Пророчество Сингамара - Волчарин Сергей - Страница 32

Его сбили с мысли вошедшие воины. Они волочили за загривок орка. Тот был еще жив.

– Ваше высочество! Не желаете допросить? – отсалютовали воины.

Пронт покосился на серокожего. Хотя его было трудно назвать серокожим. Видимо, поколения жизни среди песков подарили ему коричневый окрас, который издалека можно было даже спутать с цветом красной глины.

Отбросив лишние размышления, Пронт отложил в сторону столовые приборы и встал из-за стола. Снатог спешно выскочил за ним следом. Этот никогда не пропустит допрос. Пленного втащили в главный зал дворца. Пронт уселся на трон. Он ничего не предполагал в этом жесте. Просто хотелось выглядеть солиднее. Орка бросили на четвереньки к его ногам.

– Итак, мой серокожий друг. Не желаете нам что-нибудь рассказать?

– А что ты хочешь услышать? – хрипло ответил орк, с вызовом уставившись на Пронта. – Эльфийский выродок!

Снатог подскочил к орку на одной ноге, а второй смачно зарядил ему в подбородок. Голова орка качнулась. Он с рыком сплюнул кровь, страшно косясь на обидчика.

– Ты не прав, орк, – пожал плечами Пронт. – Видимо, до тебя даже не дошли слухи о пророчестве. Мы люди, мой друг, те самые люди, что принесут горе в этот мир.

– Принесут?! – орк наливался яростью. – А чем ты занимаешься сейчас?! Твое войско вырезало тысячи мужчин, женщин, стариков и даже детей! Они всего лишь мирные орки! Пашущие и возделывающие свои сады! Добывающие еду для своего народа! А ты вломился в наш дом! Уничтожил все население! И ты говоришь: «Принесут»! Ты, похоже, слишком медленно соображаешь своей мелкой людской башкой!

Снатог снова замахнулся для пинка, но Пронт приподнял руку в останавливающем жесте.

– Вот, кстати, да. Почему во всем городе нет ни единого солдата? Вы что, не были в курсе, что мы идем? Мы ведь взяли Трогай десятину назад.

– Мы в курсе! Но гребанные эльфы! Все наши войска пришлось отправить на север! Ничего, в Паргасе вас ждет большой подарок! – при этих словах орк хрипло рассмеялся, глядя в лицо Пронту.

– Вот и славно, я люблю сюрпризы. Ладно, – обратился Пронт к воинам, что привели орка. – Кончайте с ним. Мы продолжим трапезу, а после я хотел бы отоспаться.

Он стоял посреди главного зала в храме Кокоры. Он уже бывал тут однажды, в детстве, вместе со своим отцом. Сейчас его не было рядом. Он вновь оглядывал, как тогда, стены зала, украшенные всякими небывалицами. Древние украшения. Сережки размером с бычью голову. Сейчас он знал, кому они принадлежали. Украшения его союзников, уже не единожды переламывающих ход битвы на свою сторону.

Отворилась парадная дверь в зал. Перед ним открылась улица Кокоры. Невысокие домишки в один-два поверха. Архитектура ничем не отличалась от зданий Хота. Те же хоромы больших бревенчатых домов, соломенные или деревянные крыши, немного серого камня. Он так давно не видел их. Так давно не был дома. Не видел родных, близких. Любимых… Амазира! Девушка должна быть где-то в городе. В святилище Клатрана. Как он мог забыть?

Он, сломя голову, побежал по улице, чуть не выкрикивая ее имя от нетерпения. Вот оно! Святилище! Его легко отличить от храмов Аммонтаса. Святилища Клатрана всегда были скромны. Маленькие круглые домики из серого камня, в отличие от огромных храмов, у которых даже крыша была белоснежной.

Дверь тихонько отворилась. Посреди зала, на голом полу, восседала фигура. Она сидела к нему спиной, но он узнал ее. Хотя трудно не узнать в городе людей единственного ангела. «Амазира!», – воскликнул он. Девушка услышала его. Она медленно выпрямилась, поворачиваясь к нему.

Как всегда прекрасна. Темные волосы, слегка смугловатая кожа, слегка припухлые губы, словно ягоды, переполненные сладким соком. Ее губы дрогнули, раздвигаясь в доброй улыбке. Он потянулся к ней руками. Она улыбнулась шире, затем еще шире. Он невольно застыл. Улыбка становилась зловещей. По его телу побежал холодок. Глаза ангела наполнялись кровавым цветом. С них начал валить темно-алый дым. На ее лбу появились две шишки, они увеличивались в размерах, пока кожа не лопнула, забрызгав его лицо капельками крови. Внезапно ее волосы вспыхнули, а крылья за спиной опали пеплом, оставив вместо себя страшные черные крылья, как у летучих мышей. Она страшно захохотала изменившимся голосом и потянула свои руки к нему. Он отступил. Затем еще и еще. Она уже почти коснулась пальцами его шеи, когда он оступился и начал падать на спину.

