Фиолетовый снег (СИ) - Бердичева Екатерина Павловна - Страница 22

За окном раздались аплодисменты. Второй этаж – окно открыто. Слушай, кто хочешь! Я засмеялась и выглянула на улицу. Там стояло человек двадцать: пенсионеры, возвращающиеся с работы люди, собачники с псами… Какой-то парень крикнул: - Идите к нам, я еще одну гитару принесу, вместе споем!

Я оглянулась на Бортниковых. В Ванькиных глазах разгорались чертячьи искорки. Его отец протянул мне руку: - А Вы хотите?

- Давайте еще по бокальчику и пойдем в народ! – пожала я плечами. Праздник, в конце концов. Новоселье! Отметим громко.

Мы встали и пошли на улицу. Люди под березки принесли стулья и лавочки. Пока мы устраивались, собачники увели собак и вернулись снова. Тот парень с гитарой пришел не один. За ним притопал его друг. С аккордеоном. Мы расселись. Концерт начался. Пели мы по очереди и вместе. Играли тоже по очереди.

Солнце почти ушло за горизонт. Было около одиннадцати вечера. Стало прохладно. Кто-то из людей уже ушел домой, кто-то только присоединился. Я поняла, что устала.

- Может, на сегодня все? – спросила я Бортниковых. Ванька посмотрел на меня так, как будто я отняла у ребенка конфету.

- Нет. – Ответил он. – Я хочу спеть для Вас, Светлана Васильевна, одну песню. Но не от своего лица. Хотя я Вас тоже люблю. Песня Лайонела Ричи “Hello”. Для Вас.

I`ve been alone with you inside my mind

And in my dreams I`ve kissed your lips a thousand times

I sometimes see you pass outside my door

Hello, is it me you`re looking for

“Я оставался наедине с тобой в своих мыслях. В своих мечтах я целовал твои губы тысячу раз. Иногда я вижу, как ты проходишь мимо моего дома. Привет, я случайно не тот, кого ты ищешь?”

….Cause you know just what to say

And you know just what to do

And I want to tell you so mach, I love you…

“Ты знаешь, что сказать, и знаешь, что сделать. Я очень сильно хочу тебе сказать: я тебя люблю…”

  ….Tell me how to win your heart

For I haven`t got a clue.

But let me start by saying, I love you…

“Скажи мне, как завоевать твое сердце, я не имею понятия. Но давай я начну словами: Я тебя люблю…”

Мои губы улыбались, а сердце плакало. Ну что я могу сделать?

Умный Ваня все заметил и тут же заполнил паузу: - Дамы и господа! Концерт окончен. Пожертвования в фонд любителей зеленых елочек прошу заносить в сорок пятую квартиру!

Мне после этих откровений хотелось забиться на диванчик и выключить свет.

Люди начали разбирать свое имущество. Ванька вручил мне гитару, а своему отцу ключ от моей квартиры.

- Мы с ребятами еще прогуляемся. Можно?

- Недолго. Помнишь, что хотели сделать завтра?

- Папа! – возмутился полуночный гулена. – Через минут сорок буду!

И умыкнулся с ребятами в сторону улицы. Мы с Александром Ивановичем остались.

- Давайте, уберу со стола, и Вы меня проводите. – Предложила я.

- Давайте, я Вас провожу. – Усмехнулся Ванин отец и протянул мне руку ладонью вверх: - Гитару отдайте!

Мы шли рядом. Наступила теплая и тихая ночь. По черному небосклону рассыпались яркие звезды. Мы завернули за дом и пошли по дороге к лесу. Оттуда пахло сыростью и нагретой за день хвоей. Недалеко от дороги лежало толстое и длинное бревно.

- Присядем? – пригласил Бортников. Я села на сухую и шершавую кору. Александр Иванович опустился рядом. Я молчала, молчал и он. Я почувствовала, что уже хочу в кроватку и тихонечко зевнула. Бортников заметил: - Вы устали, пойдемте! – он поднялся и подал мне руку. Я протянула навстречу свою. Моя была холодной от ночной сырости и от волнения. Его рука была теплой и сухой.

- Вы замерзли совсем, что же молчите? Можно простудиться! – выговорил мне мужчина.

“А так все начиналось…”- подумала я и сказала: - Да, извините, день был насыщенным и уже хочется спать.

И я пошла быстрым шагом в сторону домов. Александр Иванович растерянно топал сзади. У моего подъезда он протянул мне гитару и ключ: - Спокойной ночи, Светлана Васильевна!

- Спокойной ночи, Александр Иванович. – Сказала я и повернулась к нему спиной.

- Я так счастлив…- прилетели мне вслед тихие слова.

Утро следующего дня было неожиданным. Я только разодрала глаза после вчерашнего, как зазвонил телефон и Ванин бодрый голос мне поведал: - Доброе утро! Через пятнадцать минут мы будем у Вашего подъезда.

