Кроваво-красный (СИ) - "Ulgar Ridt" - Страница 125

 «Ситис, пожалуйста, только не сюда…»

 Кто-то за дверью замедлил шаг и прокашлялся в паре метров от комнаты.

 Он идет к Филиде. Больше некуда.

 — Капитан Филида, разрешите войти? — голос не выдавал тревоги. Человек еще не знал, что капитан мертв и что убийца рядом, застыла с обратной стороны двери, стараясь не дышать.

 "Уходи. Капитан спит". Не спит, не может спать или уйти — он был на месте пять минут назад, занимался делами заключенных, и тот, кто пришел к нему, прекрасно это знал. Страх подступил к горлу, смыкая на нем холодные костяные пальцы, и Терис зажмурилась, собирая волю в кулак и возвращая мысли в прежнее русло.

 Выполнить задание. Убить, оставить стрелу, отрубить палец... Меч Филиды в ножнах, висит на стене.

 В два прыжка она оказалась у стены, вытягивая из ножен оружие, и легкий шелест стали оборвал новый стук, принося с собой запоздалое понимание собственного провала.

 Зачем меч? Для пальца сгодился бы и кинжал в голенище сапога.

 — Капитан, все в порядке? — беспокойство в голосе балансировало на грани. Еще мгновение — и он забудет про устав, про правила, и...

 Терис одним движением метнулась вперед, и задвижка щелкнула в тот же момент, когда рука посетителя толкнула дверь.

 Долю секунды было тихо. Тихо настолько, что доносились голоса стражи с первого этажа и стук чьей-то кружки о стол. Где-то в городе залаяла собака, и под порывом ветра зашуршали листья на дубе. Взгляд успел зацепить, что щеколда старая и истертая, и дверь открывается внутрь. Ее выбьют. Быстро.

 — Стража! — крик за дверью оборвал все другие звуки, знаменуя начало идущего на секунды отсчета.

 Ее слышали, терять нечего. Кроме собственной жизни, конечно, но за нее еще можно побороться — как и за успешное завершение начатого.

 Отрубить палец... пальцы... Две руки, их десять... Разбираться некогда.

 Тяжелый меч поднялся и опустился дважды, разрубая запястья, и хруст костей и хрящей частично перекрыл топот ног в коридоре.

 Уже не таясь, убийца рванулась к кровати, хватая маленькую подушку и зубами разрывая шов с одной стороны. Розовая ткань, безвкусная вышивка с розочками и целующимися голубками — наверняка работа жены или матушки капитана местной стражи. Интересно, видела ли это чудо остальная стража, или ее хозяин прятал свое сокровище?

 Дверь дрогнула под первым ударом, когда Терис, отплевывая пух, засунула отрубленные кисти в подушку.

 Бежать. Внизу, под окном, пока никого, но кто-то будет там через считанные секунды.

 Нога поехала на натекшей из обрубка руки луже крови, и Терис болезненно приложилась плечом к подоконнику, цепляясь за него руками и поднимая на него непослушное от страха тело. Второй удар — дверь дрогнула, готовая слететь с петель.

 "Помоги..." — мольба, обращенная не то к Ситису, не то к Ноктюрнал, не то еще к кому-то из множества аэдра и даэдра, утонула в свисте воздуха в ушах.

 Камни двора приняли не так мягко, как земля рядом с деревом, но удержать равновесие удалось, выигрывая драгоценные мгновения. Она уже была на ногах, когда из-за угла казармы влетели трое, и до ушей донесся полный бессильной ярости крик на втором этаже.

 Над ухом просвистела стрела и отскочила, ударившись о каменную стену, отделявшую замок и казармы от остального города. Еще одна воткнулась бы в спину, не успей она, повинуясь обострившемуся чутью, отскочить в сторону, прибавляя скорость. Выбежать на улицу — там они не станут стрелять, есть риск попасть в мирных горожан или в своих же, и там у нее будет возможность скрыться. Переулки, подворотни, в каждом городе должны быть свои трущобы, где легко затеряться...

 Терис врезалась в столпившихся у дверей какой-то лавки горожан, протискиваясь между ними и ища взглядом выход с улицы. Дома, магазины, огороженные высокими изгородями дворы — здесь, у самого замка, не будет ни темных переулков, ни трущоб.

 — Держите ее! Она убила Филиду! — крик стражника всколыхнул толпу, и всеобщий гомон оглушил.

