Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 38

— Почему ты не в Волрое? — спросила она.

— Сегодня я там не нужна, — ответила Женевьева. — Они обсуждают просьбу о средствах на восстановление Театра в Ролансе.

— Ты должна находиться там. Дать совет.

— Они знают, что я посоветую. Наши глаза в Ролансе говорят, что они перенапряжены, ремонтируя центральный район. Потеряют все деньги и попросят корону их выручить, — она слизнула яд с пальцев. — Только Лукиан Марлоу будет на их стороне и станет говорить, что казна короны для всех, а не для нах. Представляешь?

Натали смотрела мимо Женевьевы в окно, где светило солнце. Катарина была где-то там, каталась верхом с Пьетром и женихом. Она одна заслуживала праздника, а не совет. Они должна продолжать готовиться к поездке на Луну Луны!

— Если я умру, — внезапно промолвила Натали, — ты возглавишь семью.

Женевьева отложила еду.

— Сестра? Тебе плохо?

— Я в порядке, — Натали подошла к окну, надеясь увидеть Катари. Она подарила ей нового роскошного жеребца, чёрного, с длинными, худыми ногами и быстрым шагом. Он не заменит Полумесяца, но лишним точно не будет.

— Тогда откуда такие мысли?

Женевьева села и отложила тарелку.

— Полагаю, я вспоминаю мать. И что она сказала бы, будь жива, увидев это.

— Мама, — содрогнулась Женевьева.

Да, их мать была ужасающей. Она держала Совет и королеву Камиллу в своих руках. Когда она контролировала Арронов, их боялся весь остров. А Арроны боялись только её.

Хоть Натали и пыталась, она не стала такой, как мать. И Женевьева. Женевьева унаследовала всю её жестокость, но весь её ум достался Натали. Она не знала, когда бить.

— И что сказала бы мать? — спросила Женевьева.

Натали скрестила руки на груди.

— Конечно, она сказала бы, что мы отвратительные производители. У нас обеих нет детей, только мальчик у Кристофа.

= Но у Антонина будет много детей!

Женевьева о себе не говорила. Она никогда не заводила много любовников, а если и заводила, женщин, а Натали же Богиня послала Катари.

Она улыбнулась, наблюдая за тем, как Катари и Пьетр катались бок о бок у деревьев. Новый жеребец встал на дыбы, когда Катари постаралась замедлить её. Она казалась такой хрупкой на его спине, но вскоре заставила послушно идти по кругу.

Натали вздохнула.

— Достаточно. Есть что-то о девочке Милонов? Тело Арсинои?

— Ничего, и никто и не ждёт. Природа знает лес, и если она спрятала труп, никто его не найдёт, — Женевьева изогнула бровь. — Эта девочка Милонов — настоящая проблема. Так сильна и проклята? С даром Войны? С этим надо что-то делать.

— Мы и сделаем, — ответила Натали. — Но пока рано. — Проклятье даром — это та ещё мерзость. Я могу предположить, что Храм сам озаботится о ней и без нас, а значит, мы не замараем руки с Волчьей Весной.

Натали повела глазами.

— Ты долго не сможешь так продолжать, сестра, — промолвила Женевьева.

— Что продолжать?

— Прятаться в своём поместье на вершине холма. Вскоре Катарина станет королевой и будет жить в восточной башне с королём-консортом, и у тебя не будет больше ни единого оправдания, чтобы продолжать избегать своей работы в Совете.

— Не смей мне напоминать об этом, — Натали с прищуром наблюдала за всадником, что приближался по длинной, обсаженной деревьями дороге. Всадник, спешит. Катарина перехватила письмо, вскрыла его. Натали напряглась — и бросилась из комнаты, когда Катари закричала.

Катари глазила своего нового жеребца по шее. Они с Пьетром и Николасом скакали по лесу, и жеребцу не хотелось останавливаться, но она не отпускала поводьев, пока конь не успокоился.

— Будем пить чай? — спросила она парней. — А потом в городе купим сардин для медведя моей бедной сестры.

— Не стоит, — протянул Пьетр, и она закатила глаза. В городе Пьетр каждый раз содрогался, когда слышал шум. — Катари, нельзя так поступать с фамилиаром.

— Пьетр, я тоже так думала, но с тех пор, как я стала его кормить, он стал милее.