- Зачем? – опешила я.

- Мы едем заказывать мебель! – объяснил Иван и отключился. Да. Против Вани не попрешь. Себе дороже. Я одной рукой ставила чайник, другой – чистила зубы. Через пятнадцать минут, вполне готовая к подвигам, я стояла у подъезда. От угла дома на меня неотвратимо надвигался черный джип.

Ваня вылез из передней дверки и придержал ее: - Садитесь, Светлана Васильевна! Карета подана!

- Может,  сзади? – робко попыталась возразить я под перекрестным взглядом одинаковых глаз.

- Вань, подсади леди! – отдал приказ Бортников-старший.

Ванька легко обхватил меня за талию и поставил на коврик у пассажирского сиденья рядом с отцом. Я села. Ваня мне подмигнул, захлопнул дверь и прыгнул назад. Мы поехали.

- Как спалось? – просунул свою мордочку между сидениями Иван.

- Хорошо! – искренне ответила я.

- Я же говорил! – неизвестно о чем отозвался парень.

Его отец молча посмотрел на меня и улыбнулся. Вот теперь узнаю того самоуверенного и властного мужчину, с которым познакомилась в декабре. Глаза сверкали, одежда сияла новизной, а выбритый подбородок пах дорогим одеколоном. Ванька, как всегда, смотрел на нас обоих.

- Сейчас мы поедем в торговый центр и купим там все-все! – обрадовал меня он.

- А ничего, что Вы не на работе? – спросила я Александра Ивановича.

- У меня на сегодня нет плановых операций. А административными делами и без меня есть кому заниматься, Светлана Васильевна.

- Я рада, Александр Иванович! – честно призналась я.

- Послушайте, вы, умные взрослые люди! – вдруг хитро улыбнулся Иван. – Вам, таким правильным и вежливым, еще не надоело язык коверкать: Светлана Васильевна… Александр Иванович! Может лучше просто: Светлана и Александр? Просто боюсь, что пока на Свету и Сашу вы не согласитесь. А?

Я засмеялась и сказала: Алекса-н-д-р…

Ванька откинулся назад и захохотал.

Бортников- старший повернул голову ко мне и оскалил зубы: - Светик-семицветик!

Иван сзади уже похрюкивал.

Мы докатились до торгового центра и припарковались недалеко от входа. Ванька помог вылезти мне наружу: недолго думая, дернул за ладонь и поймал в объятья своих длинных рук.

- Смотри не задуши! – со смешком откомментировал его отец.

“Прогресс, однако”- про себя подумала я.

И мы, смеясь, вошли в большой торговый центр. В первую очередь я выбрала себе кухню: шкафы, столики, плиту, вытяжку, новую мойку под столешницу, духовой шкаф и холодильник. Каждая нормальная женщина знает, какое это счастье – кухня твоей мечты. Вот эту мечту я и пыталась реализовать. С доставкой и сборкой. Когда пошла расплачиваться к кассе, Ванька схватил меня за локти, развернул к себе лицом, а туда спиной, и стал показывать какую-то дизайнерскую полочку под цветочки.

- Вань, мне нужно функциональное помещение, а не оранжерея! – пыталась отбиться от него я. Он строил мне чертячьи гримасы и вспоминал новогоднюю елку. А потом вдруг резко отпустил мои руки и посмотрел через мое плечо. Я развернулась и увидела Александра, отходящего от кассы и убирающего в барсетку платежную карту.

- Обманули, да? Александр Иванович, ну зачем? У меня есть деньги! – подошла я к мужчине.

- Вы мне тоже подарили дорогой подарок, должен же я Вас отблагодарить? – улыбнулся он.

- Знаете, - зашипела я тихо, - я делала Вам подарок от чистого сердца, от огромного уважения к Вашему таланту, а Вы… отдариваетесь. – Я махнула рукой и вышла из стеклянных дверей магазина. Настроение резко упало и ничего больше не хотелось. Александр Иванович недоуменно смотрел, как я ухожу, а Ванька сразу бросился следом и обнял меня за плечи: - Светлана Васильевна! Вы – самый милый и добрый человечек, которого я знаю,- зашептал он мне на ухо своим бархатным голосом. – Просто отец неправильно выразил свою мысль, простите его! Он очень хотел сделать Вам приятный подарок, тот, который на самом деле Вам необходим. Он так радовался, что мы все вместе едем за покупками! А этими словами он просто еще раз Вас поблагодарил за ту мечту, которую Вы ему подарили! Знаете, - продолжал, обнимая, удерживать меня от бегства этот чудо-переводчик с папиного языка на женский, - отец не расставался со своим саксофоном ни на один день. Вечерами, после работы, он запирался в кабинете и играл. Я приходил за ним и слышал… Простите его, он и вправду не хотел Вас обидеть!