Фиолетовый снег (СИ) - Бердичева Екатерина Павловна - Страница 24

Ванька подошел и обнял меня. Вопрос был решен, и мы дружно двинулись к их дому.

- А может, Вы уже к нам переедете? – спросила эта детская непосредственность. Александр покраснел и заулыбался. Я щелкнула Ивана по носу. Еле дотянулась. Скоро отца по росту догонит, а все глупости говорит! Но стало приятно.

Я готовила обед и напевала, мужчины сидели в гостиной и прокладывали маршрут, споря, в основном, о времени. Я высунула голову из кухни и сказала: - Мы же поедем по М-5? -

Те хором покивали головами. - Значит, будем проезжать через Сызрань. У меня там живет родной дядя. Брат моего отца. Точных координат не помню, но улицу, надеюсь, найду. Он одинок, жена умерла, дети разъехались. Давайте заедем, проведаем старика? Мы с ним не виделись больше десяти лет. Он замечательный человек и, если с ним все в порядке, то на денек остановимся и передохнем.

Мальчики согласились и внесли коррективы.

А еще через два дня, с раннего утра, как только взошло солнце, мы выехали в путь. Дорога то сужалась, то расширялась. В некоторых местах была просто отличной, а кое-где похожей на лунный ландшафт. Российские дороги… Что с этим поделаешь?

Периодически мы останавливались в разных кафешках на трассе. Грамотный Александр Иванович выбирал те заведения, где стояли дальнобойщики. Уж они-то точно знают, где вкусно кормят! А какую замечательную копченую рыбу мы купили в одном селе! Сначала объелись, потом выпили всю воду, которая была под рукой в салоне. А запах пришлось выветривать открыванием окон.

Я с удовольствием рассматривала проносящиеся пейзажи. Иван, вычитавший в интернете различную интересную информацию, с удовольствием взял на себя роль гида. Однажды я заикнулась о том, чтобы поменять Александра за рулем. Он сверкнул на меня глазами и промолчал. За объяснениями я повернулась к Ивану. Тот важно покивал головой и снизошел до меня: - Это означает, что ты покусилась на святое мужское дело, женщина!

Мы засмеялись. Проехали Пензу и затарились ящиком с водой. Здесь, за городом, давно, еще в десятом году, горели леса. Сейчас все вырубили, и густой когда-то сосняк зиял большими проплешинами. Вечерело, дорога стала пошире. Еще чуть-чуть и Сызрань. В городок мы въехали на закате и начали колесить по улицам. Название ее я помнила, но на тротуарах около высоких заборов никого не было и спросить было не у кого. Ванька стукнул себя по лбу и включил навигатор. Через пять минут я звонила в звонок у калитки. Изнутри раздались шаги, и дверь мне открыл пожилой мужчина, похожий на моего отца, такой, каким бы мог стать тот, доживи до этих лет.

- Дядь Толь! Я – Света, Вашего брата Василия дочка. Вы, наверное, помните, как мы к Вам приезжали?

Дядя Толя искренне улыбнулся и сказал: - Ну, Слава Богу, а то я звонил, писал после его смерти, а вы все не откликались. Заезжайте! – он пошел открывать ворота.

Я его спросила: - Мы можем у Вас остановиться на ночь? Не потесним?

- Да хоть навсегда, - улыбнулись его морщинки. Они с отцом были так похожи. Я вздохнула. Он заметил и переменил тему: - Твои мужики?

Ванька доставал из машины сумки, а Александр как раз подошел поздороваться и подал дяде Толе руку: - Александр.

- Я – Иван, - крикнул от машины Ванька.

- Идем в дом. – пригласил дядя. Александр Иванович взял одну из сумок у Ивана, и они пошли за нами. Нас разместили, и через час я ставила на стол поздний ужин. Дядя Толя принес бутылку: - За знакомство!

- Нам же ехать завтра! – в испуге отказалась я.

- Вы в отпуске? В отпуске. Поедете послезавтра. Только приехали и уже бросаете старика! Это неправильно. – Дядя Толя разлил по бокалам густую красную жидкость. – Это мое собственное виноградное вино. Пробуйте. Вкусно. Итак, за знакомство!

Через час мы сидели и вчетвером пели русские народные песни. А в открытые окна террасы лезли любопытные яблоневые ветки.

На следующее утро я проснулась рано. Через приоткрытое окно бил яркий солнечный свет. Я встала, надела сарафан и пошла в сад. Мне хотелось снова увидеть виноградные лозы, кусты смородины и подрастающие дыньки с арбузиками. Ну и, конечно, старые раскидистые яблони. Дядя Толя уже был там.