 Кто-то шарахнулся в сторону как от прокаженной, кто-то застыл в нерешительности, не рискуя связываться с убийцей прославленного капитана, большая часть народа даже не разобралась, о ком речь, и заметавшиеся из стороны в сторону люди поневоле сослужили ей службу, закрывая собой. Она протиснулась между двумя дородными горожанками, проскочила под рукой какого-то торговца с подносом вроде встреченной утром старушки, оттолкнула в сторону зазевавшегося босмера. Какой-то человек, взбодренный новым криком стражника, попытался преградить ей дорогу, широко расставив руку, и потяжелевшая подушка врезалась ему в лицо, вынуждая отступить.

 — Держите убийцу! — крик подгонял подобно кнуту, заставляя что было сил бежать вперед, к показавшемуся между домами переулку. Оттуда можно выбраться на соседнюю улицу, где дома беднее и их больше, где будут глухие закоулки и низкие крыши. Лейавин достаточно велик, чтобы затаиться где-то и обходными путями добраться до ворот… Надежда умерла, когда в переулке блеснули доспехи и резанули глаза зеленью гербы на кирасах. Они еще не бежали, но шли быстро, привлеченные криками, и она почувствовала, как взгляд одного из них впился клещами. Терис пронеслась мимо переулка, и лязг их доспехов долетел, когда она с разбега перемахнула через низкую изгородь чьего-то дворика. Перед глазами пронеслась отсыревшая стена дома, мерзлая земля с остатками прошлогодних цветов, врезался в уши испуганный вскрик вышедшей на крыльцо хозяйки — все это закрутило в водовороте образов и выпустило, когда хлопнула за спиной оказавшаяся не запертой калитка. Стража не побежит за ней, не будет прыгать через ограды — они пойдут улицами, и это даст ей время. Все еще не так плохо, если они не поднимут весь город… Конечно, простые горожане могут и побояться, но если слух докатится до магов… Терис подавила приступ паники, сворачивая в переулок и прыгая через еще одну ограду. Спиной она чувствовала, как известие об убийстве расползается по городу, подобно чуме, как стража рассеивается по улицам, готовая обшаривать каждый закоулок и подворотню. Дай Ситис, если к ее поиску не присоединятся маги...

 Тень узкой щели между домами проглотила, стены сжали, вынуждая протискиваться боком. На ходу Терис освободилась от уже бесполезного колчана, и, вырвавшись в сумрак окруженного домами пятачка, глянула назад. Шум волной катился за ней, но расстояние между домами оказалось слишком маленьким, чтобы кто-то попытался пролезть за ней следом. Скорее окружат и будут выкуривать как зверя из норы. Взгляд метнулся по потемневшим от сырости стенам, ища лазейку. Окна и двери сюда не выходили — это был даже не дворик, а колодец длиной в пять шагов от силы, попасть куда можно было только через узкие проходы между тремя домами. Терис с усилием раздавила желание остаться здесь, сжаться в комок и прилипнуть к стене в надежде, что все закончится само собой.

 Ничего не закончится. Не так просто. Ее ищут и будут искать, обшаривать каждый закоулок в городе, пока не найдут. И едва ли убьют сразу — она оставила костяную стрелу, подписавшись за все Братство в убийстве Филиды, и, прежде чем повесить, ее будут долго пытать. Терис втянула воздух, гоня из мыслей образы орудий пыток и темных застенков сырой тюрьмы. Об этом нельзя думать. Нельзя давать волю страху, нужно взять себя в руки и выбираться из этого скампова города.

 С соседней улицы доносились встревоженные голоса горожан, иногда кто-то мелькал в поле зрения, быстрым шагом проходя мимо простенка между домами и торопясь уйти. Она выбралась из щели между домами незаметно для немногочисленных прохожих, которые слишком торопились разойтись по домам, чтобы обратить на нее внимание. Казалось, что некоторые еще не знали, что произошло, и звон набата просто гнал их с улицы, напоминая о тех временах, когда этот звук возвещал о приближении даэдра. Терис заставила себя подстроиться под их шаг, не срываясь на бег и идя в сторону ворот. Низко опустив лицо, она одернула разорванную куртку и поправила волосы в надежде, что чары все ещё действуют. Она маленькая и незаметная, ее не видно, она такая же, как и все...