Индийские сказки - народные сказки - Страница 11

— Кто эта женщина и откуда она явилась сюда?

В ответ жена стала всячески расхваливать сводню и рассказала ему:

— Это хаджияни! Она ходила в Мекку на поклонение Каабе. Она добрая, почтенная женщина. Не запрещай ей ходить к нам в гости!

Выслушал ее муж и согласился. С тех пор сводня стала частенько наведываться в гости к красавице и все старалась хитростью и обманом завлечь ее в свои сети. Но красавица была женщина добродетельная, честная и не поддавалась ни на какие уговоры. Увидела сводня, что не выходит ее дело, и оставила под кроватью красавицы чалму и пару мужских чувяков, а сама отправилась восвояси. А муж красавицы как увидал под кроватью жены чью-то чалму и чувяки, подумал и решил, что жена его поступилась своей честью. Тотчас же в гневе посадил ее на носилки и отправил в дом ее родителей. Спустя два дня пришла сводня. Увидела, что красавицы нет дома, и спросила ее мужа:

— А где твоя жена?

— Хаджияни, — ответил тот, — не стоит о ней и спрашивать!

Выслушала его сводня, обрадовалась и подумала: «Ага! Значит, хитрость моя удалась!»

И, очень довольная, ушла. Потом разузнала, где живут родители красавицы, отправилась туда и спросила ее:

— Что за беда с тобой стряслась? Рассказывай!

— Мой муж меня оклеветал, из дому выгнал, — ответила красавица.

— А ты не убивайся! — сказала ей сводня. — Не велика беда! Пойдем-ка со мной! Я отведу тебя к одному мулле и с его помощью сделаю так, что муж твой сам призовет тебя на другой же день.

И вот сводня посадила красавицу на носилки, проводила ее до дому того вельможи, что пленился ее красотой, и сказала ему:

— Ну, вот! Я доставила тебе ту, что тебя пленила. Делай с нею, что твоей душе угодно, а мне отдай обещанное!

Тот сейчас же отдал сводне все, что ей было обещано, а сам подошел к красавице и сказал:

— О душа моя! Вот уже много дней, как я пленен и очарован тобою! Своей бесподобной красотой ты осветила мой бедный дом. Хочу я, чтобы ты выполнила желание моего сердца!

Выслушала его добродетельная красавица, разгневалась и сказала:

— Раз уж ты произнес слова «душа моя», делать нечего — что сказано, то сказано. Но больше таких слов не говори! А не то я убью и тебя и себя!

И тут она выхватила у него кинжал из ножен и занесла его над собой. Увидел вельможа, что она сама не своя, перепугался до смерти и говорит сводне:

— Уведи ее туда, откуда привела! Да разве это женщина? Это кровопийца какая-то!

Тогда сводня опять посадила красавицу на носилки, проводила ее до дому ее родителей и сказала:

— Успокойся! Завтра муж твой сам пришлет за тобой. А о том, что было — никому ни слова!

На другой день сводня попросила четырех мужчин связать ей руки за спиной, и направилась к дому красавицы. Муж ее как раз стоял на крыльце. Увидел он сводню и спросил:

— Эй, хаджияни! Что случилось?

Та рассказала:

— Дали мне продать чалму и пару чувяков, а они пропали. Один бог знает, где я их потеряла. Вот из-за них-то и попала в беду.

Муж красавицы вынес из дому чалму и чувяки и спросил:

— Эти или нет?

— Да, да, господин, — сказала сводня, — они самые! Да сохранит тебя бог за то, что ты выручил меня из беды!

И тут она принялась благодарить его, а потом отправилась восвояси. А муж добродетельной красавицы подумал: «Несправедливо я поступил, когда прогневался на жену и выгнал ее из дому. Слава богу, что не убил!»

Возблагодарив бога, он тотчас же послал носилки за женой в дом ее родителей, попросил у нее прощения, и супруги опять стали жить в любви и согласии.

Давным-давно в старину жила одна княжна, дочь владетельного князя. Эта княжна очень любила слушать сказки перед сном. Однажды сказочница рассказала ей про царя птиц:

— Он и сам — птица, а зовут его Хума, и если тень Хумы упадет на какого-нибудь человека, тот станет бадшахом.

— А он и теперь живет на свете, этот Хума? — спросила княжна.

— Должно быть, что да! — ответила сказочница.

