Времена былинные. Книга Вторая. Вольные стрелки (СИ) - Макеев Максим Сергеевич - Страница 66

- Ладно. Положим, атаку мы отобьём, выгнать себя из города тоже не позволим. Приезда же большой дружины они не дождуться, это факт. Но и сидеть до весны рядом с этим бомжатником что-то мне не улыбается... В таких случаях как словене поступали? - спросил я у деда.

Буревой задумался:

- Ежели сами пришли, никто их не звал, то под руку голова деревни их взять может. Земли выделить, за долю в урожае.

- А если не согласятся на такое? - подала голос Лада.

- Перебить мужиков могли или похолопить. Распродать или под ряд силой загнать, - выдал дед.

- Лис говорил, сейчас рабство в Новгороде не в чести, - вставил я

- Тогда сложнее. Если по землям новгородским ходили такие пришлые, то Гостомысл тем занимался. Дружину по зиме собирал, и как за мытом шёл - новые деревеньки, что на новгородской земле появлялись, под себя брал. Если словене или кривичи селились. А если чужие забредали, да под руку не шли, и мыто платить отказывались - тогда один путь, в рабы. Таких могли и мурманам продать, и под Новгородом селить... - закончил мысль дед.

- И много таких ты видел? - уточнил я, - Ну, в рабстве да холопстве?

- Нет, - честно признался дед, - пока их словене примучивали, убивали многих, сопротивлялись если пришлые. Баб покрасивше да парней покрепче брали, детей ещё, для услужения и помощи. Стариков и остальных... - дед сделал жест, который показывал, что с людьми, что были бесполезны в качестве рабов и невольников, особо не церемонились, - Мурманы так же делали, свеи. Скандинавы вообще рабов мало брали, только особо крепких...

- ...А остальных - в расход, - добавил я.

- Так и было, - подтвердил дед, над столом воцарилась тишина.

Люди, малость отвыкшие от мира за пределами крепости, переваривали услышанное. Мы тут в тепличных условиях живём, а снаружи бушует дикая эпоха раннего Средневековья. По глазам вижу, вспомнили все данов, убийства да грабежи.

- Выходит, если мы по обычаю местному поступить хотим, есть два варианта. Или они под нас пойти согласятся, или чуть не всех в расход, а тех, кто выжил - в рабы, - высказался я, люди за столом продолжали сидеть молча, - Кто за второе - рабов брать? Из тех, кто выживет...

Руку никто не поднял. Пострадавшие от данов люди, чуть расслабившиеся от хорошей жизни в Москве, уподобляться разбойникам не хотели. Хотя право на то у нас было по всем местным традициям.

- Значит, будем под себя их гнуть. Загнём - на землю посадим... А как тогда они жить будут, Буревой?

- А как хотят, - пожал плечами дед, - Гостомысл таким землю давал, наш глава - тоже. Те жили сами, а с урожая ему треть отдавали, или меньше, по-разному. Да на работы их привлекали общинные, тын править, землю общинную обрабатывать, или для дружины дрова да бревна таскать.

- И получим мы под боком абсолютно неуправляемую толпу людей, которая живёт, как хочет, делает, что леший на душу положит, своё уклад соблюдают и на наш болт кладут...

- Это как? - влез с вопросом Юрка.

- Потом объясню. Ладно, пусть даже так. Посидят они, поля распашут где попало, чуть в себя придут, отогреются и отъедятся, посчитают нас внимательно. Поймут к концу лета, что помощи к нам не придёт, и что тогда?

- Нас порежут - вопрос был риторический, поэтому на него быстро ответил Кукша.

- Точно. Бунт устроят и займут крепость. Отобьёмся мы от такого? Ну, в принципе, может и да. Хотя если они ходить бесконтрольно будут, то засаду устроят один раз, мужиков вырежут, а баб и детей - похолопят, - я рассуждал вслух, родственники на мои слова согласно кивали, - мне такой расклад не улыбается. При таком развитии событий, мы носа из Москвы показать не сможем, да будем непрерывно только обороной заниматься и спать в полглаза. Все согласны? Ага, вижу, что вы тоже так думаете. Значит, селить их на земле по местным обычаям мы их не будет. Кто - за?

Лес рук, народ единогласно отказался создавать возле Москвы деревню, населённую пришлыми.

