Времена былинные. Книга Вторая. Вольные стрелки (СИ) - Макеев Максим Сергеевич - Страница 38

И с этими всеми приборами, которые пройдут не одну проверку и переделку, будем уже изучать материалы. Потом оптимизируем процессы технологические - опишем более точно качество и количество компонентов при плавке железа, по плотности раствора начнём судить о том, когда можно выпаривать поташ, температуры на пиролизе попробуем точнее указывать, и многое другое.

Весь месяц мы, собственно, только этим и занимались. Неделю убили на стандартные образцы из местного сырья, что-то получилось. Насколько они похожи на мои метры и килограммы из будущего - покажет время. Ну вот как скорость света посчитаем да продолжительность суток с точностью до миллисекунды - так сразу и поймём, насколько угадали с эталоном длинны. С ним мороки много было, приходилось температурное расширение чугуна учитывать, из него полосу десяти сантиметровую отлили. Транспортиры и линейки из металла - это был базовый набор инструментов. Когда сделали их, у моих родичей начался ад.

Каждый Игнатьев без скидки на возраст, постоянно заполнял таблицы. Опорой нам были только транспортир, линейка, куча треугольников. Мы занимались тригонометрией. Единственный полностью независимый эталон, который у нас был - это таблица синусов. Их значения для я помнил, посчитал вручную корни для тридцати, сорока пяти и шестидесяти градусов, и заставил народ искать линейками длины сторон соответствующих треугольников, коих была масса разного размера. Потом сравнение результатов полученных с необходимыми, переделка инструмента, правка эталона длины, и всё заново. Потом уже и остальных засадил погрешности считать, пусть потренируются. Новая грандиозная таблица заполняется, куча расчётов, правка эталонов, рисование новых треугольников - и опять по новой. Такое повторялось до тех пор, пока отклонения в измерениях не стали статистическими, равномерно распределенными вокруг нужного значения.

Потом принялись за массу - мороки не меньше, опять измерения и расчёты, с постоянным удлинением рычагов высов. И термометр, и водяные капельные часы - всё это требовало кропотливой, нудной, долгой работы. Ведь это только кажется, что измерения - это просто. Вот знаю я, что литр дистиллированной воды весит килограмм. И эта фраза содержит три сложных технических задачи. Первая - найти литр, то есть кубический дециметр. Добыть дистиллировать воду, это два, и сделать весы, это три. И все их мы решали параллельно.

Пока родственники мучились с температурой и массой, я сооружал штангенциркуль. Идея проста, как все гениальное, на бумаге её описать несложно. Надо сделать линейку с подвижным элементом, на который нанести шкалу, которая будет иметь такую градацию делений, по которой можно определить по совпадению меток десятые доли миллиметра. Процесс начался с разработки матаппарата, я вывел формулу для шага деления этой шкалы. Вроде получилось - теоретически можно было измерять десятые доли миллиметра. Теорию следовало превратить в практику.

Та превратилась в непрерывную погоню за родственниками и зависимыми гражданами с самодельными ножницами. Страдали также кролики, телята, ягнята, даже перья птиц - я стриг всех. По чуть-чуть, но взял у каждого "источника". Микроскопические волоски я укладывал вдоль пластинки, на которой испытывали штангенциркуль, и считал ихколичество. Они у всех разные, толщина от начала до конца тоже может меняться, считал их под фотоаппаратом. Народ меня боялся, сидишь спокойно отвар пьёшь на кухне с утра, а тут вбегает глава государства с красными глазами и безумным выражением лица, и давай патлы рвать у всех, до кого дотянутся может. Я бы тоже испугался. И если родственникам я хоть пытался объяснить, для чего все это, зависимые граждане искренне считали, что я колдовать с их волосами буду. Поэтому прятались от меня, где только можно, и жаловались моей супруге, что даже в рабах будучи, они на такое не подписывались. Но потом я набрал таки нужные мне волосики, Машка постаралась.

Пришла с семейством по глубокому снегу просить всяких вкусняшек. Уже вчетвером лоси пришли, маленькая лосиха пока нас не знала и боялась. Я на радостях бросился обниматься, а сам из-за пазухи тянул ножницы, уж больно борода у Васьки свисала заманчиво. Правда, лоси не совсем поняли, что я с ними сделал, но за морковку и кусочек соли дали себя чуть"забрить". Потом опять убежали в лес, но и то радость, я их полгода, почитай, не видел. В процесс отработки штангенциркуля таким образом включились все, живность и люди. Я собирал из шерстинок-волосинок длинные полоски. Считал их, измерял штангенциркулем, переделывал его, и все начиналось сначала. А родные все пахали на эталон температуры и массы.

