Вторая мировая война. (Часть I, тома 1-2) - Спенсер-Черчилль Уинстон - Страница 133

Внезапно все эти условия оказались выполненными, и на следующий день после Дюнкерка и капитуляции Франции Редер, очевидно с некоторым опасением, но и с чувством удовлетворения, смог явиться к фюреру со своим планом. 21 мая, а затем 20 июня он беседовал с Гитлером на эту тему не с целью предложить вторжение, но желая договориться о том, что, если будет отдан приказ о вторжении, разработка деталей не будет производиться поспешно. Гитлер был настроен скептически и сказал, что «прекрасно понимает, с какими исключительными трудностями было бы сопряжено подобное предприятие».

Кроме того, он лелеял надежду, что Англия будет добиваться мира. Лишь в последнюю неделю июня германское верховное командование занялось этой идеей, и только 2 июля была дана первая директива о составлении плана вторжения в Англию как возможного события. «Фюрер решил, что при определенных условиях — самым важным из которых является обеспечение превосходства в воздухе — высадка в Англии могла бы состояться».

16 июля Гитлер дал следующую директиву:

В это время уже принимались различные меры по подготовке к осуществлению этой акции.

План действий германского военно-морского флота, о существовании которого я получил некоторые сведения еще в июне, был в основе своей механическим. Немцы предполагали под защитой батарей тяжелых орудий, стреляющих с Гри-Не по Дувру, и под очень сильным артиллерийским прикрытием вдоль французского побережья Па-де-Кале создать узкий коридор через пролив по кратчайшей удобной линии и оградить этот коридор с обеих сторон минными полями, которые защищались бы извне подводными лодками. Через этот коридор предполагалось последовательными многократными волнами перебросить армию и обеспечить ее снабжение. На этом задача военного флота кончалась, и командование германской армии должно было решать проблему самостоятельно.

Командование германской армии вначале испытывало серьезные сомнения относительно вторжения в Англию. Оно не разрабатывало планов подготовки к нему и не проводило специального обучения. По мере того как одна за другой шли недели невероятных фантастических побед, оно начало становиться смелей. Ответственность за благополучную переброску войск несла не армия, и ее командование считало, что, если будут переброшены достаточно крупные силы, задача будет выполнима. Еще в августе адмирал Редер счел необходимым обратить внимание сухопутного командования на опасность перехода через пролив, во время которого могли погибнуть все перебрасываемые войска. После же того как ответственность за переброску армии была совершенно определенно возложена на военно-морской флот, его командование вообще стало придерживаться пессимистических взглядов.

21 июля руководители трех видов вооруженных сил встретились с фюрером. Он сообщил им, что решающий этап войны уже наступил, но что Англия еще не осознала этого и продолжает надеяться на поворот судьбы. Он говорил о поддержке Англии Соединенными Штатами и о возможном изменении политических отношений Германии с Советским Союзом. Осуществление операции «Морской лев», сказал он, надо считать самым действенным средством быстрого завершения войны.

Необходимыми условиями были: абсолютное господство в воздухе, оперативное использование мощной артиллерии в Дуврском проливе и защита с помощью минных полей.

В германских штабах возникли ожесточенные споры по поводу ширины фронта и числа пунктов, которые следовало атаковать. Армия требовала высадки нескольких десантов вдоль всего южного побережья Англии от Дувра до Лайм-Риджис, западнее Портленда. Кроме того, она требовала высадки вспомогательного десанта севернее Дувра в Рамсгете. А германский военно-морской штаб утверждал, что наиболее подходящим для безопасной переправы через пролив является район, расположенный между Норт-Форлендом и западной оконечностью острова Уайт. Штаб армии разработал план высадки 100 тысяч человек, за которой должна была почти немедленно последовать высадка десантов численностью еще в 160 тысяч человек, в различных пунктах от Дувра на запад до Лайм-Бея. Начальник штаба сухопутных войск генерал-полковник Гальдер заявлял, что в районе Брайтона нужно высадить по меньшей мере 4 дивизии. Он требовал также, чтобы десанты были высажены в районе Дила, Рамсгета; вдоль всего фронта нужно было развернуть в различных пунктах — по возможности одновременно — по меньшей мере 13 дивизий. В дополнение к этому германская авиация требовала морской транспорт для переброски с первым эшелоном 52 зенитных батарей.

Однако начальник военно-морского штаба дал понять, что быстрая переброска таких крупных сил невозможна. Он физически не в состоянии был взять на себя задачу эскортирования десантного флота на всем протяжении упомянутого района. Он имел лишь в виду, что в пределах этого участка армия выберет наиболее удобное место. Военно-морской флот не располагал достаточными силами даже при условии господства в воздухе, для того чтобы защищать одновременно более одного маршрута, и считал наименее трудными самые узкие части Дуврского пролива. Чтобы перебросить со вторым эшелоном 160 тысяч человек и их оснащение за одну операцию, потребовались бы суда общим водоизмещением в два миллиона тонн. Даже если бы это фантастическое требование и могло быть удовлетворено, такое количество судов нельзя было бы сосредоточить в районах погрузки. Можно было бы перебросить лишь первые эшелоны для создания узких плацдармов, и потребовалось бы по меньшей мере два дня, чтобы высадить вторые эшелоны этих же дивизий, не говоря уже о переброске еще шести дивизий, что предусматривалось планом.

Он указал также на то, что высадка на широком фронте означала бы разницу в 3 — 5,5 часа в сроках прилива в различных намеченных пунктах. Таким образом, нужно было бы либо заведомо согласиться на неблагоприятные условия прилива в некоторых пунктах высадки, либо отказаться от одновременной высадки. На этот довод было очень трудно что-либо возразить.

В конце концов Гитлер вынес компромиссное решение, не удовлетворившее ни армию, ни флот. В директиве верховного командования, данной 27 августа, говорилось, что «армия в своих операциях должна учитывать такие факторы, как наличный тоннаж и безопасность переправы и высадки». От планов высадки десантов в районе Дила, Рамсгета отказались, но фронт предполагалось растянуть от Фолкстона до Богнора. Итак, даже такого ограниченного соглашения удалось достичь лишь в конце августа; и конечно, все зависело от победы в воздушной битве, которая к тому времени бушевала уже в течение шести недель.

На основании намеченного наконец участка фронта был разработан окончательный план. Военное командование было поручено Рундштедту, однако ввиду нехватки судов силы, находившиеся в его распоряжении, сократились до 13 дивизий и 12 дивизий в резерве.

На долю военно-морского штаба выпала самая тяжелая первоначальная задача. Для удовлетворения всех своих нужд Германия имела морские суда общим водоизмещением в 1200 тысяч тонн. Для того чтобы погрузить войска вторжения, потребовалось бы больше половины этого тоннажа, что вызвало бы серьезное расстройство в экономике. К началу сентября военно-морской штаб имел возможность сообщить, что реквизированы следующие суда: 168 транспортов (водоизмещением в 700 тысяч тонн), 1910 барж, 419 буксиров и траулеров, 1600 моторных катеров.