том же огне. По твёрдости эта лучше получается, первая, но размокает больше, а вторая - хрупкая, но воду не пропускает... Ты слушаешь? - я вынул голову из книги с описанием технологий.

Горшок стоял, пальцем задумчиво водил по стеклу. Потом перешёл на полки с книгами, затем к образцами глины, камня, земли и песка:

- Вот из этого поделки хорошие получаются, - ткнул Горшок в один камешек, - а вот этот если с тем вместе жарить, может медь выйти, а вот этот...

- Ты ж вроде гончар? По камни-то откуда знаешь? - удивился я.

- А мне отец рассказывал. Он знатный мастер по камню, у него учился, да нас в семье много было, почитай десять человек, я средний. Как подрос - пошёл на сторону ума набраться, да своё дело хотел. На Ладоге не взяли в ученики-то, пришлось дальше идти, вот у гончара и очутился. Думал, поработаю ещё и с глиной, да и дальше пойду, может, устроюсь.

- Вот тот камень, из которого медь получается, я вот тут нашёл, но он там один был, - я достал карту, развернул на столе, - а второй - здесь был, таких много там...

- Это что за рисунок? - Горшок ткнул пальцем в значки на карте, которыми мы обозначали различные найденные образцы, - а это что? А это?

- Да вон видишь номер, ну, тоже рисунок возле камня нарисован? - я показал на полку с образцами, - а вот в книге написано, каким значком обозначаем. Смотришь на карту, видишь значок, смотри в книге какой номер на образце. Ну или наоборот, ищи в образце, потом в книгу, потом на карте ищи. Все просто.

- И впрямь. Забавно! - Горшок погрузился в карту и книгу.

Так, сдаётся мне, эксперта по глине мы потеряли. Вон как увлёкся, не оттащишь.

- А с глиной что?

- Ты какой песок брал? Глину? Сколько? Воды сколько перед лепкой? - не отрываясь от карты, Горшок засыпал меня вопросами, - А это вот, голубая линия, ручей, значит?

- Ну да, ручей, - я рылся в технологических картах и диктовал ему пропорции.

- Смотреть надо, не пойму я по-твоему.

- Ну давай искать тогда, - я полез в подвал, доставать ещё образцы.

До вечера Горшок щупал песок, глину, потом ещё воду попросил, которую мы используем! Налил ему из чайника - мы такую в глину кладём, кипячённую. Потом из того же чайника пили отвар, а Горшок диктовал мне приблизительные пропорции. Затем и до опыта дошли - в лаборатории нашей под изумлённым взглядом парнишки мы с Буревоем "выпекали" образцы для тестов, ломали и грели их до ночи на испытательном стенде. Получилось, помог Горшок. Теперь у нас есть технология для получения огнеупорных и строительных кирпичей, состав глины для посуды и поделок. Закончили уже в темноте.

- Спасибо тебе! Помог, иди в столовую, я сейчас бумагу выпишу, тебя там покормят. Хотя нет, сам отведу, - я протянул повязку.

По дороге Горшок спросил:

- А можно я завтра ещё приду? Забавно тут у тебя всё, посмотреть охота.