Вампир-Воин (ЛП) - Бакстер Кейт - Страница 69

Он не мог ждать ни секунды, чтобы ее трахнуть.

Ронан с силой и глубоко вошел в нее, крик вырвался из горла, когда ее жар принял его. Он прижался к ней, задыхаясь от интенсивного удовольствия. Найя изящно извивалась под ним, покачиваясь в такт ему. Он вышел, обхватив член рукою, когда скользнул головкой по плотному бутону клитора Найи. Ощущение было интенсивным для обоих, и Найя задрожала, когда он повторил движение. Он направил член обратно к ее входу и вошел в ее лоно, вызвав крик страсти изо рта своей пары. Потом он снова вышел, поддразнивая их обоих контактом, только для того, чтобы обрушиться в приветливое тепло еще раз.

Найя сжала сиденье кресла, когда звук удовольствия сорвался с ее губ. Темп Ронана увеличился, его дыхание вырывалось из груди, когда он трахал ее со всем отчаянием мужчины, который занимался этим последний раз в жизни. Его желание ее никогда не ослабеет. Он будет вечно голодать по ней. Она была его воздухом, его существованием, ради нее он жил. Кончики пальцев Ронана сжимали мягкие бедра Найи, трахая ее, каждый толчок претендовал на ее тело. Она выгнулась и схватила его за бедра, впиваясь ногтями в плоть, помечая его как своего. Ничто и никто не встанет между ними.

Низкий стон поднялся в горле Найи, когда ее киска сжалась вокруг члена Ронана. Дрожь прошла по ее телу, и когда она кончила, она прокричала слова на том странном эзотерическом языке, который заставил магию появиться в ее ладонях. Розово-золотая пыль обрисовала тело Найи, когда ее киска сжималась вокруг него, принимая все, что он давал. Ронан наклонился к ней. Он вонзил свои клыки в местечке между ее горлом и плечом, кожа разошлась с хлопком, когда его накрыл оргазм, посылая сейсмические волны ощущения по его телу.

В тоже время другой оргазм накрывал Найю.

— Ронан! — Его имя сорвалось с ее уст со всей святостью молитвы, когда она кончила. В течение долгого времени они не отрывались друг от друга, и Ронан продолжал двигаться в ней медленными, неглубокими толчками, которые заставляли их дрожать, тяжело дыша.

— Это кресло официально помечено, — поддразнил он ее, когда вышел из нее и закрыл проколы в горле.

Найя растаяла на подлокотнике кресла, ее крошечное тело дрожало при каждом вдохе.

— Один предмет мебели долой, — выдохнула она, когда подняла голову, чтобы посмотреть вокруг, — десять или двенадцать штук, с которыми нужно будет еще поработать.

Ронан мягко захихикал, когда сел на кресло и усадил Найю на колени.

— Обещаю, любимая, к закату все пространство будет правильно использовано. Я не собираюсь позволять тебе надевать хоть клочок одежды, пока это не будет необходимо.

— О, правда? — Ее голос был чувственным мурлыканием, которое Ронан ощущал каждым сантиметром кожи. — Даже пока готовим? Едим?

Ронан уткнулся носом в ее горло и рукой обхватил ее полную грудь. Найя мягко выдохнула, от чего у него встал член.

— Кто сказал, что мы будем прерываться на еду? Мое питание при мне.

Он потянул за ее сосок, и Найя чувственно застонала. Другая его рука скользнула по ее бердам, по гладкой плоти еще опухшей киски.

— Забавно, — сказала она, закидывая ногу на подлокотник кресла, раскрывая ему ноги, — я думала о том же.

Ах, боги. Это был самый лучший день в жизни Ронана.

Глава 37

— Я не хочу, чтобы ты была здесь. Пусть Дженнер отвезет тебя домой.

Дом. После блаженных двенадцати часов дневного света, проведенных с его парой, пентхаус Ронана определенно начал чувствоваться домом. Хотя он мог бы жить в пещере или в ветхом старом сарае на окраине города, и это все равно было бы домом. Потому что, где бы ни был Ронан, Найя была его домом. И ничто не изменит этого.

Здание, перед которым они стояли, выглядело так, будто его лучше было бы снести. Казалось, странное место для встречи с дампиршей, чья репутация была гораздо грандиознее, чем дом, который она выбрала для жизни.

