Прогрессор поневоле. Гексалогия (СИ) - Обатуров Сергей Георгиевич - Страница 32

.24.

Глава 24.

* * *

Утром, наскоро позавтракав, пока мои гости еще спали, я пробрался в коридор и быстренько одевшись, стал загружаться. Я взял запасной рюкзак, в который вчера уложил все, что купил малышу, туда же положил всю сумму денег, полученную от нумизмата. Затем ремнями обвязки я перевязал коробку с детской коляской. Проверил, как буду это нести и вышел из квартиры. По опыту прошлых походов в горы я уже четко знал график движения автобусов, поэтому к остановке подоспел вовремя. Еще около сорока минут, и я вышел на нужной мне остановке. Пристегнул коробку с коляской к рюкзаку и закинул за спину. Проверил, как поклажа держится на мне, попрыгал и пошевелил плечами. Вроде не сползает и не мешает при движении, все, можно отправляться к переходу.

Шлось легко, вес был хоть и большой, но все было пристегнуто плотно и не раскачивалось а, следовательно, не мешало ходьбе. По протоптанной тропинке я стал подниматься в горы. Тропа была знакомой, поэтому поднимался без особых осложнений, если не считать, что несколько раз зацепился коробкой за низко нависающие ветки елей, но это случилось уже на подходе к месту перехода, так что я просто выпутывался из раскидистых лап, и поднимался дальше. Вот и показалось знакомое место. Я не стал останавливаться, а так и продолжил движение к точке перехода. Пройдя по спирали я, как и в прошлые разы выбрался в мир Ликуры. Прошел к спрятанной телеге и рядом с ней спрятал свои вещи. Потом оставил знак лошадям, а сам отправился обратно.

Выйдя из перехода, я разбросал снег, чтобы не было видно моих следов, не хватало еще, чтобы кто-нибудь заинтересовался исчезающими на снегу следами, и отправился к домику лесника. Этот переход, налегке, занял не более двадцати минут. У лесника дома были все, так что я поздоровался и предупредил, что буду готовить вещи к погрузке и может быть, уже сегодня начну перевозку инструмента. Оставил леснику оговоренную плату в виде инструмента и отправился в сарай. Там начал загружать мешки и связывать их попарно, чтобы можно было перевешивать их через спину лошади. Соорудил даже нехитрую лебедку, чтобы можно было загружать мешки на лошадей в одиночку, используя натянутую толстую металлическую проволоку, по которой каталось труба с цепью, к которой привязывали собаку, когда вся семья уезжала из дома. При таком варианте у меня получится загружать лошадей прямо в воротах, а это мне на руку, так как не хотелось показывать леснику моих коней, которые не совсем походили на земных лошадей. Я управился с загрузкой одной трети инструментов часа за два. После этого предупредил хозяев, что пойду за лошадьми, те понимающе кивнули. В горах не очень-то легко перетаскивать тяжелый груз без лошадей. На себе много не унесешь, да и тяжело. Машина здесь не пройдет, а вертолет, это просто нереально.

