Игра и Мир - Комаров Александр Васильевич - Страница 12

– Степан Веняминыч, – взмолилась Юля, проглатывая слоги, – вам хорошо стратегию придумывать, а мне ему шкуру спасать всю дорогу придется! Ну какой из него боец? Хиляк! Ему нянька нужна. И для одной то задание – хрен проссышь, как разрулить, а тут такой гемор в жопе!

Девушка совсем не смущалась моего присутствия, впрочем, я уже привык к особенностям ее характера.

– Холмогорова. – повторил свой недавний фокус полковник: тихое медленное обращение, от которого стынет кровь. И где их такому учат? Странным образом в начальнике ОКИПа совмещалась аристократичная изысканность манер и военная выдержка. Он ловко перекидывался из роли интеллигентного собеседника в начальника-ГБиста и обратно. Интересно, он делает это осознано или здесь имеет место результат невольной мимикрии, закрепленный годами службы. Возможно, десятилетия назад, когда он оказался в структуре, жаргон и особенности поведения окружающих смущали его воспитанную натуру, но хочешь жить – умей вертеться. Я решил при случае расспросить Юлю подробнее о полковнике.

– Ты сейчас же прекратишь жаловаться, – продолжал он. – Приказы и распоряжения непосредственного руководства оспаривать никто не разрешал. Твое беспокойство понятно. Вы пока готовьтесь, а я свяжусь с отделом внедрения, они подберут вам боевых персонажей из резерва. Сможете укладывать неписей одной левой. Кроме того, у Евгения Александровича хорошо развиты социальные скилы… тьфу! совсем язык испохабили своими американизмами… социальные навыки у него развиты хорошо, в отличие от тебя. Это пригодится при общении с местными. Скорее всего, поиски нужно начать с дома жертвы.

– Ладно, – сдалась Юля. – Садись в кресло, готовься. Сейчас я инжекторы перезаряжу только.

У меня не было ощущения, что я принимаю какое-то важное решение, скорее просто наблюдаю за ситуацией со стороны. Вроде бы, я только что чудом избежал гибели, и вот опять лезу в ту же змеиную нору. Хорошо хоть поспать удалось. Однако, присутствие полковника, вовлеченность в дело серьезных силовых структур, любопытство и заинтересованность в новой работе, да и что уж грех таить, нежелание показаться трусом в глазах девушки, все это не оставляло мне выбора.

Тем временем, Юля справилась со своим шлемом – достала из углубления пустую капсулу и заменила ее на новую – и таким же образом приготовила мой. Полковник успел совершить пару звонков, тихо инструктируя кого-то о процедуре предстоящего выхода.

– Евгений Александрович, – отвлекся он от очередного разговора по мобильному, – еще один маленький нюанс, вы позволите? Все выходящие сотрудники имеют кодовые позывные… можно было бы обойтись именами, но такова традиция, если хотите. У РП Холмогоровой, например, все просто и лаконично – Ю. Это не обязательно имя персонажа в игре, это лишь для внутреннего обращения. Как изволите назвать себя?

Вот тебе и вопрос. Я понял его так: что изволите написать на вашей надгробной плите? Настоящее имя, увы, раскрыть мы не сможем. И что же ответить? Никаких устоявшихся никнеймов у меня не было. В молодости меня обзывали Ватой – не годится. С Юли станется добавить Сахарная и тогда привет френд зона на веки вечные. Какой-нибудь Джон? Еще хуже.

– Интеграл! – рубанула Юля, а я почему-то откликнулся.

– Во, видите, работает, – рассмеялась она.

– Почему Интеграл, Холмогорова? – спросил удивленный полковник.

– Во-первых, он математик, а во-вторых, он периодически его вспоминает, когда нервничает. Как ты там говорил? Что за неопределенный интеграл? Вот ботанидзе! – теперь уже она ржала в голос, никого не стесняясь.

