Приказано выжить! (СИ) - Малыгин Владимир - Страница 85

Вернувшись к пристани, распопрощался с купцом, договорившись о встрече вечером у него дома.

Зашёл ещё в трактир - надо же было проконтролировать, как разместилась дружина. Десятники своё дело знали твёрдо, нареканий не было, порядок держали крепкими руками.

До ужина просидели с Дрёмой в моей каютке - подсчитывали доходы и расходы. Хитрюга не стал продавать всю пушнину сразу, а располовинил её, и теперь с нетерпением ждал прихода на Готланд. Время пролетело незаметно, и подошла пора выдвигаться в сторону дома Даниэля. Да и желудок уже предательски урчал в предчувствии вкусного ужина.

Идти было недалеко, сумерки только опускались на город, отбрасывая длинные тени, и я решил пойти один, без охраны. Дом-то вон он - рукой подать. Вот на этом рукой подать я и погорел. Хорошо, что свой броник я никогда не снимаю. И даже не слышал, как ко мне кто-то подкрался. Только ощутив резкий тупой удар сзади с правого бока, и, расслышав скрежет железа о добрую сталь броника, очнулся от размышлений. К счастью, включился в работу тот мозг, который не привык раздумывать, а сразу предпочёл действовать. Это тот самый, который находится пониже шеи и повыше места, на котором сидят. Который действует на инстинктах. Спинной. Правая рука выхватила нож уже в развороте и, с одновременным размахом, описав полукруг, я развернулся назад, удачно чиркнув по шее первого напавшего и выхватывая взглядом сразу же захрипевшего татя. Зазвенел о камни выроненный нож, схватился за горло напавший на меня разбойник, а я уже плавно и медленно уходил в сторону, выбирая позицию для удачного броска. Вынырнувших из-за угла здания троих подельников встретил броском с двух рук, как только увидел блеск стали у них в руках. Третьего пришлось убивать уже в спину - мгновенно среагировав на смерть своих товарищей, тать пригнулся, и, полуприсев, метнулся назад. Уже скрываясь за углом здания, получил мой подарок в подмышку и загремел на землю, оставив подёргивающиеся ноги у меня на виду.

Всё произошло за мгновение - я только сейчас выдохнул. Постоял, прислушиваясь. Вокруг плескалась тишина, разбавленная приглушёнными звуками затихающих после трудового дня пристаней, и еле различимыми вдалеке пьяными криками гуляющих моряков в таверне. Никого. Вот и хорошо. Быстро проверил тела, живых нет - добивать никого не надо. Собрал свои ножи, попутно срезал кошели, у кого они были. Охлопал карманы - ничего стоящего, даже заморачиваться не буду. Нырнув в тень, осторожно пошёл дальше. Через пару шагов, наконец-то, проснулся основной мозг и не нашёл ничего лучше, как впрыснуть мне в кровь хорошую порцию адреналина. Вот спасибо, только этого мне и не хватало. Тут бы послушать, да пройти осторожно, а вместо этого в ушах шум, да заполошный стук сердца. Пришлось прислониться к стене и постоять, подождать, пока отойду. Да-а, ещё ни разу за всё прошедшее время я не чувствовал так близко чужую сталь у своего, такого драгоценного для меня, тела. Но вот шум в ушах наконец-то начал стихать и я решил потихоньку двигаться вперёд - надо же лишний адреналин сжигать. Так, всё сильнее ускоряясь, почти добежал до дома купца и, постучав в ворота, проскользнул через открывшуюся калитку. Хоть и недалеко, но чуточку вспотел. Зато полегчало. Сначала никто ничего не понял, пока не увидели порезанный кафтан у меня на спине. Ужин намечался семейный, поэтому вокруг сразу же встревоженно загалдели, засуетились домочадцы купца, окружив меня плотным кольцом. Детишек быстро прогнали прочь, а меня заставили быстро скинуть одежду и жилет, потому что никому не верилось, что всё для меня обошлось без последствий. За исключением, конечно, испорченных вещей.

С удивлением домашние рассматривали спасший мне жизнь броник, и, судя по задумчивым взглядам, бросаемым мадам Даниэль на своего супруга, вскоре и он никуда не будет выходить без такого важного, как оказалось, элемента одежды. И это правильно - хороших людей мало, и их надо беречь, высказался я в этом духе, заработав себе огромный плюс в женских глазах.

- Давно никто не нападал на моих гостей. - Проговорил купец.

