Ветер перемен (СИ) - "СкальдЪ" - Страница 58

Я все больше узнавал Джейме и все больше поражался. В нем присутствовали все задатки великого человека. Не сомневаюсь, он прекрасно знал об этом, но по неизвестным причинам, прикладывал все силы, чтобы не стать кем-то большим, чем просто Цареубийца. Он ненавидел свое прошлое, но упрямо, всеми силами, цеплялся за него.

Да, раньше он так делал. Но в последнее время он стал меняться. И я должен ему помочь стать хорошим человеком. А он должен помочь мне.

— На острове Ликов.

— Зачем?

— Так будет правильно, — твердо ответил я. В тот момент я окончательно понял, что так оно и есть. Это мой путь. — Мне надо там быть. Не знаю, что смогу там найти, да и найду ли хоть что-то, но я должен попробовать.

— И когда? — в голосе послышалось пробуждающееся любопытство.

— Сначала всё должно сложиться в Риверране. Значит, на обратном пути. Ты отпустишь меня?

— Да, — он ответил с задержкой и сам устремил взгляд вдаль. — С одним условием. Ты возьмешь меня с собой.

— Я и сам хотел попросить об этом, — я еле заметно улыбнулся. — Спасибо, отец!

Молчание было долгим, очень долгим. Джейме сжал челюсти и смотрел вдаль. Казалось, для него нет ничего важнее, чем суметь зафиксировать свой взгляд на далеком горизонте. И только на нем. Он прикладывал немало сил, чтобы не повернуться в мою сторону. И лишь шорох накатываемых волн, да одинокий, унылый крик чайки нарушал эту тишину. Пахло сыростью…

— Значит, ты все же узнал…

— Да.

— И что теперь?

— Ничего. Все останется, как и было. И все изменится.

— Осуждаешь? — он наконец-то перевел на меня взгляд.

— Раньше осуждал сильней.

— И давно?

— Уже порядочно. Только не спрашивай, откуда я узнал.

— Не буду.

Мы вновь замолчали. Усиливающийся ветер всё сильнее раскачивал деревья. Заржала лошадь. Стало свежо. Наше молчание было очень естественным и правильным. Мы словно понимали друг друга и становились ближе. Так молчать могут лишь мужчины, и это молчание стоило сотни слов.

— Ты поможешь мне, отец? — я разлепил сухие губы.

— В чем?

— Стать королем.

— Ты и так король, — в его голосе звучала усмешка.

— Настоящим королем. Смелым и рассудительным… Мудрым и справедливым… Честным и дальновидным…

— Да… Я помогу тебе, сын.

Варис

Варис родился в Лисе, в одном из Вольных городов и вырос в бродячей труппе актеров, которая плавала на барке и давала представления во всех городах на обоих берегах Узкого моря.

Оглядываясь назад и вспоминая собственное прошлое и тот чудовищный случай, что с ним произошел в детстве, Варис признавался себе, что если бы его не оскопили, то ничего значимого он бы в жизни так и не достиг.

Он стал евнухом. А потом Пауком. Одни двери закрылись навсегда, но другие также неожиданно открылись. И он нашел в себе такие таланты и способности, о существовании которых не подозревал.

Его история и восхождение к вершинам власти началось в Мире, продолжилось в Кварте, утвердилось в Пентосе, и, похоже, закончится в Королевской Гавани. Хотя, кто знает?

Все эти долгие годы, пока он поднимался на одну ступеньку за другой, его преследовали кошмары и голос того чернокнижника, что его оскопил…

Так он поверил в магию и сохранил страх перед ней на всю жизнь. Варис верил в магию, но так до конца и не определился, верит ли он в богов? Если рассудить, то почему бы не существовать богам, если существует магия? С другой стороны, присутствие последней абсолютно ничего не доказывает.

Но магию он знал. И боялся. Именно поэтому он поддержал Джоффри в его борьбе против Станниса. Станнису помогала Меллисандра, темная колдунья и последовательница Рглора. И уже одного этого было достаточно для выбора стороны.

Впрочем, Джоффри временный вариант, неизбежное зло, компромисс, способ выждать время до того момента, как все планы осуществятся.