И вот княжне захотелось увидеть птичьего царя Хуму, да так сильно, что она и пить и есть перестала. Узнал про это князь-отец и повелел визирю: во что бы то ни стало разыскать Хуму, изловить и доставить во дворец!

Визирь тотчас же созвал охотников и птицеловов и спросил их:

— Вы не знаете, где сейчас находится Хума?

— Нет, — доложили они. — Где он живет— нам доподлинно неизвестно; но мы слышали, будто в такой-то местности есть сад, и туда Хума является раз в полгода вместе со своими придворными.

Визирь выслушал охотников и, пообещав им щедрую награду, послал их в этот сад, а потом и сам прибыл туда. Там он велел развесить по всем деревьям всякие плоды и корзинки с разным зерном. Любая птица польстилась бы на такую приманку. А на ветвях визирь приказал расстелить сети.

И вот однажды видят: летит Хума с огромной стаей своих приближенных — голубей, удодов, соловьев, гусей, уток, лебедей, журавлей и других не хищных птиц. Подлетели они к саду, но не опустились на деревья — улетели прочь в какой-то другой сад.

Опечалились птицеловы и доложили визирю, что Хума, хоть и прилетел, но не опустился в этом саду, а полетел в какой-то другой, — почему — неизвестно!

— Будем опять ловить Хуму через полгода, — говорили они, — а как посчастливится нам поймать птичьего царя, тут же доставим его вашей милости.

Визирь доложил обо всем князю, а птицеловам приказал снова ловить Хуму через шесть месяцев.

Прошло полгода; птицеловы опять развесили в саду приманку, расстелили сети и стали ждать Хуму. И вот видят: летит Хума с огромной стаей своих приближенных. Только на этот раз его сопровождали вороны, коршуны, совы, филины, грифы-стервятники и множество других хищных птиц. Подлетел Хума к саду со своей свитой, сели все они на деревья и попались в сети. Обрадовались птицеловы. Сначала принялись хватать за ноги и выкидывать из сетей приближенных Хумы, — эти птицы ведь были ни на что не годны. Потом вынули из сети Хуму и преподнесли его визирю. Визирь щедро наградил птицеловов, взял Хуму и отправился во дворец к князю. А князь отослал Хуму княжне. Увидела Хуму княжна, обрадовалась и спросила его:

— Почему птицеловы не поймали тебя в первый раз?

— Вот почему, княжна, — ответил Хума, — полгода назад я, по своему обычаю, подлетел к этому саду. Вижу— он весь увешан плодами и корзинками с зерном. Обрадовался я и хотел было опуститься здесь, но в тот раз меня сопровождали голуби, удоды, соловьи, гуси, лебеди, журавли и другие благородные и умные птицы. Они отсоветовали мне останавливаться в этом саду. «Этот сад, — говорили они, — с давних пор стоит запущенный и заброшенный, а сегодня, смотрите, — ишь как он разукрашен! Что-то тут нечисто! Может быть, это ловушка. Не следует нам садиться на здешние деревья, не разузнав, опасно это или нет. Дальше есть другой сад, еще лучше этого. Извольте лететь туда!» И они повлекли меня к другому саду… А на этот раз меня сопровождали вороны, коршуны, совы, филины, грифы-стервятники и другие, такие же презренные, жадные птицы. Я помнил совет своих прежних спутников — не садиться здесь — и хотел было пролететь мимо. Но теперешние мои спутники, эти неблагодарные, вероломные, подлые птицы, думали только о своей выгоде и силой заставили меня опуститься в этом саду. Так вот я и попался в сети вместе со всеми ими. Птицеловы знали, что эти птицы ни на что не годны, и повыкидали их из сетей, а меня преподнесли вашей светлости.

Княжне понравился рассказ Хумы, и она спросила:

— Скажи мне, Хума, правду ли говорят, что если твоя тень упадет на голову человека, то он вскоре станет бадшахом?

— Нет, княжна, — ответил Хума. — Это выдумки! Я такая же птица, как и все пернатые. Меня мало кто видел, вот почему стихотворцы да баснописцы и им подобные распустили про меня такие слухи. Будь это правда, многие люди в нашей стране сделались бы бадшахами. Нет! Просто бадшахи украшают свои тюрбаны нашими перьями — перьями райских птиц. Неужели же можно думать, что бадшах сидит на престоле лишь только потому, что на голову его падает тень наших перьев?!