- Потому что магистрат лишний талер не потратит на то, чтобы патруль стражи хоть раз обошёл улицы. Только налоги с нас берут, а порядка, как не было, так и нет. Сидят в своих караулках, дармоеды. - Вместо меня ответила супруга купца.

А я и промолчу, потому что мне сейчас лучше послушать, что об этом происшествии скажут местные жители, которые не из последних в этом городе. Потому как слабо верится, что вот так вот взяли и напали на первого встречного, да ещё и сразу наповал валить стали, даже не поговорив перед этим, как полагается. Необычно как-то.

- Думаю, подсмотрели, как ты у бронника заказ делал, да задаток оставлял. Вот и решили подкараулить. Деньги-то не маленькие.

- Кстати, я с них кошельки посрезал. Надо бы глянуть, что там .

Подошёл к своему кафтану и вытащил из карманов два кошеля и кучку монет россыпью. Всё содержимое вытряхнули на стол и супруги склонились над раскатившимися монетами.

- Что-то монет уж больно много для портовых грабителей? А тут и золото имеется. Неслыханные дела.

- Значит, кто-то из наших недоброжелателей попросил прервать наше компанейство. Кому-то оно покоя не даёт. Даниэль, кто тут тебе завидует так, что готов пойти на такое грязное дело?

Задумался купец. Замолчала и его супруга, комкая в руках тонкий платочек. Переживает за мужа… Ну и за доходы, конечно. Потрескивает в наступившей тишине фитиль масляной лампы. Протопала стража за оградой. А говорят, их совсем не видно. Топают же.

- Не думаю, что у кого-то хватит сил или наглости пойти против меня. - Очнулся от раздумий купец. - Скорее всего, это случайное нападение на тебя. Похоже, и впрямь кто-то увидел, как ты доставал деньги и рассчитывался в мастерской, народу-то вокруг хватало.

Народу-то и впрямь было не мало. Да вот только посторонних там никого не было - только мастера и подмастерья, ну и мы с Даниэлем. Но говорить я об этом не буду - может быть, потом наедине и задам вопрос купцу. Да и не думаю, чтобы у портовых татей золото, просто так, в карманах водилось.

Оделся в свои вещи, правда, пришлось порезанный кафтан оставить купцу - обещали к утру заштопать. После ужина, по настоятельной просьбе Даниэля, остался ночевать. Бережённого бог бережёт - к двери поставил стул с кувшином, а с окном было проще - закрыл ставни и всё. Да свои ножи под подушку положил и завалился спать.

Ночь прошла спокойно, кошмары не мучили и ночные тати привидениями по мою душу не являлись. Проснулся от тихих голосов за дверью. Полежал, прислушиваясь, пока не понял, что это мои хозяева размышляют - будить меня или нет. Пришлось громко просыпаться, открывать двери, на всякий случай сунув сзади за пояс один из ножей. Может и паранойя, но зато я цел и здоров. Так что - здравствуй, паранойя!

Приведя себя в порядок, спустился в гостиную, где меня уже ожидало всё семейство за накрытым столом. Извинившись за опоздание, сел на своё место и начал вспоминать правила этикета, когда-либо мною читанные. Конечно, сомневаюсь, чтобы этот самый этикет тут существовал в такой развитой форме, как у нас, но ведь что-то же должно уже быть. Так что надо не ударить в грязь лицом и показать, кто из нас живёт в отсталой и варварской Европе, а кто - приехал из цивилизованной Азии.

Думаю, что я немного переборщил со своими манерами, потому как всё время ловил на себе удивлённые взгляды всего семейства, вкупе со слабыми попытками копировать моё поведение и обращение с вилкой и ножом. Да ещё когда я закрутил головой в тщетной попытке найти какое-нибудь полотенце или салфетку, чтобы вытереть пальцы. Тут пока обходились общим тазом с тёплой водой.

После завтрака пришлось вытерпеть очередную экзекуцию - супруги пригласили лучшего портного и заказали мне новый кафтан вместо испорченного. Как раз к следующему моему приходу и будет готов. Коли так, воспользовался моментом и заодно заказал несколько тонких рубашек - пусть будут. За свой счёт, само собой. Мужественно пережив встречу с портным, отправился на пристань, где начали готовиться к отходу. Распрощались со всеми и взяли курс на север, благо, карта уже какая-никакая была, и она постоянно нами уточнялась и пополнялась - прорисовывались берега и острова. Обошли длинную узкую кишку мыса, и повернули на запад, держась недалеко от берега, нанося новые штрихи на карту.