Философия для медицинских специальностей - Седова Наталья - Страница 9

Не удивительно, что именно в это время была принципиально осмыслена важность опыта, значимость и необходимость наблюдений и экспериментов для обнаружения истины. Так, Френсис Бэкон высшей целью науки полагал господство человека над природой, а «господствовать над природой можно, только подчиняясь ее законам». Бэкон провозгласил ставший знаменитым девиз: «Знание – сила». Но это уже означало, что и философия должна носить практический характер. Она должна помочь в преодолении трудностей на пути познания, которые Бэкон образно назвал «призраками» и даже дал их типологию: 1) «призраки рода» (ошибки, вытекавшие из того, что человек судит о природе по аналогии с жизнью людей); 2) «призраки пещеры» (ошибки индивидуального характера, зависящие от воспитания, вкусов, привычек отдельных людей); 3) «призраки рынка» (привычки пользоваться в суждении о мире ходячими представлениями и мнениями без критического к ним отношения); 4) «призраки театра» (слепая вера в авторитеты). Прошло столько веков, а эти призраки так и живут среди нас!

Идеи Бэкона привели философов Томаса Гоббса и Джона Локка к созданию критического эмпиризма. Гоббс полагал, что все понятия порождены не в человеческом уме первоначально, а в органах ощущения. Но схема восприятия мира недостаточна для научного знания, если исходить только из знания фактов. Гоббс принимает за основу теоретического знания математику, истины которой он связывает с языком, словами-знаками, участвующими в обмене мыслями по поводу непосредственного чувственного опыта. Он прибегает анализу, чтобы выявить в эмпирическом опыте общее.

А вот Джон Локк полагал, что все наши знания мы черпаем из опыта, ощущений. Он стал родоначальником сенсуализма – воззрения, выводящего все содержание знаний из деятельности органов чувств и сводящего его к сумме элементов чувственного. Нет ничего в уме, чего раньше не было в ощущении, – основной тезис Локка.

Но наука – это не только и не столько опыт. Это живая работа разума в первую очередь. Ведь в данных опыта, получаемых нами при помощи несовершенных органов чувств, могут быть (и часто бывают) ошибки. И если рассуждать логически, то сомнению можно подвергнуть любые (все!) данные органов чувств. Сомнений не может быть только в одном, в том, что мы думаем об этом, что мы вообще мыслим, ведь само сомнение – о, Cogito ergo sum).

Такой вывод сделал Рене Декарт – изящный талантливый француз, блестящий математик, разработавший метод дедукции и подаривший идею психо которую потом разрабатывали многие филосо идеального. Учение Декарта – это дуализм, который далеко не всем нравился. Но оно ценно еще и тем, что вызвало критику, оформившуюся в новые прогрессивные концепции. Так, не был согласен с Декартом голландец Спиноза и предложил принцип монизма (все многообразие мира объясняется с помощью единой субстанции). Интересно, что монизм Спинозы имеет пантеистический характер: Бог отождествляется с природой, а материя вообще вся способна мыслить. А человек способен видеть за индивидуальностью вещей универсальный элемент, идти от модуса к субстанции. Это делает его свободным, потому что «свобода есть осознанная необходимость», как писал Спиноза.

Рене Декарт

Были у Декарта и другие критики. Так, немецкий философ Готфрид Вильгельм Лейбниц считал, что мир состоит из мельчайших элементов – монад, духовных атомов бытия, обладающих активностью и самостоятельностью, находящихся в непрерывном изменении и способных к страданию, восприятию и сознанию. Мир монад строго иерархичен. Они располагаются от низших к высшим и венчающей их все – Богу. Применительно к проблеме отношения души и тела монадология Лейбница оказывается способом сохранить независимость души и тела и в то же время объяснить несомненный факт их согласованности.

