Один темный трон (ЛП) - Блэйк Кендари - Страница 25

Спускаясь следом за Караваном, Катарина глубоко втянула воздух. Они были близ Волчьей Весны, и она почти чувствовала запах рыбного рынка. Говорят, тут лучший улов на всём острове, и надеялась на это, потому что Натали хотела ядовитой рифовой рыбе.

— Ты расскажешь мне больше о фестивале Летнего Солнцестояния? — спросил Николас. Они с Пьетром ехали по обе стороны от неё, так близко, что Полумесяц фыркал от нехватки места. — Я понимаю, пиршества, огни…

— Фонари в гавани, — вздохнул Пьетр. — И есть кого травить. В Волчьей Весне хватает пьяниц, будет полно людей, а Арсиноя не приведёт медведя, — он покосился на Николаса, и Катарине пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться.

— Медведь меня не пугает, — сказала она. — У меня для него припасено что-то особенное.

Николас улыбнулся. Катарина отыскала длинные острые гарпуны, идеально подходившие для медведя. Он с одобрением любовался на них в Грэйвисдрейке.

— Расскажи мне больше о королевах. Природа и Элементали. Так всегда было? Я слышал о других, о пророчицах, о Королевах-Королев…

— Королев-пророчиц не было веками, — сказала Катарина, — одна сошла с ума на троне и казнила несколько семей в совете, решив, что они что-то против неё замышляют. Точнее, будут замышлять в будущем. Сказала, что предвидела это. Так что, королев с таким даром топят.

Она ожидала, что он побледнеет, но он вместо этого только кивнул.

— Безумие нельзя пускать в правительство. Но война? Почему нет королев-воинов?

— Никто не знает, почему ослабел дар Войны. Утопленные королевы — вот причина, почему Санпул, город пророков, опустел, но Бастион стоит. И Война жила бы. Тем не менее, поколениями не рождались девушки с таким даром.

— Что за позор, — вздохнул Николас. — Хотя ты, прелестная Катарина, достаточно воинственна для меня.

Он усмехнулся. О, какого жениха она приворожила! Он был утончённым и очаровательным, но жаждал крови. Говорил, что она слишком смела, чтобы отравлять еду. Что слишком искусна с ножами и стрелами, чтобы это умение тратить зазря. Когда он сказал это, она почти поцеловала его. Она едва ли не толкнула его на землю. Натали хотела, чтобы она осталась с Билли как с королём-консортом, чтобы сохранить между их семьями союз. Но ведь у Билли Чатворта не будет шансов на охоте на женихов! Николас поймает его, как оленя, и тогда Катарина сможет выбрать его.

Весть от разведчика скользнула по линии повозок.

— Мы почти на месте, — сказал Пьетр. — За следующим поворотом наша цель.

— Ну так вперёд! — Катарина пришпорила Полумесяца, прежде чем Пьетр успел запротестовать, а Николас рассмеялся, следуя за нею. Когда она поднялась на холм, что вёл к Волчьей Весне, солёный морской воздух ударил её в грудь.

Им не мешали, пока они не добрались до окраины города. Как она и расчитывала, смотреть было не на что. Серые здания, выцветшая краска. Но люди на улицах останавливались, смотрели враждебно и с опаской. Когда прибыли остальные повозки, они с облегчением отвернулись.

— Ты даже не знаешь, куда нам надо! — сердито промолвил Пьетр, догнав её.

— Воистину, Ренард, — вздохнул Николас. — Город, море. Ну как потеряться?

Катарина усмехнулась. Это была правда, и она понятия не имела, зачем кузену Лукиану и Ренате Харгроув надо было выбирать тут жильё аж неделю. В таком городке вряд ли было больше четырёх-пяти вариантов.

— И где ж мы остановимся, Пьетр? — спросила она.

— На волвертонской улице. — Ведущий возчий знает дорогу, но мы ж оставили его за спиной.

— Замечательно, — она приостановила Полумесяца, потому остальные смогут догнать их, и поправила отравленные ножи на бедре. Она вскинула подбородок, когда они вступили на улицы, минуя людей, что так сыпали ненавистью. Не слишком приятно, но у неё и у её ножей будет столько дел!

