Слуги милосердия - Леки Энн - Страница 71

Она пошла.

— Да, радчааи. Все рады тому, что идет ремонт, и рады слышать, что, когда его закончат, они вернутся на свои места. Но они обеспокоены, радчааи. Дело в том… — Она заколебалась.

Мы дошли до лифта, и его дверь открылась, скользнув в сторону.

— К причалу, пожалуйста, кузина, — сказала я, хотя база знала, куда я направляюсь. Вежливость никогда не повредит. Я обратилась к Юран: — Дело в том, что шесть ИИ системы встретились в закрытом помещении, чтобы спланировать, как тут все будет отныне, а люди — жители системы, не говоря уже об обитателях Подсадья, кажется, не имеют на это влияния.

— Да, радчааи.

— Справедливо. Сегодня днем мы обсуждали именно этот вопрос. Есть проблемы, которые затрагивают каждого в системе, и потому каждый должен иметь возможность участвовать в принятии таких решений. Я отвечаю за вопросы оценки правонарушений и перевоспитания, и, конечно же, это неизбежно затрагивает службу безопасности. Я буду, разумеется, говорить с гражданином Лузулун и с магистратами — и здесь, и на планете. Но я также хочу услышать, что думают в целом люди–граждане. Я намерена сформировать комиссию для рассмотрения этого вопроса и хочу, чтобы в ней были представители различных групп жителей, чтобы все чувствовали, что у них есть к кому обратиться со своими заботами и кто–то вынесет их на всеобщее обсуждение. Обитателям Подсадья следует иметь там своего представителя. Скажи им об этом, и пусть они пришлют ко мне того, кого сочтут лучшим.

— Да, радчааи! — Двери лифта открылись, и мы вышли в холл причала. — Что мы здесь делаем?

— Встречаем пассажирский челнок. И мы как раз вовремя. — Поток граждан направлялся в холл из бокового прохода, в их числе — знакомая фигура в серой куртке, брюках и перчатках, с коротко подстриженными кудряшками. Усталая и настороженная. — А вот и она. Смотри.

— Кветер! — воскликнула Юран и побежала, всхлипывая, обнять сестру.

Экалу прибыла на базу со мной. На Этрепу Семь, вышедшую из челнока следом, сразу же обрушился шквал вопросов о том, когда и где можно будет обратиться к Экалу с приглашением — на обед, на чай, с надеждой лучше познакомиться. Некоторые запросы шли по любезному предложению Тайзэрвэт, но многие — только потому, что Экалу была лейтенантом «Милосердия Кадра» и лишь малыши на базе к настоящему времени еще не знали, кто, вероятно, будет формировать едва возникшую Республику Двух Систем.

Сеиварден, конечно, тоже получила много приглашений. Поэтому неудивительно, что в конечном счете они оказались за одним столом, пили чай, стараясь не обсыпаться крошками от выпечки. Сеиварден изо всех сил сохраняла невозмутимый вид, не желая допускать даже мысль о том, что Экалу заботит ее присутствие или что она хочет быть рядом. В конце концов, на базе полно людей, встретиться с которыми Экалу, возможно, хочется куда больше. Человек десять были здесь, трос или четверо явно соперничали между собой за внимание Экалу разговорами и смехом.

Экалу наклонилась ближе к Сеиварден:

— Нам следует найти более уединенное место. Если ты сможешь вести себя как следует.

— Да, — согласилась Сеиварден тихо, стараясь, чтобы это не прозвучало слишком пылко, что не очень–то ей удалось. — Я буду хорошим. Я постараюсь быть хорошим.

— Прямо сейчас? — спросила Экалу с легкой улыбкой, которая и покончила с попытками Сеиварден выглядеть спокойной и собранной.

Я договорилась поужинать с «Титанитом» в чайной возле главной площади и обнаружила, что он меня уже ждал.

— Кузен, ты, конечно, знаешь гражданина Юран? А это ее сестра, гражданин Кветер. Раугхд Денчи пыталась заставить ее взорвать меня, но она решила вместо того взорвать саму Раугхд.

— Припоминаю, что слышал об этом, — сказал «Титанит». — Отличная работа, гражданин. Для меня честь познакомиться с вами.

— Гражданин, — ответила Кветер тихо. По–прежнему настороженно.

Уставшая, подумала я, от поездки на челноке. «Мы нашли, что гражданин Кветер невиновна, — сообщалось в послании магистрата района Бисет, — но она предупреждена о необходимости надлежащего поведения в будущем и освобождена с условием, что будет находиться под вашим надзором, капитан флота». Я могла себе представить реакцию Кветер на увещевание о надлежащем поведении.

