Колдоискатели (СИ) - Рут Мишель - Страница 13

Уяснив ситуацию, Демжис рассмеялся, а потом задумался.

— Но что нам с тобой делать? Отпускать нельзя — выдашь нас бывшим сослуживцам. Не сам, так под пытками, — строго добавил он, глядя, как Левсей испуганно трясёт головой. — Таскать тебя с собой нам тоже невыгодно.

— А вы хоть кто? — запоздало спохватился бывший гвардеец.

— Я — Демжис Рес Юдикат, наследник предыдущего Энегравтского владетеля, а, следовательно, смертельный враг нынешнего. Со мной мои товарищи…

— Ой, так вас ищут за разбой и грабёж, — вякнул Левсей и, тут же сообразив, что сказал, бухнулся на колени:

— Не убивайте, умоляю! Я вам пригожусь! Я всегда любил Божественных Дев больше, чем этого чёрта лысого… он нам жалованье задерживает! Я… буду помогать вам!

— Что ты умеешь? — деловито осведомился Демжис. Похоже, он к тому и клонил весь разговор, даже, прямо говоря, склонял.

— Я алебардщик, ну и копейщик тоже. Охотиться умею, силки ставить…

— Лучше б ты из лука умел стрелять, — тоскливо пробормотал Демжис. — Что ж, иди и покажи, как ты умеешь охотиться, добудь нам какой-нибудь дичи к ужину. И чтоб без лишнего шума, ясно? Иначе далеко не уйдёшь.

Левсей покорно закивал и скрылся за деревьями. Демжис прикрыл глаза.

— Кажется, и правда пошёл охотиться. Посмотрим, вернётся он к нам или нет. А если этот болван ничего не добудет через треть восьмицы, я сам что-нибудь принесу.

И он взялся начаровывать одеяла и тарелки взамен утраченных в утренней битве.

О нет, только не это кошмар снова.

Я зажмурилась, пытаясь вернуться в тёплый тающий сон. Потому что совершенно не хотелось открывать глаза и видеть эти гламурно-розовые деревья и прочую дичь. Мне снился дом, мама и работа. Вот уж не думала, что буду скучать даже по змеям-коллегам!

Крайяна разрушила все мои мечты о сне — своим зычным басом она выговаривала Левсею за потухший костёр. Горе-стражник вчера всё-таки вернулся к нам, естественно, без добычи — что можно поймать ночью в лесу голыми руками? Но, надеюсь, без задних мыслей.

Не только я стучала зубами, выползая из-под мокрого от росы одеяла. Утро было холодным и серым, даже флора вырвиглазочных расцветок потускнела. Наши «господа», Демжис и Маннен, выглядели одинаково унылыми, первый — из-за неудачной авантюры, второй — из-за глупо поднятого во время вчерашнего бегства шума. Без долгих рассуждений постановили собраться в путь и постараться уйти как можно дальше из этой области, где мы навели столько шороху.

— А куда? — оптимистично поинтересовался Левсей. — У вас есть какое-нибудь логов… то есть укрытие?

— Нет, — ледяным тоном отрезал Демжис. Я только вздохнула. Бомжи, как есть бомжи. И как они докатились до такой жизни?

Утро скрасил только неведомо откуда взявшийся Кирли.

— Ты как нас нашёл, свинья? — изумилась я.

— У них свой, особый нюх, — пояснил Демжис.

— Нас по нему не выследят? — забеспокоился Маннен.

— Не извольте беспокоиться! — пискнул Кирли. — Следы заметены по всем правилам боевого искусства!

С каждым шагом я все больше сокрушалась, что влипла в это дело. Даже направление, которым мы шли, тоже категорически не нравилось, хотя, казалось бы — кругом деревья одинаковые.

Ан нет. Отчего-то невыносимо хотелось повернуть назад, с каждым шагом всё сильней — как будто кто-то привязал меня на длинной резинке, которая с каждым шагом растягивается, растягивается… Но чем дальше уходишь, тем сильней невидимая привязь тянет обратно.

К моральным страданиям и воспоминаниям о далёком родном доме прибавились муки физические. А именно отсутствие душа. Голова зудит, дезодорант тоже остался дома… А эти мужики прут себе и прут, как будто и не слыхивали про гигиену. Впрочем, что я. Наверняка не слышали!

По привычке шагая возле Демжиса, я так отчаянно разглядывала грязные локоны, что маг даже забеспокоился:

— Что там у тебя? Укусил кто?