Волчья весна

К приезду королев Волчья Весна ожила. Рабочие кололи дрова, носили доски, выстраивали смотровые площадки у гавани. В Волвертон-Инне и на Бей-стрит готовили номера для гостей, владельцы магазинов не закрывались допоздна, надеясь узреть среди клиентов королеву-нежить или Мирабеллу. По словам Эллиса, что предложил стать глазами и ушами в городе в ту пору, как тут остановились другие королевы, даже Лука допоздна подметал дорогу у книжного магазина, хотя Арсиное обещал, что смотреть будет только из окна.

— Нам следовало от этого отказаться, — промолвила Джулс.

— Не было шанса, — ответила Арсиноя.

Катарина и Арроны уже устроились в отеле, измучив бедную миссис Кастель и её молодца Майлза, что сходили с ума от их требований. А на западе возвышались храмовые строения жриц Роланса — они всё пытались пристроить круглые скромные комнаты для королевы Мирабеллы.

— Это отвратительно, играть нами, словно фигурками на поле, — проронила Арсиноя. — Если это дело рук Богини, то она очень жестока, а если совета и храма, то мы просто дурочки, играющие под их дудку.

— Может быть. Но ты ж сама сказала, что мы не могли отказаться.

— Почему мы просто не можем остаться здесь, жить, как обычно?

Арсиноя краем глаза заметила, как Джулс сжала кулаки и нервно косилась на деревья, чтобы посмотреть, задрожат ли они.

— А что там с нашим счастливым концом? — спросила Джулс. — Разве мы не станем сражаться за него? — когда Арсиноя не ответила, она зло продолжила свою тираду. — Прекрати быть ребёнком! Победишь — выживешь, а это лучше чем ничего!

Арсиноя содрогнулась от её быстрого удара.

— Я не собиралась бить тебя. Не сильнее обычного, но проклятье…

— Прости, Джулс. Ты просто немного меня напугала.

— Конечно, — неуверенно кивнула она. — Конечно.

— Всё хуже? — спросила Арсиноя, но не знала, о чём говорила. Что хуже? Дар? Характер? Сумасшествие?

— Я в порядке, — Джулс с трудом, медленно втянула носом воздух в попытке успокоиться. — Хотелось бы, чтобы у тебя и Мадригал получилось тогда у дерева.

Они помогли Мадригал разобраться с её ожогами, с помощью мази Каит шрамы почти ушли. Но она отказывалась говорить о том, что видела в огне о своём ребёнке.

— Думаю, мы воспользуемся тем, что у нас уже есть, — промолвила Арсиноя.

— Почему ты не боишься7 Почему за себя не сражаешься?

— Конечно, я боюсь! Но я могу делать только то, что в моих силах, Джулс.

Джулс долго молчала, и Арсноя подумала, что всё закончилось, но вдруг зарычала Камдэн, и брёвна в глубине леса, нарубленные кем-то, опасливо задрожали.

— Чтобы защитить тебя, мне достаточно просто разозлиться, Арсиноя, — промолвила Джулс. — Камдэн, Джозефу и мне.

— Ты воспользуешься своим даром войны? Нельзя! Если они увидят это, то они… — Арсиноя стала говорить тише, словно Совет уже мог услышать её. — Они вернут тебя в Индрид-Даун и запрут там. Убьют. Остров ненавидит сумасшедших!

— Может быть, я не сойду с ума. Может быть, я должна защитить тебя, если ты сама этого сделать не может!

— Джулс, пожалуйста, я не хочу, чтобы ты была в этом замешана…

— Это твоя жизнь. Не говори мне держаться подальше, — Джулс отступила к дороге.

— Джулс!

— Просто хочу найти Джозефа, — оглянулась она через плечо, но стала идти медленнее, и голос зазвучал чуть мягче. — Не переживай. Просто следим за храмом и Арронами.

Арсиноя выделила себе наедине с Брэддоком всего несколько минут, пока не начался хаос. Но они выдержат.

— Арсиноя! — услышала она голос Билли.

— Младший! — она почувствовала, как по телу прошёл разряд, прыгнула к нему, обвила его шею руками, и он сжал её в своих объятиях, прежде чем вновь тяжело вздохнул.

— Это лучший приём, на который я только мог рассчитывать…

— Тогда не стоит ничего портить разговорами.

Билли рассмеялся, и они отступили друг от друга. Он казался совершенно здоровым, в безопасности, с нею, принадлежащий ей. Её глаза скользили по его лицу, по его плечам и груди — она покраснела и остановила взгляд на его руках.