Первенец (СИ) - Мор Дэлия - Страница 94

- Все будет хорошо, - солгал Амадей любимой женщине, - я обязательно позвоню. Ты не переживай за меня. Навести родных, повидайся с Региной и возвращайся к сыну в горы.

Куна не поверила. Амадей догадался по упрямой складке возле губ, когда сжала их в тонкую линию. Раньше только мать видела его насквозь и без выпытываний знала обо всех шалостях. Теперь он смотрел в другие глаза и отчаянно глотал слова, чтобы не выпалить правду. Не нужно.

Не благодарят тревогой и страхом за две счастливые недели. За семью, которой больше не будет. За удовольствие стоять рядом с той, что будет ждать, даже не услышав обещанного телефонного звонка. Не хватало одного поступка, на который так и не решился. Все тянул и откладывал, а сейчас был готов заплатить свободой.

Амадей шагнул к Куне, едва чувствуя опору под ногами. Волнение сковывало и душило, но стоило коснуться пальцами её волос и закрыть глаза, как мир исчез. Растворился, оставив цветочный аромат и тепло её тела. Она сама пришла в открытые объятия. Нежная, родная, желанная до головокружения. Вкус летних ягод на губах, дурман густым туманом. У безумия нет дна. Говорят, нырнешь с головой - попадешь прямо в бездну. Амадей был согласен даже на это. Лишь бы там поднималось светило над горными хребтами, цвели луговые травы и дыхание таяло поцелуем любимой женщины.

***

Равэнна встретила серостью рассветных сумерек. Куна поежилась под теплой курткой и размяла затекшие ноги. Откидное сидение патрульного катера - то еще орудие пытки. Амадей так и не уснул. Сидел, уставившись в иллюминатор, будто читал с помутневшего стекла - как ему жить дальше. Проблем больше, чем ответов на них. Два разных материка, отпуск раз в цикл и билеты дороже таблеток Аврелии. Но Куна, пересчитывая сложности, говорила: «Ерунда!».

На губах искорками покалывало воспоминание о поцелуе. Ладонь Амадея отпустила только во сне и, краснея, представляла, как останутся вдвоем в спальне. Жаль, денег не хватит на номер в гостинице, а к матери в барак она его не поведет. Проклятье, совсем стыд потеряла!

- Прибыли, - вздохнул Амадей, когда опоры катера коснулись посадочной площадки. На пустом аэродроме в свете посадочных огней виднелись только силуэты-призраки зданий, да забытый кем-то на парковке военный внедорожник. Из иллюминатора не рассмотреть - есть ли кто за рулем, но Куне хотелось верить, что приехали не за Амадеем. Модель внедорожника старая. Личная охрана генерала ездила на других.

Пилот катера вышел попрощаться, и Куна подтвердила, что полетит обратно вечером. Хотела остаться на неделю, но Амадей отговорил. Первая смена в охране начиналась днем и потом график вернувшегося отпускника должны нагрузить под завязку. Не увидятся.

- Такси ждет за оградой, - тихо сказал Амадей, помогая спуститься с трапа, - внутрь гражданский автомобиль не пустят. Пойдем, я провожу тебя.

Куна вцепилась в его локоть, волоча за собой сумку. Внедорожник мирно стоял на парковке. Пустой. Обойдя автомобиль, она разглядела эмблему службы связи на двери. Точно не за ними.

Нервозность не отпускала. Любая тень или шорох доводили до дрожи. За оградой по трассе проносились машины, окатывая ярким светом фар. Куна жмурилась, выглядывая среди серых пятен сонного пригорода белое такси.

- Амадей, ты что ли? Не признал, - прозвенел высокий мужской голос.

Куна дернулась, обернувшись, но увидела только румяного от утренней прохлады парня.  Он дул на замерзшие руки и кутался в пушистый шарф. Осанка сутулая, плечи худые, а на ногах неприлично дорогие туфли. Гражданский.

- Понтий, сто циклов тебя не видел, - глухо и отчего-то очень медленно ответил Амадей.

- Еще бы, я чуть не сгинул на севере, - затарахтел Понтий, терзая слух визгливыми нотами. - Нас неделю как перевели обратно в столицу, вот еще не все добрались, коллегу встречаю. Бросился к вам, думал он, а тут сюрприз. Ты все так же в рядовых ходишь?