- Доброе утро! – поприветствовала его.

- Рано же ты поднялась! Солнышко разбудило?

- Да, красиво тут у Вас! Все осталось, как в детстве. Ничего не изменилось. – Я погладила пальцами резной виноградный лист. Виноградинки наливались светом и соком.

Дядя Толя повел меня вглубь участка: - А здесь растет одна замечательная яблонька… - сказал он. Я рассмеялась.

- Я так с нее замечательно упала!

- Да. Но яблочки на ней волшебные. Самые ранние. Сорви, попробуй!

Я сорвала красное спелое яблочко и откусила: - Сладкое!

- Нарви своим мужикам к завтраку. – Сказал он и посмотрел мне в глаза: - Хорошая у тебя семья, Светка. Я рад за тебя. Видно, что души в тебе не чают. Сейчас такое редко встретишь.

Я смутилась,  развернулась к яблоне и начала обрывать самые красивые плоды. Ну что тут скажешь?

На запах приготовленного плова пришли проснувшиеся мужчины. Дядя Толя опять принес бутылку, только с белым вином.

- По одной рюмочке, под мяско. – провозгласил он. Мы выпили, Иван отказался, но с удовольствием захрустел яблоками.

- Дядь Толь, - без церемоний начал расспрашивать ребенок, - а пляж тут есть?

- Да прямо, через парк, минут десять и выйдите. – объяснил дядя.

После завтрака Иван помыл посуду и потащил нас на пляж: - Ехали-ехали, а в Волге еще не купались!

Александр с сыном пошли, а я осталась, объяснив тем, что хочу побыть с дядей. На самом деле я еще не была готова перед ними раздеваться. Я боялась. Взглядов, прикосновений, отношений, в конце концов. Ванька с упорством локомотива тащил меня в свою семью. А мне было страшно. Страшно что-то недопонять, обидеть или обидеться. А еще того, что этот интерес ко мне может пройти бесследно, едва Иван уедет в Питер. Это он выбрал себе маму. Но не Александр жену. Я иногда украдкой посматривала на этого сильного и красивого мужчину. Да, он был одинок. Один воспитал сына. Но нужен ли был ему кто-нибудь в его одиночестве? Мне иногда казалось, что он злится на меня за то, что так далеко зашла в его личное пространство.

Я напросилась помочь дяде Толе с огородом. С удовольствием сидела и полола клубнику. Дядя обещал за мои труды к зиме прислать несколько бутылок своего ароматного вина.

- Дядь Толь, Вы приезжайте к нам сами. Я оставлю Вам телефон и адрес. На поезде это недалеко. Вам осенью делать будет нечего, приедете, я встречу.

Он пообещал. Мне даже как-то стало спокойнее. Словно выполнила данное отцу обещание.

На следующий день мы двинулись в сторону Жигулевска.

К моему большому изумлению, там нам удалось снять две вполне приличные комнаты, и в Жигулевские горы каждый день мы выезжали из этой нашей базы. Как же там было красиво! Широченная Волга с островами, высокие, сложенные из известняка горы, узкие мостики для туристов и захватывающие дух панорамы. И сосны, березы, ковыль. Мы побывали на Стрельной, полазили по Верблюду, спускались в штольни. Нет, наши туристы не могут просто придти и посмотреть на эту красоту. Обязательно надо пометить, что “здесь был Костя”. Лучше бы кустики метили, право слово. И не видно, и удобрение, опять же. Мы так налазились по этим горам, что у меня болели ноги, хотя до сих пор дружу со спортом. Ванька скалил зубы и дразнил слабачкой, хотя к вечеру выматывался и он. Хорошо, при гостинице был ресторанчик. На готовку сил бы не хватило. Сверху, на той стороне реки, мы видели Тольятти и какие-то села. Интересно. А еще мы купались в Волге у подножия этих гор. Мы нашли маленький и чистенький пляжик и загорали, сидя на песке. И меня все-таки раздели. Я отнекивалась, а Ванька подхватил меня на руки и в одежде понес в воду. Пришлось уступить силе. Все дни, что мы провели в окрестностях Жигулевска, были яркими и солнечными. Мы отсняли кучу фотографий и даже небольшой фильм о нашем крутом восхождении. Снимал, в основном, Ванька. Сказал, что возьмет с собой на память о лете в Питер. Мы позировали на скальных выступах и не возражали. В последний день наших волжских каникул мы еще раз поднялись на Стрельную. Иван оттуда сверху бросил горсть монеток: - Чтобы еще раз вместе вернуться. – пояснил он.