Обернись! Академия превращений (СИ) - Фельдман Ирина Игоревна - Страница 47

Наши губы соприкоснулись.

Его пальцы грубо вцепились в мои предплечья. Он оттолкнул меня, словно я почти ничего не весила. Чуть не свалилась с крыльца от такой неожиданности.

Несколько мучительных секунд я смотрела на него, как нашкодившая девочка на разозлившегося отца.

— Расу ты бы сказала, что я тебя околдовал, — его голос прозвучал непривычно холодно.

— Я… не…

— Прости, Оля. Я считал, что ты порядочная девушка.

Не знаю, что на меня нашло. Не выдержав его осуждающего взгляда, я забежала в общежитие. Доплелась до нужной комнаты, закрыла за собой дверь, сбросила отчего-то потяжелевшую сумку на пол и беззвучно заплакала.

ГЛАВА 17

На фоне масштабных событий почти нетрудно скрыть одну глупую ошибку. Маришка быстро поверила, будто я расстроена только из-за наших общих проблем, и поэтому не стремилась докопаться до истинной причины. Мне же не терпелось выговориться, поплакать кому-нибудь в жилетку, но стыд был гораздо сильнее желания излить душу.

Сама во всём виновата. Неправильно растолковала намёки Тео, повела себя, как легкомысленная школьница. В моём положении, когда вокруг всё такое сказочно-волшебное очень легко потерять связь с реальностью, но какое же это жалкое оправдание!

О чём я только думала?! Я здесь на птичьих правах, и моя роль весьма ограничена. Нельзя флиртовать с парнями, потому что он у меня как бы есть, и всё равно, что он не мой!

Надо успокоиться. По большому счёту, пострадала лишь Ольгина репутация, а не моя. Вряд ли ей есть дело до какого-то мутного менталиста и его мнения о её порядочности… А стыдно-то мне. И что-то подсказывает, что дело не только в чувствительно совести. Где-то в глубине души мне отчаянно хотелось, чтобы Тео хорошо думал обо мне. А теперь надо обо всём забыть и жить дальше. Он мне никто, я его почти не знаю, и, может быть, больше никогда не увижу…

Ну почему так тяжело?

— Ушёл, — выглянула в окно Маришка.

Ну и слава Богу. Чем он дальше от меня, тем лучше.

Сейчас узнаем, о чём он там с Расом секретничал.

Прошло немного времени, а наш тихушник так и не объявился. Или он ждёт, когда мы к нему придём?

— Пойди, пожалуйста, проверь, я сейчас дорисую и тоже подойду, — попросила Маришка, усердно копируя в тетрадь новую формулу.

Я без энтузиазма отложила учебники и вышла в коридор.

Дверь была незапертая, но ради приличия я осторожно постучала.

— Рас? Можно войти?

Не отвечает. Наверное, так увлёкся своими занятиями, что не слышит. Войду, он точно не будет против.

От увиденного я приросла ногами к полу. Теперь мне стало ясно, почему Рас не пришёл. Его связали.

Нет, не с того начала.

Его уменьшили и привязали к настольной лампе.

Лампа была повёрнута в сторону, и бедняга, не больше куклы Барби, висел прямо над полом.

А на столе лежал открытый кейс с чариками.

Ну, Тео!..

Рас резко вскинул голову, силясь посмотреть на меня. От дёрганного движения он опасно закачался над «бездной».

— Оля, позови кого-нибудь из второкурсников, только не девчонку! Быстро!..

Недослушав, я ринулась обратно в коридор.

— Оля!..

В первой же гостиной я наткнулась на Финеаса. Тот помогал брату с домашним заданием.

Второкурсник живо откликнулся на мою нечленораздельную просьбу всё бросить и пойти со мной. Хоть какой-то от меня толк.

В отличие от меня, Финеас не сильно удивился миниатюризации товарища. Он сам снял его с лампы и вернул ему прежний рост небрежным пассом и коротким заклинанием. Я подняла с пола чёрные провода, которыми был привязан Рас. Это оказались его же наушники от плеера.

— Кто ж тебя так, бедолагу, — нарочито вздыхал Финеас, поправляя лампу.

— Это всё Оля, — пробурчал Рас, растирая себе плечи. — Она у меня садистка.

Ага, Оля — враг народа. Мне сегодня почти все сказали, какая я плохая.

