Каменные сердца (СИ) - Мельников Иван Викторович - Страница 163

Мы рухнули под стол. Фрай негодующе заорал и изготовилсяпригвоздить нас к полу, но ему в ноги врезался стул. Как, скажите, еще объяснить сие? Лишь действием моей счастливой звезды. Ну или, если на тувийный лад, я опять попала в щербинку на Колесе Вселенной.

**

Грюн вбежал в зал, надеясь обнаружить здесь достойных противников, но узрел только трупы. Даже если при жизни они и считались достойными противниками, момент был безвозвратно упущен. Вообще, сцена напоминала жертвоприношение, устроенное жрецами грюновского племени после победы над соседями.

В дверях напротив возвышался Ник в своем странном панцире из металла. Когда он снова начал стрелять, грохот, как всегда, на несколько мгновений поглотил прочие звуки. Наконец-то у Грюна появился шанс повоевать: раз есть цели для грохоталки Валехо, значит, и для бензопилы сыщутся. Наверняка придется вытаскивать неудачника Николаса из очередной беды, а тут и Кирна рядышком. Стоило еще разок покрасоваться перед избранницей, хотя дикарь уже смекнул – по-хорошему она не отдастся.

Грюн на бегу услышал несколько свистящих хлопков, потом крик, еще хлопки, ругань блондинки, затем наступила относительная тишина, нарушаемая стонами, пыхтеньем, шарканьем раненых. И вдруг – елеразличимый щелчок за спиной, тише звона тетивы.

Дикарь развернулся на всем ходу.

На столе, перед изумленными Мэйби и Акселем, поддерживающими какую-то девку, высилось привидение. Монстр скинул переливчатую кожу и изрыгнул в людей нечто – должно быть, особое смертоносное колдунство. Хитрая Мэйби успела-таки среагировать, поэтому пострадала лишь неизвестная Грюну девица. Троица скрылась под столом. Тогда Грюнметнул в призрака подвернувшийся под руку стул, крепкий и тяжелый. Чудищешлепнулось. Если его получилось свалить столь никчемной штуковиной, то… Нащупывая по дороге рукоять стартера, Грюн перескочил через ползающую слепую тетку. Он заревел, придавая храбрости своим друзьям, запугивая монстра и заглушая внутренний голос, бубнивший на грани сознания: «Зачем тебе все это надо? Хватай белобрысую – и в джунгли, там не найдут!»

**

Фрай кувырнулся прямо на меня. Я сразу же попыталась схватить его, но он ткнул кулаком мне под дых и начал вставать. Странная оболочка вновь закрыла его тело, но лишь частично, помимо того, она начала искриться. Аксель, придавленный обезглавленным телом президента, слегка откинул голову, сощурился и выстрелил. В районе солнечного сплетения в пятнистой фигуре Маки образовалась то ли дыра, то ли просто вмятина, от которой разошлись волны. Однако обычных последствий попадания из крупнокалиберного пистолета почему-то не проявилось. Фрай хрипло охнул и согнулся. Я не упустила шанса – оттолкнулась руками от пола и вцепилась землянину в плечи. Мне удалось снова повалить его. Диковинное оружие отлетело в сторону. Почти без замаха Маки впечатался лбом мне в скулу, резко подтянул колено к животу и выдрался из моих объятий. Я треснулась об пол затылком, в глазах поплыло. То ли наяву, то ли в моем помутившемся мозгу раздался чей-то рев и прерывистое тарахтенье. Аксель, ругнувшись сквозь зубы, выстрелил повторно, но пуля оставила лишь дорожку ряби на боку Фрая. Затем в бой ворвался Грюн.

Одно дело расстреливать почти невидимых противников из пулемета, другое – лежать под человеком, которого в прямом смысле слова режут на куски. Дальнейшее запечатлелось у меня в голове, как набор отдельных кадров, ярких, но тошнотворно страшных. На этот раз я была только зрителем. Землянин, пренебрегая очевидными доводами разума и всеми шансами спастись, с ненавистью обрушился на меня. Лучше прочего мне запомнились его глаза – светло-голубые, выбеленные гневом, с крошечными зрачками, окаймленные редкими рыжеватыми ресницами, – в течение пары минут казнившие меня сотнями способов.

