Углерод (СИ) - Докучаев Алексей - Страница 79

Простое желание научиться защищаться, обернулось уроком на тему "Как убивать себе подобных". Неизвестный показывал на себе, где и как надо бить и в каких случаях использовать нож как рычаг, а Лиза, вопреки желанию закрыть уши, впитывала информацию, но отчаянно твердила про себя, что Леонид всё-таки нормальный, а ей никогда не придётся воспользоваться получаемыми знаниями.

- Вот, как-то так. - наконец закончил техник. - Но это, если кратенько.

- А если ножа нет?

Он снова потянулся к её левой руке. Ожидая ещё одного тычка, Лиза одёрнула руку и сделала шаг назад.

- Елизавета, дай мне свою руку. - попросил он

Блондинка давно уяснила, Леонид называл её по имени только в том случае, когда хотел подчеркнуть важность предстоящего события, важность сказанного или сделанного.Лиза протянула левую руку вперёд. Техник стянул с руки вязанную рукавицу, подвёл к своей шее. Указательный и средний палец расположились на несколько сантиметров ниже правого уха. Поначалу Маркова не поняла к чему эти манипуляции, но уже через секунду почувствовала едва уловимую пульсацию, ещё спустя секунду, пульсация отчётливо отстукивала ритм в подушечки пальцев. Каротидный пульс. Неважно, артериальная или венозная, это была всё та же кровь, что заливала её руки и колени в той маленькой комнатке. Лиза смотрела в глаза технику, вспоминая ту гнетущую тишину. Он отпустил её руку, вернул рукавицу.

- Если нет ножа, используй зубы.

- Я тебя ненавижу.

- И секунду спустя, пожалеешь о сказанном. - пообещал техник и сделал жест рукой, призывая Лизу оглянуться по сторонам.

Время шло, но ничего так и не изменилось. Чуть больше четырёх месяцев назад снова появилась надежда, что всё будет хорошо, что удастся вернуться домой... Хрупкая, почти призрачная надежда теперь грозила исчезнуть навсегда. Готовность к тому, что побег займёт очень много времени уже покинула белобрысую голову, уступив место тяжёлым мыслям и жалостью к самой себе.

Можно ли было считать это предательством? Наверное, да. Между ними не было ровным счётом ничего, но Маркова просто не могла принять всё как есть. Жених завёл себе какую-то замухрышку. Об этом свидетельствовал не только ряд косвенных признаков, но и свидетельство коллеги по работе. Леонид постучался в её дверь на пару с женщиной, которая периодически приходила и несла религиозную околесицу. Земля, какой бы чуждой не была, полнится слухами. К тому моменту, когда сарафанное радио донесло до Лизы эту информацию, техник превратился из просто сопровождающего в любовника, ухажёра и т.д. Было ли это ревностью или обыкновенным нежеланием делиться с кем-то ещё, всё равно выводило Лизу из себя. Верить в то, что техник повёлся за юбкой сначала не получалось, но его поведение и настрой изо дня в день ухудшающиеся перечеркнули надежды на лучшее. В последние два дня он стал совсем невыносим и, если и присутствовал дома, то только с тем, чтобы нагрубить и снова куда-то уйти.

Массивный тумбовый стол из самого настоящего массива дерева, а не из дешёвого ДСП, стал для Лизы не просто рабочим местом, а своеобразным камнем из-под Роденовского Мыслителя. Перебирая и сортируя справки, постановления и прочую макулатуру, она пыталась понять смысл жизни. Его не было. С самого начала. А теперь, даже путь домой не мог претендовать на это гордое звание. Лиза изучила очередной запрос о количестве прошедших регистрацию за месяц, подписанный неким Темерязевым, отложила в отдельную стопку. Следующий лист, снова он. Лиза потёрла глаза. Занимаясь с утра до вечера одним и тем же, она уставала и постоянно мёрзла. Леонид частично оказался прав, хорошо отапливать нежилые здания энергетики не хотели и не собирались. Опять Леонид. Он был везде и всюду, заслонял собой всё, на что она обращала внимание. Лиза хотела одно, он по своему обыкновению заставлял делать другое, пытался переделать её. Иногда она даже сомневалась, нужен ли он ей, не поступила ли она, опрометчиво заключив соглашение. Было бы намного проще начать свою собственную жизнь. Жить отдельно без риска быть выгнанной непонятно за что, полюбить нормального человека, завести подруг. Дурной пример оказался заразителен и в любовь верить не получалось... И чем она хуже той тётки? Казалось нормальным, когда техник использовал других для достижения цели, но теперь эта участь коснулась и её. Лиза была в этом уверена. Смартфон издал привычный металлический лязг. Обрадованная блондинка почти выскочила из-за стола готовая бежать, но вспомнила, что не переводила время на смартфоне. До конца рабочего дня оставалась ещё сорок одна минута.

