Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 3

— Ложь, — пробормотала Джулс.

— Возможно, но какое нам дело? Нам вот говорят, что мы должны поприветствовать Томаса «Томми» Стратфорда и Майкла Перси…

— Двоих? — с отвращением протянула Арсиноя. — А почему двоих?

Джулс, Каит и Эллис переглянулись. Больше одного жениха — чудесный комплимент. До того, как на Белтейн прибыл медведь, никто не ожидал, что к Арсиное прибудет хоть один, не говоря уж и о двоих!

— Они должны прибыть со дня на день, — промолвил Эллис. — И кто их знает, насколько это задержится, если они тебе понравятся…

— Они уйдут к концу недели, — ответила Арсиноя, продолжая нарезать картофель.

Джулс отобрала у Эллиса письмо.

— Томми Стратфорд и Майкл Перси, — тот Белтейн… Они были там, пришли на берег со всеми… И не могли перестать хохотать, а Билли, кажется, грозился их придушить.

Арминоя швырнула нож на стол и ссыпала остатки картофеля на деревянное блюдо.

— Всё, Каит, — ответила она. — Дальше что?

— А дальше пора выйти из дома, — ответила Каит, — а не прятаться тут каждый день.

Арсиноя опустилась на стул. Людям из Волчьей Весны всегда было мало своей Медвежьей Королевы. Они собирались вокруг неё на рынке, просили рассказать о том, как он был прелестен… Они покупали ей громадную серебряную рыбу и ждали, как она подчинит её. Или сыр взорвёт у них на глазах… Они ж понятия не имели, что медведь был всего лишь уловкой. Они не знали, что заклинание контролировала Джулс. Только семья, Джозеф и Билли. А ещё меньше людей знало, что Арсиноя не природа. Она отравительница, и никакие сладости от Катарины ей не помеха. Бедная Джулс почти что умерла, тело её теперь постоянно болело, она хромала… А Арсиноя не почувствовала ничего.

Эту тайну между собой разделили только она, Джулс и Джозеф.

— Пойдём, — промолвила Джулс. Она похлопала Арсиною по плечу и с трудом встала. Рядом тут же оказалась горная кошка, Камдэн, всё ещё страдающей от того, что плечо её было сломано первым ложным фамилиаром Арсинои, больным медведем, искалечившим её лицо. Не прошло и двух месяцев между тем, как была искалечена Камдэн и едва не погибла Джулс, словно Богиня сама одарила их бедой.

— Куда мы пойдём? — спросила Арсиноя.

— Куда ноги поведут, — отозвалась Каит, бросая на стол кусочки еды для Арии и Евы. Птицы замотали головами, и Каит стишила голос. — Тебе надо твой чай, Джулс?

— Нет, бабушка. Я в полном порядке.

Выскользнув на улицу, Арсиноя зашагала за Джулс мимо курятников, где они с Камдэн обычно грелись на солнце, а после бросилась в лес.

— Что ты ищешь? — спросила Джулс.

— Ничего, — но Арсиноя вернулась с книгой, стряхнула кору с её мягкого цвета зелёной обложки. Джулс нахмурилась: украденная книга о ядах.

— Тебе не следует этим заниматься, — промолвила Джулс. — Вдруг заметят?

— Подумают, что хочу отомстить за тебя.

— Это не сработает. Отравить отравителя? Да это нереально!

— Повтори ещё раз это, Джулс!

— Я серьёзно, Арсиноя, — она заставила себя шептать, а не кричать, пусть они и находились на улице. — Если хоть одна живая душа узнает о том, кто ты такая на самом деле, мы потеряем то единственное преимущество, что у нас вообще есть. Ты этого хочешь?

— Нет, — спокойно ответила Арсиноя. Она уже и не слушала, устав от речей Джулс о стратегии и преимуществе. Джулс каждый раз перечисляла эти варианты — даже раньше взялась за это, чем встала с постели, достаточно окрепнув после яда.

— Это звучит не слишком правдиво, — отозвалась Джулс.

— Я сомневаюсь. Убивать мне их не хочется. И мне не кажется, что они в самом деле хоотят меня убить.

— Но убьют.

— С чего ты взяла?

— Потому что с самого начала времён это делала каждая королева!