И все же жизнь полна иронии. Он так боялся магии, что, в конце концов, стал служить ее проявлению в этом мире — драконам. И их матери.

Кто же мог знать, что маленькая девочка Таргариенов, которую они со своим другом Иллирио Мопатисом решили поддержать, станет тем, кем она стала?

Никто такого предположить не мог. Вот и Варис не мог — хоть он и умел смотреть в будущее и строить долговременные планы.

Варис никогда не считал себя добрым и порядочным человеком. Но у него всегда были принципы. И один раз выбрав цель, найдя того, кого он планировал возвести на трон, он не мог отказаться от ранее принятых решений.

Предать свои правила, свои идеалы и принципы — это был бы кошмар. Крушение всего, чем он дорожил — своей чести евнуха.

Все его действия укладывались в масштабную Игру, захватывающую весь мир. Игра Престолов была увлекательной, и в ней он чувствовал себя, как рыба в воде. Наличие других игроков лишь добавляло интереса и азарта.

Так все было до того времени, когда в Королевскую Гавань прибыл Оберин Мартелл. Этот человек мог очень многое, обладал обширным кругом способностей и в нем чувствовался потенциал. Но он совсем не нравился евнуху. Варис не любил людей подобного толка — громких, шумных, торопливых, всегда находящихся на виду!

Зато Красный Змей был очень хорош как союзник, хотя Варис и знал, что с ним надо вести себя сугубо осторожно, как при обращении с Диким Огнем.

Они встречались несколько раз, и при третьей встречи Мартелл озвучил план и предложил действовать — он собирался уничтожить Джоффри или Маргери, или их обоих. Для начала!

Варис не страдал излишней щепетильностью, но и перспектива убийства столь молодых людей его не радовала. Даже с позиции логики и прагматизма правильней попробовать убрать со сцены Тайвина. Жаль, что Красный Змей оказался таким кровожадным и недальновидным. Он хотел уничтожить всех Ланнистеров, оставив своего главного врага напоследок, как самое вкусное блюдо.

Впрочем, Оберин умел быть красноречивым и убедительным. А еще больше осталось между его слов, до времени прикрытое намеками и ловким жонглированием словами.

Мартеллы знали и про Мопатиса, и про Дейенерис, и про то, что он, вместе со своим старым другом помогает ей и людьми, и деньгами. Не так давно Иллирио отправил к ней Барристана Селми и Бельваса Силача — и это ему известно. Тут впору заволноваться!

Варис даже подозревал, что Оберин знает и про Юного Грифа. И про их с Мопатисом мечту — ведь Таргариены часто заключали браки между близкими родственниками.

В общем, он знал, что он знает, что он знает…

Вот такая игра, в которой Варис по объективным причинам просто не мог отказать Оберину, и ему пришлось идти на это отравление.

Красный Змей предложил использовать человека, которого потом можно убить. Вариса это покоробило, и он все сделал сам.

Есть те, кто искренне считает, что у исполнителя чистая совесть, а у организатора — руки. Так такие люди успокаивают себя нелепыми отговорками.

В эту чушь Варис не верил. Оба, и исполнитель, и организатор, пачкались во всем том дерьме, что делали. Но на убийство собственного человека он не пошел. Это было против его правил и против логики — зачем выбрасывать ценных помощников, если все можно провернуть иначе?

Поэтому он сам, используя тайный ход в покои короля, проник в комнату Джоффри и Маргери. В комнате он нигде не нашел кувшина с водой. Поэтому действовать пришлось по второму, более рискованному варианту — ставить на стол то, что он принес с собой.

Сделав дело, он на миг остановился и осмотрел комнату. Меч из валирийской стали, большой шкаф с книгами, арфа, кайвасса и несколько географических карт на подоконнике — в этот момент в его душе поселилась грусть.

К большой досаде, Джоффри никогда не был тем человеком, за которого подданные готовы отдать свою жизнь. Правда, за последний месяц он сильно изменился. Варис пристально наблюдал за юным королем и вынужден был признаться, что он наконец-то повзрослел и стал показывать качества, достойные монарха. Как жаль, что такие полезные для короля изменения начали происходить так поздно! Кости уже брошены…