Он сложился вдвое, оказавшись сидящим на своей кровати. По всему телу он ощущал капельки ледяного пота. Вокруг была уже его комната в чертогах правителя Калиостра. Деревянные стены. Деревянная утварь. Ни намека на каменное обустройство храма. Но в голове все еще слышался этот ужасный хохот.

Пронт слез с ложа. В углу стояла маленькая бадья с водой. Он занырнул головой в прохладную голову. Мысли постепенно становились на свое место. Кошмар. Это был просто кошмар. Нужно спуститься вниз. Перекусить и приниматься за работу. Дела не станут ждать.

Вот уже несколько минут он пытался вяло жевать кусок мяса, который не лез в глотку. В городе было пустынно. Но не потому, что улицы были на ладонь засыпаны песком, а потому, что не было ни души в таком огромном городе. Он и вправду был огромен. Чуть меньше версты в обхвате. Невероятных размеров ферма. Всюду, в каждом дворе находились какие-либо фруктовые деревья, загоны со скотиной, грядки с непонятными овощами, тростниками и еще чем-то, что не поддавалось объяснению.

– Ты какой-то странный, – выбил его из размышлений голос Снатога. Светловолосый капитан плюхнулся на скамью рядом с ним, по-дружески поддев его плечом. – Чего такого приключилось?

– Да ничего, вроде, все в порядке. А к чему ты это?

– От твоего лица скоро посреди пустыни гроза разыграется.

– Было бы неплохо, – Пронт задумчиво покосился на небо. Но отделаться от этого приставалы, если ему что взбредет, было не самой простой задачей. Вот и сейчас он, слегка склонив голову вниз, пытливо смотрел принцу в глаза с наглой улыбкой. А на лбу у него отчетливо проступала надпись: «Я вижу тебя насквозь, растяпа!»

– Просто плохой сон.

– Про что он?

– Да какая разница? Это просто сон.

Снатог с задумчивым видом скрестил руки на груди. Взгляд его устремился куда-то вглубь города.

– Не одного тебя мучают кошмары. Как ты вообще?

– Да так же, как и все.

– Спроси любого в нашем войске, каждый ответит, что чувствует себя лучше, чем когда либо. Вот спроси.

– Мне заняться больше нечем? – Пронт отхлебнул из кружки разбавленного фруктового вина.

– Нет, ты спроси! Я готов поспорить, что именно так и скажет большинство.

Пронт подозрительно глянул в «честные» глаза капитана:

– А в чем подвох?

– Да ни в чем, – Снатог невинно отвел взгляд.

– Ну говори уже, с чего такая уверенность?

– Ну… Мне большинство так и ответило…

Пронт гоготнул так, что кони в стойле, на другом конце, заржали ему в ответ.

– Что? Я, капитан, должен интересоваться их самочувствием и боевым настроем. Ну, так как же, все-таки, себя чувствуешь ты?

– Повторюсь. Так же, как и любой другой. Говорить они могут многое. Они по нескольку лет готовились к тяжелым нагрузкам. Они обучались военному ремеслу, закаляли свое тело и душу. Они выбрали для себя профессию смотрящих[7]. И они знали, на что шли.

– Ну и? – пытливо заглядывал Пронту в глаза Снатог.

– Что «ну и»? А ты сам как себя чувствуешь? Мы не одну сотню лет жили в полном покое. Военное ремесло вообще было лишь для соблюдения порядков. Мечи-то никто из нас не вынимал, они были скорее украшением. А теперь? Мы посреди гребаной пустыни! В городе орков, воинственного народа, пытающегося отвоевать себе побольше земли, чтоб им было, где и дальше размножаться с дикой скоростью! Мы ввязались в проклятую войну! Мы уже по уши залиты вражеской кровью! У нас на шее сотни душ погибших людей! Скоро миру наступит конец, и это по вине людей! Сможем ли мы пережить это, чтобы потом отстроить мир из руин? Одним богам ведомо! Еще от Амазиры нет вестей! Где эти треклятые гонцы?! И ты спрашиваешь, как я себя чувствую?!