Мне стало обидно: интеграл, кроме всего прочего, ассоциировался у меня с сутулым человеком… а я этим грешил, как и все, кто львиную долю времени проводит за столом или компьютером. Но не мог же я признаться в этом. Оставалось мужественно согласиться. Нет, ну подумать только, Жека Интеграл, хоть банду организовывай. И объявление в интернете: «Столкнулись с проблемами? Стандартные подходы не помогают? Решим все ваши задачи, даже со звездочкой. Ваши дифуры* – для нас не помеха. Быстро, дорого, с пояснениями на полях. Жека Интеграл». И пояснение прибавим, чтобы сразу компетенцию показать: «*дифуры – дифференциальные уравнения – уравнения, связывающие значение производной функции с самой функцией, значениями независимой переменной, числами (параметрами)». Ну или можно коротко и ясно: «Научим ваших детей плохому и математике».

– Мы с Ластиком проследим за вашим выходом, потом уйдем. Ключи у меня есть, – напутствовал нас Степан Вениаминович. – С Богом, ребятки.

Юля надела шлем сперва на меня, потом облачилась сама.

– Ну что расселся, не дрейфь, Интеграл! Или как там говорят в Охотнике – шевелись, Мися! – и нажала на кнопку геймпада, сознание привычно мигнуло и вышло…

Глава 5. Шевелись, Мися!

На этот раз мы очутились в городе. Появились в тесном переулке, среди разбросанных бочек и другого мусора, но стоило только завернуть за угол и выйти на улицу – я обомлел. Нет такого уравнения, которым можно было описать мой восторг.

– Ничего себе…, – только и смог выдавить я.

– Что за интеграл? – Подколола Юля. – Челюсть подтяни. Город, как город.

– Да ладно тебе! Красотища какая…

– Мило, ага. Пока ночью пьяную компанию студентов не встретишь, ссущих и блюющих дальше, чем видят.

Ярко светило солнце, надо головой – чистое, синее до белизны небо. Лучи света косыми столбами висели в воздухе и, отражаясь от окон и цветных витражей, норовили попасть в глаза прохожим. Те щурились и прикрывались руками, словно отмахиваясь от назойливых насекомых.

Сказочные, аккуратные двух-трехэтажные домики подпирали друг друга, образуя уютные улочки. Красные черепичные крыши переходили одна в другую, образуя ломаную линию городского пейзажа. В клумбах гнездились желтые, красные, синие цветы, с большими и маленькими лепестками, высокие и низкие. Я пожалел, что не разбираюсь в ботанике… или что не художник.

С улиц попросторнее разносились крики продавцов, зазывал, из открытых ставень многочисленных трактиров и кабаков слышался звон бокалов, стук кружек, голоса кутящих горожан. На заднем фоне звучала залихватские мотивы уличных музыкантов.

– Да сюда весь Питер эмигрирует из-за одного только климата, – не сдержал я изумления.

– Что же ты как баба? Увидел солнышко, цветочки и все? Весь Питер сюда эмигрирует и или засрет все за выходные, как Думскую и Дворцовую на праздники, или их перережут в кабаках в первую же ночь. Не обольщайся. Это игра. Здесь все гипертрофировано. И красота, и уродство. Тем более, ты представляешь, что произойдет с сознанием местных персонажей? Я – нет. Их искусственный интеллект близок к нашему, естественному, я же тебе затирала про их самосознание. Так вот, когда они поймут, что не одни во вселенной, что мы – пришельцы из другого, первичного мира – что случится? А если местные маги поднапрягутся и пробьются к нам в реальность? Это очень серьезные проблемы, очень серьезные последствия. Да мы тут мир спасаем! Ежеминутно!

Некоторое время мы пошатались по улицам, несмотря на показное безразличие к окружающему, Юля не спешила заняться делами, а спокойно прогуливалось по мостовым, разглядывая выкладки торговцев, слушая музыкантов, или просто рассматривая заинтересовавшие здание.

Отдел внедрения отлично постарался, из толпы мы не выделялись. На мне была пестрая бело-синяя куртка и черные штаны, перевязанные красными ленточками – усилием воли заглянув в инвентарь, я прочитал: Гамбезон Сертенского Лучника (Броня 32, +20% сопротивление ударному урону, +20% сопротивление рубящим ударам, +3% сопротивление стихиям), Штаны Кавалериста (Броня 28, +2% сопротивление колющим ударам, +2% сопротивление ударному урону, +6% сопротивление рубящим ударам, +10% сопротивление горению, + 10% регенерация энергии). Черные перчатки и такие же черные сапоги я не стал рассматривать столь пристально – удобно, не броско и ладно.