Только они закончили, довели опять всё до статистичекой, а не инструментальной погрешности, как я уже штангенциркулем замерял все элементы весов, и запустил процесс по-новой. Стоны Буревоя и барышень слышали, наверно, даже в Новгороде. На все эти мучения Игнатьевых, изнуряющих себя непонятным шаманством вечерами, наблюдали наши зависимые граждане, которые уже все перешли на новый уровень вольности и проводили много времени в общем доме с нами, за играми.

Это случилось к концу декабря, нареканий по работам у ребят не было, по поведению - тоже. Да и счёт до десяти и написание имени, как и чтение некоторых слов, они уже освоили. Повторили торжественную церемонию, теперь все пленные ходят со знаками отличия, в которых над красуется цифра "2". В актовом зале им у нас понравилось, игр много, да и просто за жизнь поговорить можно. Особенно Юрка с Ладой радовались, наконец-то есть время побытьвместе. Правда, радость Лады была опечалена соперничеством между молодым корелом и Кукшей. Пасынок, правда, посмеивался над этим в основном, Юрец же ходил петухом, и пытался его задирать. Кукша не растерялся, достал шашки, драться бы я им все равно не позволил, объяснил правила и пригласил соперникана поединок.

Юрка после этого ходил мрачный, ещё бы. Хотел покрасоваться, а продул пятнадцать раз подряд. Застал его потом как-то после отбоя, они с Толиком играли, оттачивали мастерство. В воскресенье шашечный турнир продолжился, опять в сухую, правда, времени на такое в этот раз больше ушло, затянуласьигра. Потом - первая победа, потом - ещё, ещё, ещё! Азарт охватил бывшего рыбака, он уже почти свёл одну игру в ничью по количеству партий. Остыл, кода я ему сказал, что в процессе игры он вечером даже с Ладой не посидел на лавочке, как он это обычно делал, увлёкся. Девушка его по этому поводу обиделась на всех - на меня, который игру придумал, на Кукшу, который Юрку провоцирует, на суженного своего, потому что ондурак. Так вот Зоряне и заявила, мол, голубя моего сизокрылого, стерлядь мою быструю, завлекли, демоны, и не хочет знаться теперь он с Ладой своей. И заплакала. Успокаивали всем селом, даже внушение лёгкое Юрке сделали. Тот ходил, извинялся, начал делить время на игры и прочее. Ну и соперничество двух юношей перешло в другую фазу, подружились они с Кукшей за игрой. Дети ещё, что ужтут поделаешь.

Двадцать девятого декабря с утра я встал, и волевым решением объявил четыре дня выходных. Народ не понял, хотя в принципе идею поддерживал - на меня было страшно смотреть, я зомби уже напоминал с этими всеми измерительными "радостями". Пошёл в лес, выкопал небольшую ёлочку, посадил девчонок резать снежинки из сложенных листов бумаги. Супругу заставил делать леденцы, и заворачивать их в цветные мешочки. Дед был озадачен созданием деревянных и стеклянных игрушек. Их выдували довольно толстыми, намазывали сверху рыбийклей и макали в разбитое в пыль стекло. Получалось нарядно. Я пару раз обмолвился про Новый год, народ не понял, потом без меня уже провели совещание, пошептались и бросились с удвоенной силой на помощь. Может, пожалели дурня, может ещё что, я даже об этом не задумывался. Потратил почти ночь на написание книжек - подарки готовил. Там по три сказки коротеньких -"Снегурочка", "Три поросёнка", "Семеро козлят". Прошил стопки исписаннойбумаги мелкими скрепками, как тетради в моем детстве - получились тонкие книжки. На обложке кистью написал название книги "Сказки". Упаковал всё это в мешок, да покрасил его краской, максимально похожей на красную, была у нас такая. Ну потом уже иткани набрал, сделал халат, куделью выбеленной отделал низ у его, бороду соорудилбелую, длинную, шапку, посох. Приготовился, одним словом. Народ тем временем собирал праздничный стол, не совсем понимая, зачем. Да, ещё собрал паспорта у зависимых, для них у меня тоже подарок есть.