Я наклонила голову, словно услышала, как кто–то говорит.

— Тут возникло кое–что. Это всего лишь на несколько минут. Пожалуйста, сиди, Кветер. Юран, пойдем со мной, пожалуйста.

Выйдя в коридор, Юран в тревоге спросила:

— В чем дело, радчааи?

— Ни в чем, — призналась я. — Просто хотела оставить «Титанита» и Кветер наедине ненадолго. — Юран озадаченно смотрела на меня, немного расстроенная. — «Титанит» очень хочет капитана, — объяснила я. — А Кветер — замечательный человек. Я думаю, они подойдут друг другу. Но если мы будем ужинать вчетвером, Кветер, вероятно, станет говорить очень мало. А так они смогут узнать друг друга получше.

— Но она только приехала! Ты не можешь послать ее куда–то!

— Тише, дитя, я никого никуда не посылаю. Из этого может ничего не выйти. А если Кветер в конце концов отправится на «Титанит» как член экипажа — или еще куда–нибудь, чтобы чем–нибудь заняться, — ты сможешь навестить ее в любое время. — Я увидела в коридоре Баснаэйд. — Садовод! — Она устало улыбнулась. Подошла к нам с Юран. — Поужинайте с нами. Со мной и «Титанитом», я имею в виду, и с Юран и ее сестрой Кветер, которая только что прилетела снизу.

— Прошу извинить меня, капитан флота, — ответила Баснаэйд. — У меня был очень долгий день, и приглашений на чай, и ужин, и прочее было больше чем я в состоянии переварить. Мне бы в самом деле хотелось, чтобы все это прекратилось. Просто хочу вернуться к себе, съесть чашку скела и лечь спать.

— Мне жаль, — сказала я, — подозреваю, что это моя вина.

— Долгий день — не ваша вина, — возразила она с полуулыбкой, которая так напомнила мне лейтенанта Оун. — По приглашения — определенно.

— Посмотрю, что я смогу сделать, — пообещала я. — Хотя, возможно, — немногое. Вы уверены насчет ужина? Да? Тогда отдыхайте. И обращайтесь ко мне без всяких сомнений, если я понадоблюсь. — Надо будет поговорить с базой, чтобы кто-нибудь пресек эти приставания.

Никаких настоящих концов, никакого совершенного счастья в финале, никакого безысходного отчаяния. Встречи да завтраки и ужины. Пять предвкушала, как завтра снова выставит на стол лучший фарфор, волновалась, достаточно ли у нас чая на ближайшие несколько дней. Тайзэрвэт стояла на вахте на борту «Милосердия Калра», Бо Один — рядом с ней, мурлыча под нос «О дерево, съешь рыбку». Этрепа Семь стояла на страже с бесстрастностью вспомогательного компонента возле отсека для вещей, оккупированного Экалу и Сеиварден, и совершенно не смущалась тем шумом, который доносился оттуда время от времени. Радуясь на самом деле и испытывая облегчение оттого, что по крайней море это было именно так, как, по ее мнению, и следовало. Амаат Два и Четыре, обе помогали ремонтной бригаде в Подсадье и пели вместе, но, не осознавая этого, несколько вразнобой: «Моя мать говорила, что все вращается, корабль вращается вокруг базы, все вращается».

Я сказала Юран:

— Ну, порядок. Пойдем поедим.

В конце концов, сначала всегда был один шаг, а за ним — другой.

Благодарности

Как всегда, я в огромном долгу перед своими редакторами, Уиллом Хинтоном из Orbit US и Дженни Хилл из Orbit UK, за их помощь и советы. Огромная благодарность также моему невероятному, поразительному агенту Сету Фишману.

Кроме того, этой книге помогли комментарии и предложения многих друзей, в том числе Марго–Леа Гурвиц, Анны и Курта Швинд и Рейчел и Майка Свирски. Я бы хотела также поблагодарить Коринн Клостер — она просто потрясающая. Любые ошибки и оплошности, конечно, являются целиком и полностью моими.

Возможность пользоваться хорошими библиотеками мне как писателю очень помогла, причем доступ не только к широкому спектру художественной литературы, но также и к материалам научных исследований. Библиотека округа Сент–Луис, Муниципальный библиотечный консорциум округа Сент–Луис, публичная библиотека Сент–Луиса, библиотека Университета Вэбстер и библиотека Томаса Джефферсона Университета Миссури в Сент–Луисе — все они были для меня просто бесценными. Благодарю персонал всех этих библиотек — вы делаете мир гораздо лучше.