Вторая мировая война. (Часть I, тома 1-2) - Спенсер-Черчилль Уинстон - Страница 116

Я хотел, чтобы наша армия вновь приобрела выправку и свои боевые качества, но этому вначале мешало то обстоятельство, что много войск было занято возведением укреплений в своих собственных районах или на побережье.

Впервые за 125 лет на противоположном берегу узкого пролива теперь расположился могущественный противник. В этих условиях нам пришлось провести огромную работу по созданию крупных воинских формирований и разветвленной системы обороны, чтобы в случае появления войск вторжения уничтожить их, ибо иного выхода у нас не было. Обе стороны должны были придерживаться правила «убивать или быть убитым». Теперь в общий план обороны можно было включить войска внутренней обороны.

25 июня командующий армией метрополии генерал Айронсайд доложил свои планы начальникам штабов. Эти планы, конечно, были тщательно изучены экспертами, и я лично рассмотрел их с немалым вниманием. В общем они были одобрены.

Этот первоначальный набросок большого будущего плана имел три главных элемента:

во-первых, укрепленная «корка» на тех участках побережья, где вторжение было вероятным; войска, оборонявшие эти участки, должны сражаться там, где они находились, при поддержке ближайших подвижных резервов;

во-вторых, линия противотанковых препятствий, занимаемая частями внутренней обороны, простирающаяся до восточного центра Англии и защищающая Лондон и большие промышленные центры от атак танков;

в-третьих, за этой линией располагаются общие резервы, предназначенные для главных контрнаступательных действий.

На протяжении недель и месяцев в этот план непрерывно вносились дополнения и уточнения, но общая концепция осталась нетронутой. Все войска в случае нападения должны были твердо занимать не только линейную, но и круговую оборону в то время, как другие войска были бы быстро двинуты для уничтожения нападающих, независимо от того, появились они с моря или с воздуха. Войска, которые были бы отрезаны и не смогли сразу получить помощь, не должны были ограничиваться простым удержанием своих позиций. Были подготовлены активные меры для того, чтобы тревожить противника с тыла, мешать его коммуникациям и уничтожать материальную часть, как это весьма успешно делали русские, когда немцы хлынули в их страну годом позднее.

Имелся общий план, разработанный, согласованный и всеобъемлющий.

Окончательно он был оформлен в следующем виде. Общее командование находилось в главном штабе в Лондоне. Вся Великобритания и Северная Ирландия были разделены на семь военных округов; последние в свою очередь делились на корпусные и дивизионные участки. Округа, корпуса и дивизии обязаны были держать определенную часть своих сил в подвижном резерве, выделяя лишь минимум для обороны своих собственных позиций. Постепенно в тылу участков побережья были созданы зоны обороны в каждом дивизионном и корпусном участке и далее в округах, причем вся система оборонительных сооружений простиралась в глубину на 100 миль или даже больше. А за этим был возведен главный противотанковый рубеж, пересекавший Южную Англию и доходивший на севере до Ноттингемшира. Кроме того, имелся последний резерв, непосредственно подчиненный командующему всеми внутренними войсками. Мы стремились к тому, чтобы этот резерв был возможно более крупным и подвижным.

В рамках этой общей структуры имелось много отклонений. Был специально изучен каждый из наших портов на восточном и южном побережье. Прямая фронтальная атака на защищаемый порт считалась маловероятной; все эти порты были превращены в укрепленные пункты, одинаково способные обороняться как с суши, так и с моря. На площади во много тысяч квадратных миль в Англии были установлены препятствия, чтобы помешать высадке воздушно-десантных войск. Все наши аэродромы, радарные станции и склады горючего, которых летом 1940 года насчитывалось 375, нуждались в обороне специальными гарнизонами и своими собственными летчиками. Многие тысячи «уязвимых пунктов» — мостов, электростанций, складов, важнейших предприятий и т. п. — приходилось охранять днем и ночью от диверсий или внезапного нападения. Были подготовлены планы немедленного уничтожения ресурсов, которые могли бы в случае их захвата быть полезными неприятелю. Уничтожение портовых сооружений, создание воронок на главных дорогах, вывод из строя автотранспорта, телефонных и телеграфных узлов, подвижного состава и путей, прежде чем мы потеряли бы контроль над ними, — все это было запланировано до мельчайших деталей. Однако, несмотря на эти разумные и необходимые меры предосторожности, в которых гражданские ведомства неустанно помогали военным, вопрос о «политике выжженной земли» не стоял. Народ должен был защитить Англию, но не разрушать ее.

Глава девятая

Агония Франции

13 июня я предпринял последнюю поездку во Францию, после чего не был там четыре года почти день в день. Французское правительство переехало в Тур, и напряженность непрерывно нарастала. Я взял с собой Эдуарда Галифакса и генерала Исмея; согласие отправиться с нами выразил также Макс Бивербрук.

Когда мы прибыли в Тур, выяснилось, что накануне ночью аэропорт подвергся ожесточенной бомбардировке. Несмотря на воронки, нашему самолету и всему нашему эскорту удалось плавно приземлиться. Все увеличивавшийся развал в делах почувствовался сразу. Никто не пришел встречать нас, и, очевидно, никто нас и не ждал. На машине начальника аэродрома мы поехали в город, направляясь в префектуру, где, как нам сообщили, разместилось французское правительство. Никого из влиятельных людей там не было, но нам сказали, что Рейно выехал на машине в город и что вскоре должен также прибыть министр внутренних дел Мандель.

Поскольку время приближалось к 2 часам дня, я настаивал на том, что следует позавтракать. Переговорив, мы двинулись по улицам, запруженным машинами беженцев. У большинства машин наверху лежал неизменный матрац; машины были набиты вещами. Мы разыскали кафе, но оно оказалось закрытым. После некоторых объяснений нам подали еду.