— Никуда я не уеду, — ответила Найя. Она погладила рукоять своего кинжала и перенесла вес с одной ноги на другую. — Давай договоримся. Куда идешь ты, туда иду и я. Твои схватка — моя схватка.

— Тогда вместе, — сказал Ронан.

Он первым вошел в здание и поднялся по нескольким лестничным пролетам. Место было, конечно, жутким. Их шаги эхом разносились в тишине, и все тени, которые лежали в приглушенно-серых сумерках, обостряли чувства Найи в состояние повышенной готовности. Они вступили на вражескую территорию, и Найя собиралась публично оспорить заявление, сделанное другой женщиной на ее пару. Конечно, она согласилась позволить Ронану взять инициативу на себя и договориться о его свободе. Но если это не сработает, Найя была более чем готова надрать задницы.

Они оказались на десятом этаже. Часть этажа имела свободное пространство, образуя своего рода общую зону, которая разветвлялась и вела в другие комнаты. В дальнем конце пространства стояла огромная кровать, украшенная роскошным, черным, атласным постельным бельем. Видимо, эта страшная дампирша была немного эксгибиционистка. Должно быть, это было весело.

Женщина, о которой шла речь, раскинулась на роскошном кресле, возвышающемся на импровизированном помосте. От того, как она лежала, закинув одну изящную ногу на подлокотник, Найя должна была предположить, что Шивон был присущ драматизм. Найя старалась не закатывать глаза, пока они с Ронаном шли по просторной комнате. Она огляделась и заметила, что часть потолка была вырвана, обнажая опорные, железные балки. Дампиры болтались под потолком, подпирали стены комнаты и лежали на полу. Она считала себя королевой, эта Шивон, и в настоящее время это был ее двор. Это была женщина, которая не позволила бы Ронану уйти без боя. Хорошо, что Найя подготовилась именно к этому.

— Ронан.

Его имя скатилось с языка Шивон глубоким, чувственным мурлыканьем, которое заставило волоски на затылке Найи подняться. Ронан посмотрел на нее, его выражение лица было невозмутимой маской, которая ничего не открывала.

— Шивон. — Его тон был холодным, механическим, когда он произнес ее имя. Найя старалась не чувствовать радости по поводу того, что его ответу не хватало тепла. Потому что когда Ронан произносил ее имя, это едва ли не воспламеняло кожу Найи.

— Я не давала тебе разрешения покинуть город, — сказала Шивон. Ее изумрудно-зеленые глаза сузились, когда взгляд на мгновение опустился на Найю. — Ты понимаешь, что я должна буду наказать тебя за это.

Ронан фыркнул.

— Последний раз, когда я проверял, то больше не являлся членом твоего ковена, и мне, черт возьми, не нужно твое разрешение, чтобы покинуть город.

— Я бы сказала, что вопрос спорный. — Ее взгляд снова скользнул по Найе, и полные губы сложились в соблазнительную полуулыбку. — Но, похоже, ты принес мне подарок? Не могу сказать, что мне интересно, но уверена, что она будет хорошей игрушкой для моего ковена.

Разнесся благодарный гомон дампиров, и Найя ощетинилась. Ронан протянул руку и ободряюще сжал ее руку.

— Шивон, эта женщина не принадлежит никому, кроме меня. Она моя пара.

Шивон оглядела Ронана, когда сбросила ногу с подлокотника. Каблук ее шпильки обрушился на пол с треском, когда она наклонилась вперед.

— Ты лжешь.

— Неужели? — Его мрачный голос вызвал приятный холодок на коже Найи. — Она привязала меня, Шивон. У тебя нет выбора, кроме как освободить меня от клятвы.

Гнев кипел внутри женщины. Статический заряд коснулся чувств Найи.

— Я ничего не должна! — Крик Шивон разошелся по всему зданию и исчез в жуткой тишине. — Я не подчиняюсь закону вампиров. Ты запечатал клятву своей кровью, Ронан. Ты. Мой.

Найя сделала шаг вперед, более чем готовая показать Шивон, что именно она думает по поводу претензии той на Ронана. Он протянул руку и обнял Найю за талию в защитном жесте.

— Что ты такое? — спросила Шивон Найю. Глаза Шивон полыхнули серебром, губы сложились в тонкую, жесткую линию, когда она изучала Найю.

— Она моя, — заявил Ронан. — Это все, что тебе нужно знать.