После второго Акселева выстрела Фрай зашипел, вздрогнул, но не уделил ни ранению, ни цыгану ни малейшего внимания. Он наотмашь врезал мне в челюсть. Я предприняла попытку обороняться, но землянин поймал мои руки и, придавив их к моей же груди, продолжил бить. Следующая затрещина прошла вскользь – я успела отдернуть голову. Маки ухватил в кулак мою челку, похоже, намереваясь расколотить мне башку об пол. Аксель высвободился из-под трупа президента и кинулся к Фраю. Тут над нами раздался лязгающий рык бензопилы.

Полагаю, сцена могла бы украсить собой обложку альбома довоенной рок-группы. Грюн, воздев рокочущий агрегат над головой, перепрыгнул через угол стола и рубанул землянина по плечу. Тот захрипел, резко выгнулся назад, сомкнул пальцы на грюновском комбинезонном ремне и рванул.

Мое знакомство с бензопилой в ее оружейной ипостаси было весьма поверхностно, но надеялась я (да все мы!) на большее.

От неожиданности Грюн пошатнулся и едва не выронил громоздкое оружие себе под ноги. Фрай же, держась за ремень, начал подниматься. А через мгновение он вновь рухнул на колени, фонтанируя кровью. Голова Маки повисла на остатках мышц. Я с ужасом почувствовала на лице липкие теплые капли, верхняя часть комбинезона промокла насквозь. Грюн пнул труп ногой.

Аксель подставил руку, чтобы Фрай не грохнулся на меня в третий раз, и откинул его. Аура землянина мигнула и потухла. Я вздохнула с облегчением, хотя, честно признаться, меня не покидало ощущение неправдоподобности ситуации. Мне мерещилось: вот-вот изувеченный человек дернется, перевернется, посмеется над доверчивыми дикарями, и все начнется по новой.

От двери к нам приближались Кирна и Туве с Феорой. Девицы перво-наперво заинтересовались трупом землянина.

– И этот умер слишком быстро, – процедила блондинка и добавила, обращаясь к Грюну: – Ты хоть родился-то вовремя?!

Тот промолчал, вроде бы всецело занятый процессом выключения бензопилы и поиском, обо что ее вытереть.

– Вашим друзьям необходима помощь. Я вызвала врачей, – подняв забрало, устало проговорила Феора. – А нам нужно отменить запуск ракет.

– Так идемте! – раздраженно воскликнула Кирна, однако госпожа директор не двинулась с места.

– Ключ у Эмили… у президента, – сдавленно просипела она, упершись взглядом в тело погибшей.

– Значит, кто-то должен это сделать, – тихо произнес Аксель. Он присел рядом с обезглавленным телом и принялся методично обшаривать карманы.

– Там карточка в бархатном чехле с золотым вензелем, – промямлила Феора. – Эми любила роскошь…

– Ее можно понять, – серьезно ответил цыган и протянулстарухе искомый футляр.

В дверях мы столкнулись с бригадой ошарашенно озирающихся санитаров. Госпожа Слейер прикрикнула на них, и мы продолжили путешествие по коридорам к сердцу убежища. Грюн остался присмотреть за трусоватыми медработниками. Туве же застыла над телом Фрая, точно надгробная статуя, не обращая внимания на начавшуюся суету.

Ничего не напоминает? В яблочко! Однажды нам уже пришлось иметь дело с Главным компьютером, но судьба, видимо, решила преподать нам этот урок еще раз. «Повторение – мать учения», – так вроде бы говорил гроссийский царь…

Перед очередной бронированной дверью – точь-в-точь шлюз в Куполе – нашу группу встретили охранники, еще не получившие «отбой». Один из них поплатился за свою добросовестность жизнью. Не вняв требованию Феоры пропустить нас, онсхватился за оружие и тут же лег с развороченной башкой – Кирна не собиралась увещевать упрямцев. Остальные, побросав оружие, подчинились.

Главный компьютер НЛО, Аннабель, детище госпожи Слейер, представляла собой серебристую стену из блоков памяти и огромного экрана, перед которым располагалась клавиатура. Феора вставила карточку в щель рядом с набором красных кнопок под прозрачным щитком и набрала комбинацию цифр.

– Запуск отменен! – раздалось из потолочных динамиков. – Если спросишь меня, это было не самым оптимальным решением.

Хм, о чем это она? О действиях президента или Феоры? Ну да я больше не ввяжусь в диалог с искусственным интеллектом. Ни за какие коврижки.

– Спасибо, Аннабель, – Феора помахала рукой в камеру, вытянувшуюся на гибкой ножке из стены, и обратилась к нам: – А теперь нам предстоит много работы.