Там, на неведомых дорожках (СИ) - "СкальдЪ" - Страница 37

— Азарни Минамото за зелье Снятия Покровов получает тридцать четыре балла. Её общий счет шестьдесят пять очков, — продолжал Салтыков.

Я переглянулся с Невиллом. За это время мы успели понять, что девушка из Японии за улыбчивой и милой внешностью скрывает весьма непростой и амбициозный характер. Она неслучайно варила свое зелье дольше прочих. Что она хотела получить и почему не смогла обогнать Браге? Где-то ошиблась, недоглядела или что-то не учла?

— Драко Малфой за прекрасно приготовленную противодраконью сыворотку получает сорок баллов. Столько же, но за зелье Истинной Сути получает Анастасия Бажова, — Салтыков усилил свой голос и перекрывая поднявшийся на трибунах шум, закончил. — Теперь у них обоих по семьдесят три очка.

Ханна Аббот, Дафна Гринграсс и Чжоу Чанг захлопали в ладоши. А то, что творилось на трибунах Колдовстворца, говорить не приходилось. Там поднялся такой шум, словно произошло самое важное событие на свете.

Я видел, как побледнела Минамото и недовольно скривилась Нконо. Я их в чем-то понимал. После второго тура определились два реальных претендента на роль победителя, Браге оказался в роли срединного буфера, который еще и может выстрелить, и появились два аутсайдера. Совсем откровенный, это конечно девушка из школы Уаганды. Следом за ней шло Махотокоро, и было видно, как сильно ударил по тщеславию и гордости японцев сей факт.

Тот субботний вечер вышел жарким. Мы все поздравляли немного бледного от волнения, но бесконечно счастливого Малфоя и радостно обменивались впечатлениями и оценивали шансы Хогвартса на окончательную победу.

У нас сложилась своя компания, в которую кроме Малфоя, Лонгботтома и Диггори вошли Ханна Аббот, Дафна Гринграсс и Чжоу Чанг. Вместе с нами частенько проводили свободное время ребята из Дурмстранга, и парочка человек из местных — как правило, это были Дворцов и Гантимуров. Иногда с ними приходил Демьян Лопухин.

Также к нам присоединились еще несколько человек. Первый — польский маг Чеслав Бельский, являющийся капитаном Кречетов. Именно на этой теме с ним сошелся Драко, а потом он как-то легко влился в наш коллектив вместе со своими друзьями.

Вообще-то поляки учатся в Дурмстранге, но в семье Бельских еще с восемнадцатого века зародилась и продолжала существовать традиция, согласно которой все мужчины этого рода проходят обучение именно в Колдовстворце.

А еще с нами частенько проводила время Светлана Шмелёва. Она попала к нам через … Невилла!

Лонгботтом неожиданно понял, что девушка, с которой мы здесь учимся в одном классе, мало того, что травница и показывает талант в гербологии, так еще и симпатичная! Вот он и решил с ней поближе познакомиться. Было забавно вспоминать, как я учил его простейшим русским словам «привет», «как поживаешь», «давай прогуляемся после уроков», «ты очень красивая» и тому подобное.

Не знаю, уж как Невилл общался с ней первое время и о чем они говорили, так как Света плохо знала английский, но факт на лицо — они явно симпатизировали друг другу. А язык дело наживное. Тем более, и я это уже замечал не раз, маги учатся быстрее простых людей. И если раньше я частенько присутствовал на разговорах Лонгботтома и Шмелёвой, то уже к декабрю я им стал практически не нужен.

Так же к декабрю я полностью освоил заклинание Воделар и все его основные аспекты и нюансы. Гидеон Гидеонович неплохо объяснял и с ним было интересно.

Состоялся очень важный разговор с Шуйским.

— Надо поговорить, — кивнул он мне как-то раз после обеда, и мы вышли на улицу, устроившись на небольшой скамейке, подлокотники которой были выполнены в виде львиных морд.

Мы находились в одном из двориков внутри Колдовстворца. Прямо за нами высоко в небо поднималась стена одной из башен, сложенная из больших, квадратной формы камней, поросших мхом.

С неба падал редкий снег. Легкий морозец пощипывал лицо и уши.

— В общем, отец сегодня прислал письмо, — Мстислав осмотрелся по сторонам, проверяя, чтобы нам никто не мешал. — Он согласен провести первичную консультацию и в случае чего взять заказ.

