Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 8

Она вернулась к работе, продолжая натирать паслёном лезвие. Шрамы на лице вновь зачесались, и она поправила маску на лице, забралась под неё, проводя ножом по коже, и вновь вернула всё на место.

— Тебе не стоит носить эту штуку при мне, — промолвила Мадригал, осторожно скользя в своём ярко-зелёном платье мимо ветвей. — В жару в ней, наверное, не слишком-то удобно.

— Всё в порядке.

— Тебе нравится, когда люди на тебя в ней смотрят, вот и всё, — фыркнула Мадригал, и Арсиноя зло поджала губы. — Я слышала, что Мирабелла собирается напасть. Думала, что найду тебя здесь. Я надеялась, что у меня получится.

— Зачем?

— Ну, это означает, что ты сделаешь хоть что-то большее, чем просто выберешься ей навстречу — навстречу смерти. Джулс одуревает. И даже Джозефу не под силу успокоить её.

Арсиноя посмотрела в землю. Она ненавидела думать так о Джулс. О её панике. О её страхе.

— Что-нибудь ещё? — спросила она. — Ты можешь помочь? Принести мне удачу? Позволить устоять во время её атаки?

— Заклинания разные бывают. Есть кое-что, но работать нам придётся очень и очень быстро, — Мадригал вскинула голову и посмотрела на нож в руках Арсинои, и та незаметно спрятала паслен в рукаве. У Мадригал всё равно должен быть свой.

— Так что ж мы будем делать?

— Призови своего медведя, — ответила Мадригал. — Того же медведя, которого мы малой кровью зачаровали на сцене во время Белтейна. Сильнее. Он единственный, на кого тебе стоит надеяться, и только в том случае, если наше заклинание окажется достаточно сильным, чтобы всё ещё держать вас вместе.

— Даже если б его хватило, он всё равно не успеет добраться сюда в срок.

— Может быть, и не успеет, — ответила Мадригал. — Но всё равно стоит попробовать.

— Ну, хорошо. Давай тогда нож.

— А что случилось с тем, что в твоей руке?

— Припасла для сестрички, — ответила она, и Мадригал протянула ей свой.

Арсиноя подошла к склонённому дереву, вновь готовясь оставить глубокие порезы на своих руках, нарисовать кровавую руну для медведя и прижать истекающую алым руку к коре.

— Проблем может быть ещё больше, чем прежде.

— Он сделал то, для чего предназначался.

— Скажи это Джулс. Знаешь, она всё ещё хватается за это. За то, сколько людей он убил… Хотя это я была во всём виновата, я подтолкнула её к тому, что случилось. А она делала это не специально.

— Кто тебе такое сказал? — хмыкнула Мадригал. — Я видела, как медведь пошёл на королеву Мирабеллу. О, не стоит недооценивать мою маленькую Джулс! Характер у неё с каждым днём всё лучше и лучше! Но когда закончится это Вознесение, она опять успокоится, и мы сможем расслабиться. Вот потому — ради неё и всех нас, — я это всё и делаю.

Арсиноя коснулась ножом к коже, но отступила.

— Может быть, мне не стоит? Магия может вновь свернуть не туда, и всё закончится плачевно.

Мадригал закатила глаза.

— Ты же знаешь, что это наша вина, — ответила Арсиноя. — То, что было между Джулс и Джозефом. Это заклинание, то, что мы сделали, что я испортила… Это толкнуло его к Мирабелле.

— Ты не можешь знать наверняка.

Вот только она знала. Чувствовала это глубиной души.

— Джозеф — это мужчина, — промолвила Мадригал. — А мужчины… что ж, ошибаются. Убери всё остроумие, как устоять перед красоткой на пляже во время урагана? Для этого счастья никакой магии не стоит! И, к тому же, всё хорошо, они с Джулс снова вместе. Ну, и какое всё это имеет значение? — она топнула ногой, и её длинные каштановые волосы всколыхнулись от внезапного порыва ветра. — А теперь давай, режь.

— Мадригал, а как ты нашла это место?

— Давно уже… Мне было лет четырнадцать, я тогда водилась с Коннором Говардом. Вы полезли в лес и оказались под этим деревом. И когда я валялась тут с ним, во мне словно что-то проснулось. И я с той поры сюда постоянно возвращаюсь.