Амадей кивнул, хотя погоны с форменного комбинезона никуда не делись. На Куну нежданный знакомый внимания не обращал. Возбужденно размахивал руками и подходил все ближе и ближе.

- Скважина утонула, представляешь? Добурились до водяного пласта, встали, а утром уровень поднялся и фонтаны забили. Старые газовики давно такого не видели, а молодняк вообще планшетов из рук не выпускал. Вместо скважины теперь озеро. Слушай, чего мы на улице стоим? Тут кафе недалеко. У меня столько видео, пойдем покажу!

Понтий попытался схватить Амадея за руку, но лишь царапнул пальцами воздух.

- Стой! Подожди! - рядовой шагнул назад, дернув за собой Куну. - Все покажешь. Позже. Дай посадить дариссу на такси.

Гражданский сверкнул взглядом исподлобья и обиженно спрятал нос в петлю шарфа на шее. Куне показалось, что-то пробубнил неразборчиво, но Амадей уже тащил к белой машине.

- Понтий если начал болтать - не успокоится. Прости, не думал, что будем на бегу прощаться. Посторонних много: Понтий, водитель.

Амадей открыл дверь такси и замер, а Куна в себя прийти не могла. Кончилась горная свобода. Она снова в Равэнне и боится каждого прохожего.

- Позвони мне, не забудь, - попросила Куна, но поцеловать хотя бы в щеку не решилась. Не вовремя, не к месту и, в самом деле, слишком много лишних глаз.

Амадей далеким эхом повторил обещание, и разговор оборвался хлопком двери такси. Странно простились. Поспешно. И Понтий этот странный. Хотя нет, обычный. На кулинарные курсы и не такие ходили. Шумные, эгоистичные, никого кроме себя не замечающие. Нурия они очень раздражали. Как и всех военных. Тогда почему Амадей выпроводил её и остался с Понтием? Боялся, что говорливый знакомый кому-нибудь проболтается про их встречу? Вряд ли. Слишком далеки гражданские от личной охраны генерала. А этот еще и приехал издалека. Газовик. Как только познакомились?

От мелькнувшей догадки Куна сжалась в комок, закрыв лицо руками.

Дура!

Два цикла жила с генералом, сына собиралась отдать в училище и не сообразила сразу. Амадей - вчерашний кадет. Учеба, тренировки, служба в особняке. За цикл после училища он не ходил в увольнительные, а до этого видел только стены казармы и таких же кадетов.

- Остановите! - крикнула Куна водителю и чуть не упала вперед под визг тормозов. Распахнула дверь, сорвалась на бег, но все равно опоздала. Амадей и фальшивый газовик исчезли. В каком звании Понтий служил в безопасности, она никогда не узнает.

Глава 52 - Арестант

Куна не хотела идти в кафе, но Регина настояла. Из диспетчерской подруга уволилась, а на новом месте ей полагалось обеденное время. И тратила она его обычно по назначению.

- Есть хочу, - в третий раз повторила Регина, всматриваясь в электронное меню на стене. Фотограф постарался. На булочки с кремом аппетит прорезался даже у расстроенной Куны. Денег мало, конечно, но от одного обеда банковский счет не опустеет, зато голодный желудок перестанет отвлекать урчанием.

- Сдаюсь, - шепнула она, набрала из меню еды и провела пластиковой картой над терминалом оплаты.

Обслуживание давно пытались сделать полностью автоматическим, но муниципалитет упорно отвоевывал рабочие места официанток обратно. Поэтому хозяйки кафе пришли к компромиссу: выбираешь сам, а готовое блюдо тебе позже приносит вежливая дарисса.

Куна когда-то хотела стать официанткой, но мать отговорила. Поднос с едой может быть и легкий, зато обеденный зал длинный и широкий. За день можно расстояние в полгорода пробежать, а к вечеру упасть без сил.

- Что стряслось-то? - громко спросила Регина и толкнула под локоть, направляя к столику у окна. Другие места оккупировали работницы ткацкой фабрики. Куна растерянно смотрела на их синию униформу и гадала, почему на ней не остается мелких ниток и хлопковой пыли от станков? Чистыми приходили на работу и такими же уходили. Где же Амадей оступился?

- Моего... друга арестовали. Не знаю, за что. Он обмолвился о проблемах с документами, но чтоб до службы безопасности, да с таким спектаклем... Не верю, не мог он.