— Рад это слышать, — я не удержался и улыбнулся. Еще достаточно давно я узнал, что Шуйские весьма непростое семейство, члены которого обладают многочисленными талантами. А потом, уже в Колдовстворце, выяснилось, что Семен, отец Мстислава, занимается артефактами и снятием с них различных вредоносных эффектов. Он был кем-то, кого можно назвать ликвидатор проклятий, применительно к магическим предметам.

Такого человека я искал еще с тех пор, как мне в руки попал первый крестраж — диадема Когтеврана. Такие люди встречались и в Англии, но мне не хотелось обращаться к местным, так как я опасался утечки информации.

И вот нужный человек нашелся. Более того, он жил в Санкт-Петербурге и не был вовлечен во все эти британские разборки и расклады.

— Отец поинтересовался, как будем действовать? — заметил Мстислав.

— Тут надо думать, — я потер подбородок, принимая решение. — Сначала я вернусь в Англию, кое что проверну и проверю… Давай сделаем так — в феврале или марте я напишу письмо, определимся с днем, скорее всего это будет один из выходных, твой отец закажет порт ключ до Гринготтса в Лондоне, и я с крестным его там встретим и переправим в наш особняк, где он осмотрит артефакт. Стоимость ключа войдет в общий заказ. Годится?

— Вполне, — Шуйский кивнул головой. — У меня в это время будет подготовка к экзаменам, но не возражаешь, если я выкрою время и присоединюсь к отцу? Может, у нас получится, и ты покажешь что-то в Лондоне? А взамен я обязуюсь летом устроить экскурсию по Питеру.

— Звучит круто, — мы пожали друг другу руки, закрепляя предварительную сделку.

Я не рассказывал Мстиславу о крестражах, просто сказав, что у моего крестного Блэка, происходящего из древнего и мрачного рода, хватает страшноватых вещиц. Одну из них кто-то испоганил, подселив что-то смертоносное и крайне неприятное. Вот это что-то и надлежит извлечь его отцу, по возможности сохранив сам артефакт.

Такой информацией вполне хватило для налаживания первичного контакта. Старший Шуйский в процессе работы, конечно, неизбежно сообразит, что в диадеме именно крестраж. А если не сообразит, то значит, он не соответствует своему высокому званию мастера-артефактора.

Но он сообразит, в этом я не сомневался — недаром же Мстислав показывал мне газетные и журнальные вырезки о собственном отце, где о его способностях и экспериментах многочисленные коллеги отзывались весьма высоко.

Именно такой проверенный специалист мне и был нужен. Его профессиональная этика не позволит ему разглашать секреты клиентов. А Непреложный обет, который я собирался с него взять, поможет сохранить факт крестража в тайне.

— Не обижайтесь, парни, но с чего вы вдруг решили, что эта ваша Британия — пуп земли? — спросил Глеб Дворцов.

В тот субботний день мы, в чисто мужской компании, выдвинулись в окрестности Колдовстворца. Побродили по округам, забрались на Козью горку и сейчас наблюдали, как внизу речка Ленточница несет свои воды через всю горную долину и исчезает за поворотом, скрываясь в Сказочном Лесу.

Деревья вокруг нас стояли голые, присыпанные снегом. Вдалеке, каркая, кружилась воронья стая, и я был уверен, что мой Хуги, которого я отправил размять крылья, находится именно там.

— Для каждого его Родина явно не пустой звук, — вполне резонно возразил Невилл.

К тому времени мы неплохо узнали друг друга и временами поднимали серьезные темы, спорили о разных вещах и делились идеями и своим пониманием некоторых вещей.

Из нашей группы, представляющей Хогвартс, сейчас нас здесь четверо — я, Малфой, Диггори и Лонгботтом.

С Маркусом Белби, Эдрианом Пьюси и Энтони Рикеттом дружить мы так и не стали, а с близнецами Уизли даже не пытались. На самом деле, с близнецами-то никто толком никогда и не общался. Лишь канон убеждал, что они душа любой компании и их все обожают. Это было далеко от правды, очень далеко. Дело в том, что сами близнецы самодостаточны и предпочитали общество друг друга. Да и мало кто мог долго выдерживать их излишне энергичный, непоседливый характер, постоянные шуточки на грани фола и желание устроить заварушку, а то и пакость.