Я припустил по знакомой лесной дороге, вскоре я опять выписывал зигзаги в спирали перехода. Когда вышел из тумана, то сразу увидел лошадей. Те, тоже увидели меня, и радостно зарычав, бросились ко мне. Я погладил всех четверых и, взяв самую смелую из них за гриву, потащил к переходу. Она слегка дрожала, но я успокаивал ее и, слегка похлопывая по шее, вел ее за собой. Когда мы вышли из перехода, то я глазам своим не поверил. За нами выходили оставшиеся кони. Они зубами держались за хвост впередиидущей лошади. Это несколько облегчало мне задачу, так как изначально я планировал перевозить груз только на одной лошади. Сейчас у меня было приготовлено двадцать парных комплектов мешков. Все же мой утренний труд не пропал даром. Я предложил лошадкам погулять здесь, так как мне нужно было перенести все мешки, которые мы сегодня увезем, в одно место, поближе к тому, где была прикреплена проволока. Около тридцати минут у меня ушло на то, чтобы стащить все шестнадцать мешков. Я подозвал первого коня и поставил его в проеме ворот головой на улицу, чтобы не было видно передних лап и оскаленной пасти. Потом прошел в сарай и с помощью лебедки приподнял первую пару мешков так, чтобы можно было зацепить их за трубу на проволоке. Я зацепил веревку за трубу, и покатил первую пару к воротам. Когда дотащил до конца то, подогнал лошадиную спину поближе к мешкам и, встав на дверь ворот и калитку, поднатужившись, перенес первую пару на спину коня. Тот практически не шелохнулся, тогда я бегом бросился за второй парой. Так я и носился, меняя то мешки, то лошадей. Наконец я загрузил последнего коня и, прикрыв ворота, отправился с лошадками к переходу. Было уже половина пятого, когда мы подошли к месту входа в портал. Я, как и в прошлый раз, взял первого конька за гриву и пошел с ним в переход. Обернувшись, увидел, что все кони прошли следом за нами, ухватив поднятый, для их удобства, хвост впередиидущей лошади.

Вот, наконец, и новый мир. Мы сразу направились к спрятанной телеге. Как только подошли к ней, так я начал разгружать моих лошадок, так как было видно, что веревки вдавливают кожу на спинах лошадей. Около часа у меня ушло на то, чтобы разгрузить коней. Место в телеге оставалось буквально на пару мешков, но я напомнил себе, что будем еще мы, то есть я и Ликура с малышом, так что грузить больше ничего не буду, итак, мешки лежат в два ряда. Коней попросил не бросать груз, а мы с Ликурой будем здесь через три дня. После этого я отправился в обратный путь. Солнце садилось, а мне нужно было успеть выйти на дорогу хотя бы в сумерках, а не в полной темноте, поэтому я бросился бегом. Как я ни торопился, а к автобусу опоздал, и мне пришлось ждать следующий, а это лишние тридцать минут. Конечно, если бы я раньше стал спускаться с хребта, то мне не пришлось бы в самом конце пути идти почти на ощупь. Меня спасало то, что я иногда видел свет от фар проезжающих по дороге автомобилей. Это хотя бы давало примерное направление. В общем, я видел, как уходит автобус, но до него было еще далеко, так что я не стал, сломя голову нестись вперед в полнейшей темноте. Остановка была оборудована скамейкой, так что я сел и вытянул ноги, пусть отдохнут. Так и просидел все тридцать пять минут в одиночестве, никто больше на остановку не пришел.

Подошедший автобус был почти пустой. Я забрался в него и только тут почувствовал, как устал. Тепло и гул двигателя убаюкивали, так что я слегка задремал. Водитель растолкал меня, когда никого в салоне уже не осталось. Он сделал это как-то буднично, видимо ему часто такие пассажиры попадаются. Я поднялся с сидения и поплелся к выходу, постепенно приходя в себя. Еще одно путешествие на автобусе и вот я уже подхожу к своему дому. Свет фонарей разрывал зимнюю ночную темень. У меня на кухне тоже горел свет, так что я поспешил наверх, к своей квартире. Позвонил в дверь и стал открывать дверь ключом. Ликура должна была на звонок открыть внутреннюю задвижку. Наконец та щелкнула, и я оказался дома. Пока я раздевался, Ликура вопросительно смотрела на меня. Я поставил ботинки и, выпрямившись, утвердительно кивнул ей. Потом рассказал, что телегу загрузил полностью, там и осталось места, только нам троим. Одна телега, это треть объема купленного инструмента, так что нужно будет сразу по приезду отправить еще две телеги. Когда доберемся к переходу, то еще один земной день уйдет на то, чтобы упаковать весь оставшийся инструмент в мешки. Потом на лошадях вывозим все к телегам и добираемся в баронство. Потом подумал и высказался на тему золота и денег. По моим предположениям, они будут целее, если их спрятать рядом с переходом. Со стороны баронства, тогда и Ликура сможет до них добраться и я, если мне что-то понадобится.