- Варианта у нас тогда два, если мы их убивать не будем. Или прогнать их попытаться, или как-то под себя подмять, но на наших условиях. Первый осуществим?

- Не думаю, - высказался дед, - уставшие они. Голодные. Пойдут дальше - все сгинут. Проще счастья попытать в атаке на крепость или в долгой осаде, ну, как сейчас. Тогда хоть кто-то выжить сможет.

- Тогда переходим ко второму варианту. Подмять под себя. На каких условиях? Сейчас мы устроим мозговой штурм. Ну, толпой быстро будем думать, как мы видим наше с ними сосуществование. Как с этим определимся - приступим к другому этапу планирования. К нашим действиям по "загибанию" пришлых под себя. Ну, давайте в темпе, кто чего думает по поводу взаимоотношений с пришлыми, если мы себе под руку возьмём?

Сначала потихоньку, а затем всё активнее, народ начал набрасывать идеи. Я их записывал карандашом, черкал на листах, пытаясь выделить основное, исключить или подправить противоречивые предложения. Через час шкуру неубитого медведя мы поделили - мысль о том, как мы будем строить взаимоотношения с потенциальными подчинёнными жителями Москвы окончательно оформилась.

- Смотрите, граждане, что у нас вышло. Мы хотим, что люди, ушедшие под нашу руку, трудились, там где скажут и таким образом, какой мы им определим. Всё, что наработают - сдают в общую копилку. Из неё мы их кормим, поим, одеваем и содержим. При этом жизнь мы хотим их контролировать до такой степени, чтобы бунта на было и безопасность наша под угрозой не оказалась. То есть, необходимо заселить их компактно, и в таком месте, чтобы в случае чего можно было легко перебить вновь прибывших. Так? Так. В этом новом месте они должны правилам нашим подчиняться, законам и порядкам. Но влезать в их дрязги да разборки мы не будем, пусть сами решают свои внутренние противоречия. На ком жениться, как богам поклоняться - нам это до светильника, если Законы и "Трактат" соблюдают. На нас лишь суд при нарушении порядка, и наказание, если вина их будет определена. Все согласны?

- Если так сделать попытаемся - разбегутся вскорости, - предупредил дед.

- А нам то что? - пожал плечами Кукша, - пусть бегут.

- Но тогда глупо как-то получается, отожрутся на наших харчах - и тикать, - заявила Леда, - а нам потом запасы восстанавливать.

-Тоже верно, - поддержал я барышню, - если уж под нашу руку пойдут, пусть сначала отработают своё проживание. Хм, это, кстати, мысль неплохая. Давайте так поступим. Ежели мы их под себя примучим, надо в такие условия поставить пришлых, чтобы нам это дыру в запасах не пробило. А вот когда возместят нам все затраты - тогда и сваливать могут, на все четыре стороны.

- Это если захотят, - уточнил Юрка, - а то и приживутся...

- Это тоже верно. Мы же всё равно собирались людей брать дополнительных. Да, не таких и не так, но и отказываться от этого "недоподарка" судьбы, тоже не след. Но и разбежаться смогут - факт, - я задумался.

Чем можно удержать людей, заставить их подчиниться? Силой? Не наш случай, разорвёмся мы охранять их постоянно, пришлых в десять-двадцать раз больше, чем нас, прыснут в разные стороны - не поймаешь. Да и как должно выглядеть подчинение силой? Расстрел каждого десятого по средам? Избиение каждого второго по субботам, "шоб боялись"? В тёмную при неподчинении кидать массово? А нам "в ответку" люлей не отсыплют, толпой не задавят от такого? Да и темница того и гляди набьётся, виртуальная, и что - кормить да поить их, пока не надоест? За свой счёт?

В кандалы заковать? Да ну, бред какой-то. Много тут они нам тогда наработают? Да и с детьми и бабами чего делать? Тоже в наручники? Я, конечно, далеко не пацифист, жизнь в этом времени заставила по-другому на многие вещи взглянуть. Но просто представив себе унылую колонну оборванцев в колодках, идею эту отбросил. Значит, ни силовым методом, ни путём физического ограничения перемещений мы людей не удержим, а если и не разбегутся - то толку от них мало будет. Да ещё и партизанить начнут, освобождая друзей да родных, мстя нам за побои да убийства...