— Возможно, после её смерти он и не фамилиар, — добавил Николас. — В любом случае, это прелестное зрелище, королева Катарина! Может, стоит поохотиться на него во время Белтейна в этом году?

Она немного занервничала.

— Возможно.

Стук копыт заставил их замолчать. Они остановили своих лошадей и ждали скакуна.

— Здравствуйте, королева Катарина, — промолвила девушка, запыхавшись от быстрой езды. Она поклонилась настолько низко, насколько это было реально в седле. — У меня есть сообщение для госпожи Аррон.

— Я возьму, — Катарина протянула руку в перчатке, и посланница отдала конверт, поклонившись.

Катарина разломила восковую печать и вскрыла конверт. Письмо упало на землю. Она поспешила его поднять, Пьетр придержал коня. Когда она развернула письмо, увидела сине-чёрный воск Роланса — от Мирабеллы.

Катарина прочитала и тихо вскрикнула.

— Катари? — Пьетр быстро спешился. — Катари, что?

Она смяла письмо в кулаке. Оно не было адресовано ей. Никому. Это было уведомление, найденное в Волрое.

Пьетро сжал её плечи, но она вывернулась и закричала так громко, что лошади отсахнулись, а жеребец бросился к конюшням. Николас изо всех сил сдерживал свою кобылу и сам подрагивал.

— Катарина! — услышала она Натали, бегущую через двор. — Катари! Что в порядке?

— Сколько?! — прокричала Катари. Она бросилась к Натали и Женевьеве, сжимая бумагу в кулаке. — Сколько?! Вы знали! Вы должны были мне рассказать!

— Да что случилось? — воскликнула Женевьева, когда Натали наконец-то отобрала письмо.

— Вызов, — ответила Натали. — Мирабелла бросила вызов Катари в Индрид-Дауне на Арене.

— Что? — переспросил Пьетр. — Когда?

— В следующее полнолуние.

Женевьева простонала. Две недели!

Натали схватила сопроводительное письмо от совета.

— Там пишется, что они повсюду! — промолвила Катарина. — По всему Индрид-Дауну!

— Но как ей это удалось? — прошетала Женевьева. — Ведь нужна маленькая армия, чтобы проделать такой трюк.

— Значит, у неё была маленькая армия, — ответила Натали.

Катарина сжала зубы. Она выдернула резкий голос из воспомионаний.

— Дуэль. Это случится в полнолуние в июне в нашей великой столице. Все желающие могут засвидетельствовать конец Вознесения и начало правления элементалей… — Катарина схватилась за волосы и завизжала. — Кто видел?!

— Неизвестно, — промолвила Натали. — Но я бы отправила гонцов повсюду, если бы знала, удостоверилась бы, что вызов слышал весь остров.

— Все должны быть свидетелями этого? — прошипела Женевьева, придержав кобылу Пьетра. — Даже кони? Мне позвать слуг с кухни?!

— Нет, — Катарина принялась вышагивать, грызя ногти. — Мы не планировали. Мы не должны… Мы должны были опозорить её в рожном городе, — она сердито кивнула на письмо. — Все свидетели! Медведь! После Арсинои!

— Я не понимаю, как.

Катарина глубоко вздохнула. Она разгладила свои распущенные волосы. Мирабелла не справится. Сестра проживёт достаточно долго, чтобы пожалеть о своём вызове.

— Катари, — мягко промолвил Пьетр. — Какая разница, триумфовать тут или в Ролансе? Это будет ещё приятнее, что все увидят, как ты выросла. Смелость Мирабеллы всё лишь облегчит и сделает её поражение сладким.

Катарина запнулась, а после выдохнула, и все чуточку расслабились.

— Может, ты и прав. Она всё равно умрёт. Мы сделаем всё так, как хотим, и мне не придётся принуждать медведя к путешествию, — она схватила пьсмо Натали и разорвала его на кусочки, разбрасывая клочки по дороге. — Я поприветствую её сегодня вечером на балу.

— Да, — кивнула Натали. — Это прекрасная идея.

Катари кивнула и моргнула, такая испуганная на вид.

— Натали, мне жаль. Я хотела сделать всё иначе…

— Всё в порядке, Катари, но тебе нужно сдерживаться. Что случилось? Ты вела себя, словно элементаль.

Катарина опустила голову. Она присела в реверансе и одна зашагала к дому, но Пьетр скоро догнал её.