— Они грязные! — трагично воскликнула я. — Вы, темное средневековье, вообще моетесь когда-нибудь?!

— В деревнях есть бани, но мы туда пока не можем наведаться, ты же понимаешь. — Демжис замедлил шаг и наклонил голову, будто прислушиваясь. — Но на следующем привале будет большой ручей.

Тут я заметила, что сам Демжис от отсутствия бани нимало не страдает. Черные волосы блестят, никакого запаха, на одежде ни пятнышка, несмотря на все вчерашние похождения… Засмотревшись, споткнулась и позорно упала на землю.

— А как ты это делаешь? — поднявшись, требовательно вопросила я.

— Ну… — Демжис небрежно провел рукой по волосам, и они распушились, словно только что высушенные феном. — Магия, наверное.

— Но ты не говоришь никаких заклинаний…

— Что такое заклинания?

— Как, ты не знаешь? А как же ты тогда колдуешь?

— Просто думаю о том, что мне нужно, и всё. Я же сын богини, забыла?

— А… Научиться этому как-нибудь можно?

— Магами не становятся, это врожденная способность. Ее можно лишь тренировать.

— А вдруг у меня есть? — я припомнила истории, в которых попавшие в другой мир оказывались магами. Сомнительно, конечно — с чего бы это вдруг? Но сейчас мне так хотелось быть колдуньей! И, похоже, не только затем, чтобы помыть голову…

— Тогда представь свои волосы чистыми и проведи по ним рукой. Это элементарная вещь.

Я провела. Рука была грязная, в земле после падения, и волосы только испачкались еще больше. Никакие красочные воспоминания о прекрасной шевелюре не помогали.

— Я же говорил, — флегматично пожал плечами Демжис, и прибавил шагу, догоняя отряд. От огорчения, казалось, кожа зудела еще сильнее. Я побежала за ним:

— Демжис, а, Демжис! Ну пожалуйста…

Он остановился. Улыбнувшись, запустил пальцы в мои кудряшки, и те зашелковились, словно после классного шампуня. Зуд пропал, я завороженно уставилась на колдуна.

— Остальное тоже помыть? — нахально поинтересовался он, не выпуская из рук мою прядь.

— Э… нет, спасибо! — отступила я, изображая из себя честную девушку. Хотя бы внешне.

— Если что, обращайся.

И что он обо мне теперь думает, размышляла я, шагая дальше за широкой спиной своего защитника. Конечно, имея такие потрясающие возможности, можно многое себе позволить…

— Демжис!

— Что такое?

— И как тебе еще не поклоняются здесь? Ты же творишь чудеса!

Кажется, мне удалось удивить его. Но, отвечая, он помрачнел:

— Видишь ли, люди предпочитают таких богов, которые не вмешиваются в их дела. Которых можно использовать… Вертеть ими в своих целях.

— Дураки, — решительно сказала я. — А у нас таким людям поклоняются.

И прикусила язык, вспомнив участь Христа.

— Мне тоже показалось, что ваш мир более совершенен, — покладисто согласился Демжис. — Ну что же, я жду.

— Ждешь? Чего?

— Поклонения. Ты же сама только что сказала…

Сейчас он напомнил мне скорее лукавого черта, чем праведника. Но раз ему так хочется… Я перекрестилась:

— Спаси и сохрани меня! Хлеб мой насущный дай мне сегодня, защити от врагов моих…

— Скучно у вас богам поклоняются, — сказал Демжис и снова прибавил шагу — отряда уже не было видно, так сильно мы заболтались.

По крайней мере, оставался ручей. Он был нешироким, всего-то два шага вброд, и адски холодным, несмотря на теплое время года. Кое-где виднелись упавшие деревья и миниатюрные водопадики. Демжис подвел меня к одному из них, и предложил:

— Попробуй воду, она здесь особенно вкусная.

Преодолев внутреннее сопротивление (пить некипяченую воду из водоема?! В моем мире такое уже почти невозможно…) я зачерпнула воды в ладонь… Это было восхитительно. На моей земле я никогда не пила ничего подобного! Еще, как хочется еще…

— Осторожнее, так ты выпьешь весь ручей! — пошутил Демжис, но посмотрел на меня с беспокойством.

— Она правда очень вкусная…

Относительно утолив жажду (хотя напиться этой воды было, кажется, невозможно), я сообразила, что мне предстоит раздеться.