Арсиноя сжала зубы. С самого начала времён. Эта отвратительная старая легенда о том, что Богиня даровала острову королев, что тройни рождались с той поры, когда люди ещё были дикими существами. Сильнейшая убивала своих сестёр, и кровь подпитывала остров. И она правила, как королева, пока Богиня не посылала новую тройню, что должна была вырасти и подпитать остров. Говорили, это такой инстинкт. И убивать друг друга так же естественно, как оленям драться по осени. Но это всего лишь легенда…

— Арсиноя, ведь ты знаешь, что они это сделают. Ты знаешь, что они убьют тебя. Хотят они того или нет. Даже Мирабелла.

— Ты думаешь так только из-за Джозефа, — ответила Арсиноя. — Но она не знала и… И она ничего не могла с этим поделать, — ей хотелось сказать, что в этом вообще-то не она и была виновата, но она не могла этого признать даже после той цены, которую пришлось заплатить. Она всё ещё была слишком трусливой.

— Ты опять об этом… — отмахнулась Джулс. — Джозеф! Это была ошибка. Он её не любит. Он не отходил от неё с той поры, как меня отравили.

Арсиноя отвела взгляд. Она знала, что Джулс пыталась в это поверить. И простить его.

— Может быть, нам действительно следует бежать, — продолжала Джулс. — Отправиться на материк, спрятаться там, пока одна не убьют другую. Они не будут слишком уж охотиться тобой, если увлекутся друг другом. Зачем строить ловушки, если всё и так готово? Я на всякий случай собрала еду. Расходные материалы. А ещё можно взять лошадей, потом поменять их на провизию и пойти пешком. Сначала мы минуем столицу, там на нас никто не посмотрит, а может быть, даже не узнаем. И когда одна из них наконец-то погибнет, мы об этом обязательно узнаем… — Джулс краешком глаза посмотрела на него. — И, если что, я искренне надеюсь, что первой умрёт именно Катарина. Мирабеллу отравить будет куда лучше, когда она окажется в безопасности…

— А если Мирабелла погибнет первой? — спросила Арсиноя, и Джулс пожала плечами.

— Растерзаешь Катарину, думаю… Она тебе боль не причинит.

Арсиноя вздохнула. Столько рисков, и это всё независимо от того, кто умрёт первой! Мирабелла могла убить её своими же руками, если не будет медведя-защитника, но вот если Катарина нападёт на неё с ядовитым клинком, тайна отравительницы всплывёт наружу. И тогда, даже если она победит, Арроны объявят её очередной королевой-отравительницей на престоле.

Должен быть путь, должен быть выход их всего этого!

Если б она только могла с ними поговорить! Даже если это было бы вынужденно… Если б она могла загнать их в тупик, запереть в башне… Если б только они поговорили, всё пошло бы иначе!

— Ты должна избавиться от этой книги, — упрямо промолвила Джулс. — Я этого не вынесу…

Арсиноя завернула книжку в свой жилет.

— А как бы ты себя почувствовала, если б я приказала тебе избавиться от Кэмден? — спросила она. — Если ты ненавидишь отравителей, ты ненавидишь и меня.

— Это неправда! — возмутилась Джулс. — Ты ведь наша! Разве ты не помогала Природе всё то время? Разве ты не Природа? В глубине души?

— В глубине души, — ответила она, — я вообще из Милонов.

Арсиноя склонилась и принялась перебирать травы на лугу на севере от пруда. Она отправила Джулс в город, за Джозефом и Билли. Сказала, что пойдёт за нею, как только спрячет книгу ядов, но — солгала. Присев, она провела рукой по травам — и ей понадобилось всего несколько мгновений для того, чтобы сыскать желанное.

Болиголов.

Яд, отправленный Катариной, яд, предназначенный для Арсинои, но проглоченный Джулс, как она подозревала, содержал болиголов. Мирная смерть, паралич…

— Мирная смерть, — пробормотала Арсиноя. Но в этом не было милосердия в сочетании с остальными ядами, что намешала Катарина. Медленно, отвратительно, и Джулс сильно пострадала. — Зачем же ты сделала это, сестрёнка? — вслух удивилась Арсиноя. — Ты злишься? Думаешь, что это был мой медведь?

Вот только Катарина не отвечала.

Маленькая Катарина. Когда они были детьми, волосы её были самыми длинными. Самыми блестящими. Черты лица — самыми острыми. Она плавала на спине в ручье за коттеджем, её волосы ореолом расплывалась вокруг неё, словно чёрная трава. Мирабелла тянула её за течением, а Катари смеялась, смеялась, смеялась…