— Только никому не говори, — попросила я второкурсника, проглотив ехидный комментарий. — А я больше не буду. Договорились?

Финеас ушёл, напоследок посоветовав другу лучше прятать чарики от вспыльчивой подружки.

Рас не торопился мне ничего объяснять. Зато неожиданно начал предъявлять мне претензии:

— Ну вот что ты сразу убежала?

— Так за помощью!

— Надо было сначала меня развязать, — обиделся парень. — Теперь опозорился перед Фином. Тьма бы их забрала!

Последнее относилось к наушникам, полетевшим обратно на стол. «Уши» громко щёлкнули о стенку кейса.

— Ладно, ты хотела, как лучше.

Постараюсь не очень обижаться на метаморфа, ему и правда досталось.

Я ждала объяснений, а Рас отмалчивался до самого прихода Маришки. У него на лице было написано, что два раза он эту историю рассказывать не намерен.

Новость стоила ожидания. Тео узнал о недавнем инциденте в нашей Академии! И то, что он подмочил репутацию Бартосу, тоже. Вероятно, мистрис Абиати не стала делать из этого тайну и по-родственному поделилась с внуком. А к Расу он пришёл за подробностями.

— А ещё этого психа очень заинтересовало, чем это мы занимались в лесу той ночью, когда нашли его, — Рас не скрывал своего возмущения. — Вот всё ему надо знать! А сам явно что-то скрывает!

— Мог бы у меня спросить, — недоумённо пробормотала я, — так он даже не намекнул, что ему нужно.

— Потому, что ему нужен был именно я.

— Ты? — насторожилась Маришка

А Тео оказался не таким простаком, каким прикидывался. Естественно, Рас не собирался с ним откровенничать, и тот пустил в ход маятник.

— Я даже не понял, что он вводил меня в транс! Это он мне потом сам признался, кукловод несчастный! Теперь мои тайны — его тайны.

— Может, блефовал?

— Нет, он реально сейчас всё знает. И про Янтарный бельведер, и про Ореховый, и про Соловьиный…

— Доигрался, — простонала Маришка. — Ты сам разрешил ему воспользоваться твоей головой, когда ему вздумается, забыл?

Могла бы не напоминать. В кои-то веки Раса перехитрили, и он попал в свою же ловушку. Только я не стала, как подруга, сыпать соль на рану.

Рас нервно взъерошил себе волосы.

— А самое главное, он теперь знает о флешках. Да ещё так возмутился, что мы скрывали это от него, будто это касалось его лично. Странно только, что он не потребовал флешку из дома Бартоса.

Вот это поворот! Если наши опасения оказались верны, и Тео действительно засланный казачок, то очень скоро эта информация попадёт не в те руки. Блин, почему нам так не везёт?

— А потом вы поругались, и он бросил в тебя твой же чарик, так? — предположила Маришка, постучав ногтем по кейсу.

Рас лишь раздражённо мотнул головой.

Да уж, разозлил менталиста. Гипнозом он не ограничился, а последующие его действия навряд ли были регламентированы их дурацким соглашением. Тео послал в Раса сферу с заклятьем, а потом схватил его и связал, наушниками, которые, весьма некстати, валялись на столе. И всё телекинезом.

Вот наушники напрягли метаморфа больше всего.

— До конца меня унизить решил, псих.

Маришка жестом подозвала меня и показала содержимое кейса.

— Скажи спасибо, что отделался малой кровью.

— Маришка!

— Я не издеваюсь. У тебя тут столько интересностей, но Тео тебя пожалел. Посмотрим, что тут написано. «Мгновенная заморозка». Мда, возьми он это, и мы бы сейчас отскребали от тебя ледяную корку. Или «Левитация», тоже неплохо. О, «Преобразование твёрдой материи в жидкую».

— И осталось бы от тебя мокрое место, — с удовольствием поддела я парня. А что? Я же, с его слов, садистка.

Рас пропустил наши подколы мимо ушей. Он мог думать только о реванше.

— Он у меня ещё получит, это я вам гарантирую, — мстительно пообещал метаморф. — За мной осталось право наложить на него чары, и я им воспользуюсь.

И не будет этой войне конца.

Ночью я спала плохо. Ворочалась с одного бока на другой, периодически проваливаясь в беспокойную дрёму.