- Ну сколько можно? - спросила она у пустого кабинета.

Даже Межевитинова не пришла на работу, жалуясь на плохое самочувствие ещё вчера. Целый день одна. Болтать было не с кем. На регистрацию никто не приходил.

Маркова решилась на побег. Уже через несколько минут заперев дверь на ключ, она спустилась на первый этаж, молча прошмыгнув мимо вахтера, который её недолюбливал после неприятного разговора с Леонидом - снова он - покинула здание.

Выйдя на улицу, блондинка сразу же столкнулась с закономерным природным явлением, весной. Но того, чтобы поднять настроение, холодная и скользкая весна вдобавок к остальным проблемам, навевала тоску, стремилась загнать её в депрессию. Натянув вязанную шапку на белобрысую голову, она отправилась домой, планируя попутно заглянуть в магазин и прикупить какую-нибудь музыкальную новинку с Земли.

О море Усопших ничего внятного узнать так и не получилось. Одни говорили, что это действительно море, в котором тонули люди, другие, о неимоверно огромном багровом куполе, третьи вообще рассказывали какие-то ужасы про миллионы трупов, гниющих под солнцем. Само государство, как и большая часть населения города и района, утверждало, что море Усопших, не более чем идиома, никакого моря на самом деле нет, а поисковики без устали барражируют по лесам в поисках же необходимых даров бывшей Родины. Лично её устраивала официальная версия.

Видавший за свою долгую жизнь всё что только можно и нельзя ноутбук, стоял на витрине перед Лизой таким образом, чтобы она и собеседник одновременно видели изображение на мониторе. Услужливый продавец, известный как Григорий или же просто Гриша, ловко переходил от одной директории к другой, показывал новые музыкальные альбомы и фильмы, делился впечатлениями, не стеснялся давать рекомендации.

- Вот этот фильм ещё неплохой. - обратил внимание блондинки Григорий. - Спецэффекты, бюджет, именитые актёры. Глупый правда. Американские флаги в каждой сцене, хэппи энд...ну как обычно.... Кстати, раз уж вы здесь, может закупите и папирос для жениха?

- Зачем? Он сам купит.

- Ну, мало ли. Сами знаете, иногда постоянный клиент внезапно бросает курить и не появляется, а ты волнуешься, не случилось ли чего.

- Ничего с ним не случилось. - раздражённо ответила Лиза. - Ничего покупать сегодня не буду. Извините.

Столько кардинальная перемена настроения была отнюдь не следствием гормонального всплеска, красный день календаря был ещё довольно далеко. Просто в голове в очередной раз появилась мысль о том, что её используют, где по мелочи, а где и всерьёз, но она этого не осознаёт. Неужели Леонид тащил её через все препятствия и трудности только для того, чтобы в случае чего подставить или, когда исполнит свою роль бросить? Настроение испортилось окончательно. Лиза открыла дверь магазина, не глядя шагнула через порог и упёрлась в незнакомого высокого мужчину. Мужчина даже не подумал пропустить её, стоял в проходе, сверлил взглядом.

- Позвольте пройти. - сдержанно попросила Маркова.

Сдержанность. Всё тот же техник, примерно три месяца назад начал регулярно твердить одно и тоже. Назревает конфликт? Она должна от него уйти. Нагрубили? Нужно вежливо перевести разговор в другое русло или не отвечать вовсе. Если кто-то обидел, об инциденте надлежало сообщить ему. Один раз к ней действительно пристал сосед по подъезду, Лиза убежала и поступила как предписывала инструкция. Через двое суток, сосед съехал, исчез в неизвестном направлении, забрав с собой только личные вещи. Что ему наговорил Леонид, она не знала.