— Коннор Говард? Мистер Говард? Пекарь? Да ведь он такой старый!

Мадригал расхохоталась.

— Но ведь тогда он таким не был! Ну, не таким старым… — она склонила голову. — Не хочешь ничего резать — это не обязательно должна быть кровь. Иногда ты можешь использовать волосы…

— Волосы? — скривилась Арсиноя. — Фу. Хуже некуда.

— Ну, как пожелаешь.

Мадригал усмехнулась, и Арсиноя рванулась к своей ладони. В тот миг, когда её кровь коснулась древней коры, она почувствовала, как натягивается нить связи с медведем — и поняла, что он идёт.

Стоунголлские холмы

Дорога через Стоунголлские холмы была спокойной. За полдня они не повстречали ни души. Вперёд отправили разведку — теперь, ближе к Волчьей Весне, у них было всё больше работы. Тишина нервировала Мирабеллу, даже когда они остановились у дуба с Бри и Элизабет. И единственным звуком было пение дятла Элизабет — и то тщательно глушимым.

— Слишком спокойно, — промолвила Мирабелла. — и птицы умолкли. Это от того, что Природа рядом?

— Очень сомневаюсь. Для меня б они такого не сделали, — Элизабет с любовью посмотрела на фамилиара. — Она могла бы попросить их быть потише, но сами они никогда б не стали…

— Стая птиц с поникнувшими головами, — хмыкнула Бри. — Грустная же процессе, — она сидела за спиною Мирабеллы и перебирала её длинные чёрные волосы, заплетая косы. — Интересно, а какие фанфары? И как это — когда королевы покидают свои города?

— Все мечи и щиты для королевы Войны в Бастионе, — предложила Элизабет. — Стрелы, что разрезают небо со свистом…

Мирабелла хихикнула.

— Увы, Элизабет, они на это больше не способны. Дар слишком слаб.

— Не знаю. Иногда мне кажется, что в тарелки раскалывают воздух, когда Ро стучит кулаком по столу во время еды, — Элизабет поморщилась и тут же засмеялась. Мирабелла улыбнулась и потянулась к запрещённой груше Бри.

Она была Избранной Королевой и думала, что покинет Роланс под знаменами. А вместо этого таилась в глубокой ночи, и никто в минуемых городах не выходил на дорогу, чтобы пожелать ей здоровья. Она скрывалась, таилась ото всех, и даже если бы не пыталась этого сделать до такой степени тщательно, у Арсинои и у Катарины было столько почитателей во время Белтейна… Никакой избранной королевы после этого попросту уже не осталось.

— Я жду не дождусь, когда всё это закончится, — пробормотала Бри, косясь на сладкую жёлтую грушу. — Когда можно будет есть всё, что нам вздумается, идти туда, куда нам захочется. Я с нетерпением жду прибытия женихов — может быть, тогда королева Катарина будет слишком занята для того, чтобы подсыпать нам в еду всякую дрянь?

Бри запнулась, и Элизабет зло покосилась на неё.

— Всё в порядке, — отмахнулась от неё Мирабелла. Не похоже было на то, что она не знала, что ни один жених не возжелал встречи.

— Так или иначе, это всё неважно, — отозвалась Бри, гордо вздёрнув подбородок. — Мы-то знаем, кто тебе нужен. Этот красавчик из Природы. Может быть, он будет твоим любовником после того, как ты выйдешь замуж?

Мирабелла улыбнулась, но представить Джозефа любовником было слишком трудно. Он пожелает, чтобы она принадлежала только ему. И он заслужил бы её всю, и этого всё равно никогда не будет…

— Этот красавчик из Природы со мной больше никогда не заговорит, — мягко ответила она. — Не после смерти Арсинои.

— Возвращается разведка, — кивнула на дорогу Элизабет, вскакивая на ноги. Они были близ Волчьей Весны, и говорили, тут часто бывала Арсиноя. — Удивительно, что они так часто отпускают её одну во время Вознесения…

— Природа не привыкла к королеве, у которой действительно есть шансы, — ответила Бри. — Они понятия не имеют, что с нею делать.

— Может быть, им это и не нужно, — Мирабелла тоже поднялась на ноги. — У их королевы есть громадный бурый медведь.

Разведка умерила свой шаг и быстро отчиталась её страже. Двигаться дальше было совершенно безопасно.