Признание науки, знания ценностью требовало сделать следующий шаг – обосновать идею образования, воспитания, приобщения людей к этому удивительному миру истин. Не удивительно поэтому, что историческим и логическим продолжением духовных исканий философов и ученых Нового времени стала эпоха Просвещения. Просвещение выражало значительно более высокий уровень борьбы философов против религиозно-мировоззренческого наследия Средневековья. Важная роль в зарождении радикальной философии принадлежит таким выдающимся мыслителям XVIII в., как Вольтер, Ламетри, Руссо, Дидро, Гельвеций. Д’Аламбер, Гольбах. Исходные идеи эпохи Просвещения – культ науки (а следовательно, разума) и прогресс человечества. Просветители, как следует из самого слова, заботились о распространении просвещения среди народных масс. Они боролись за то, чтобы в обществе не было пропасти между бедными и людьми, утопающими в роскоши. В качестве идеала они выдвигали принцип равенства как требование здравого смысла.

Парадоксально, но ориентированная на науку и гражданские свободы философия Нового времени и эпохи Просвещения в своих теоретических исканиях приводила мыслителей к противоположному – к философскому субъективизму. Это и декартовское cogito, и лейбницевские монады без окон, и локковская абсолютизация субъективных ощущений, и, наконец, агностицизм Юма. Реакцией на эту стремительную тенденцию к распространению субъективизма стала философия, известная во всем мире как немецкая классика.

Немецкая классическая философия

Название не случайно. Это был период второго в истории взлета философской мысли (после Аристотеля). Но этот взлет уже можно было вполне объяснить: после обнаружения истинно философских проблем в Античности, систематизации их Аристотелем, теологизации средневековыми мыслителями, рационализации, вплоть до солипсизма и агностицизма, ориентированными на науку философами Нового времени, уже вполне можно было создать новую философскую систему, сочетавшую и научный, и теологический подходы. Несколько великих мыслителей принимали участие в ее создании, но один из них стал событием в истории цивилизации. Это Иммануил Кант.

Именно Кант осуществил «коперниковский переворот» в философии, разрушив представление о пассивной, созерцательной природе разума, человеческого сознания вообще. Кант тщательно исследовал возможности человеческого познания и установил его границы. Работа философов Нового времени завершилась выявлением непримиримого противоречия рационализма и эмпиризма. Кант же считал, что ни чувственные восприятия сами по себе, ни одни только рациональные идеи не могут быть положены в основу знания. Соединение чувств и рассудка может быть произведено лишь в деятельности, а именно – в произвольной, субъективной деятельности продуктивного воображения. По Канту, человек – это существо, наделенное удивительной и непостижимой продуктивной способностью воображения. Благодаря этой способности человек может получать представления о вещах как явлениях (феноменах). Однако каждая вещь также имеет свою независимую от человеческого сознания сущность. Кант назвал эту сущность «вещь в себе». Ее абсолютное познание невозможно.

Кант выявил два измерения человеческой жизни: человек принадлежит к миру явлений (феноменов), к миру природы, в этом мире нет свободы, это мир обусловленного. Но человек одновременно и «вещь в себе», так как он обладает той самой продуктивной способностью воображения, которую можно назвать свободой. Когда человек относится к себе как к единственному основанию своего собственного поступка, тогда он действует свободно. Кант пришел к выводу, что человека как свободное и ответственное существо нельзя познать с помощью «чистого» разума, к человеку нельзя подходить как к «явлению», объекту. Человека можно познать только «изнутри», как субъекта свободного, самообусловленного действия. Эту особую познавательную способность Кант назвал практическим разумом. Практический разум – это основание воли, он говорит человеку о необходимости действия вне зависимости от возможных последствий этого действия. Субъект практического разума (нравственного сознания) намеренно выключает себя из цепочки причинно-обусловленных действий, он может действовать в условиях полной познавательной неопределенности. Для него подлинной реальностью оказывается его бессмертная душа, свобода, Бог, а вот практический разум автономен. С помощью философии он может лучше реализовать себя. Кант предложил категорический императив (нравственный закон), который не содержит конкретных предписаний, а обращается к автономному субъекту, и поэтому ничего не навязывает ему: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла всегда стать и принципом всеобщего законодательства». Ничего не напоминает? А ведь Конфуций провозглашал нечто подобное.