Владимир Высоцкий в Одессе
(Документальная повесть) - Цыбульский Марк - Страница 36

Раздосадованный Высоцкий ушёл за кулисы, и организаторам встречи стоило большого труда уговорить его вернуться в зал и допеть. Весь концерт продолжался больше двух часов в стремительном темпе, когда исполнялась песня за песней, почти без пауз. Казалось, певец хотел „выговориться" вырваться из круга вынужденного молчания. Видно было, что у него накопилось столько не исполненных песен, что, казалось, их приходилось держать в себе ценой неимоверных усилий, на грани взрыва»[195].

В личной беседе А. Берлин сказал мне, что ему известно ещё об одном выступлении Высоцкого в том же институте, но в другом здании, в меньшем помещении. Оно состоялось через год или два после того, что описано выше. Как рассказывали А. Берлину очевидцы, в помещении в целях конспирации даже окна занавесили — никто не должен был знать, «о чём поёт Высоцкий».

Судя по всему, это происходило после разгромной компании против Высоцкого в советской прессе, которая началась летом 1968 года, так что второй концерт в «Оргэнергострое» может быть датирован 1968–1969 годами.

Иногда очень трудно понять, говорят ли мемуаристы об одном и том же концерте Высоцкого или речь идёт о разных выступлениях. Так, О. Аросева сказала в одном интервью: «В Одессе у него был концерт в институте каком-то, когда мы снимали „Интервенцию" (т. е. летом 1967 г. — М. Ц.), и он к нему очень готовился. Пришли какие-то ребята с приглашением, он боялся, что у него нет разрешения на концерты, и всё-таки поехал выступать»[196]. Имелся ли в виду тот концерт, о котором пишет А. Берлин, или это было другое выступление, с уверенностью судить невозможно.

В. Смехов, снимавшийся с Высоцким в картине «Служили два товарища», упоминает о его концерте в проектном институте летом того же года. Возникает тот же вопрос: речь идёт о всё том же выступлении, или о совсем другом? Сплошные загадки!

Как отмечалось выше, после заметки одесской журналистки Т. Егоровой, в редакцию пришло несколько писем от очевидцев одесских выступлений Высоцкого. Одно из них написал А. Ватис:

«Это было в 1968 году, осенью. Высоцкий приехал в Одессу и должен был выступать в актовом зале одного из институтов города.

По „совету" Центрального РК КПУ (районный комитет Коммунистической партии Украины. — М. Ц.) концерт под благовидным предлогом отменили. А желание услышать знаменитого певца и поэта было, как все помнят, огромное.

Тогда мы, работники Одесского отдела комплексного проектирования ВНИПИсельэлектро, решили организовать концерт у себя, прямо в рабочем помещении. Несмотря на все советы и даже угрозы, концерт состоялся. Из наших столов организовали импровизированную сцену. Концерт Владимир Высоцкий дал бесплатный. Но мы по своей инициативе изготовили подобие билетов (кусочек бумаги с печатью профкома) по 1 рублю за билет и на вырученные деньги купили певцу подарок»[197].

Поскольку А. Ватис сообщил, что концерт в их организации состоялся осенью 1968 года, это даёт нам возможность немного уточнить время его проведения. Вероятнее всего, концерт был в октябре: это единственный осенний месяц того года, когда Высоцкий приезжал в Одессу. Следующий его приезд состоялся в декабре, но это уже, скорее, зима.

Одесский высоцковед С. Алексеев в беседе со своим сослуживцем В. Бершадским неожиданно выяснил, что тот был на упомянутом концерте в ВНИПИсельэлектро. По его словам, народу пришло немного, человек тридцать-сорок. При этом В. Бершадский сообщил, что в тот же день Высоцкий выступал в клубе одесского трамвайно-троллейбусного управления. Об этом концерте Высоцкого более нет ни единого упоминания.

Кроме письма А. Ватиса, редакция «Вечерней Одессы» опубликовала письмо Э. Вустянюк, присутствовавшей на выступлении Высоцкого в одесском Гипрограде в апреле 1970 года.

«Когда все слушатели собрались в зале, а людей было очень много, Высоцкий вышел на сцену и сказал, что не может выступать, так как не привезли гитару, и спросил, нет ли у кого гитары. Все молчали, тогда я осмелилась сказать, что у нас есть гитара, но на ней никто много лет не играет, и она висит с бантом на стене, как украшение. Высоцкий сказал: „Едем за гитарой". Я и Высоцкий сели сзади в машину одного из сотрудников Гипрограда и поехали к нам домой.

На полчаса позже, но концерт состоялся. Большой интересный концерт, я получила огромное удовольствие и память на всю жизнь»[198].

Воспоминания, нет слов, интересные, да вот беда — не стыкуются они с тем, что запомнилось также присутствовавшей на концерте С. Алексеевой. По её словам, слушателей было всего человек пятнадцать, началось выступление без опоздания, а Высоцкий приехал с гитарой. Вот и попробуй тут отделить зёрна от плевел!

Ещё об одном выступлении Высоцкого через много лет в письме в редакцию «Вечерней Одессы» припомнил А. Фёдоров: «Было это в 1970 году (могу ошибиться, но не более чем на один год). Говорили, что он (Высоцкий. — М. Ц.) снимался в это время на киностудии, что он запросил за концерт 300 рублей, остальные деньги — устроителям. Стоимость билета была, кажется, 50 коп. Дело было осенью или зимой. Высоцкий был в белом свитере толстой вязки. Было два отделения»[199].

Ни в 1970-м, ни в 1971 году Высоцкий на Одесской студии не снимался. Поскольку А. Фёдоров не помнит точно времени года, можно предположить, что это выступление состоялось в один период с тем, о котором шла речь выше.

Несколько раз выступал Высоцкий в Одессе в 1974 году. Артист Г. Воропаев вспоминал, что в то время он в Одессе снимался в кинофильме «Контрабанда», а Высоцкий писал для того фильма песни. «Володя пару раз брал меня на концерты — в какие-то НИИ»[200].

Очевидно, упомянутые выступления состоялись в промежутке между концом июля, когда Высоцкий вернулся из Венгрии со съёмок «Бегства мистера Мак-Кинли», и серединой августа, когда он уехал сначала в Ужгород, а потом в Югославию сниматься в картине «Единственная дорога».

Согласно информации, которой я располагаю на данный момент, это были последние выступления Высоцкого в Одессе. Приездов в этот город у Высоцкого ещё было много, публичных выступлений — ни одного.

До сих пор писать статьи о несостоявшихся выступлениях Владимира Высоцкого мне не приходилось. Но в данном случае получилось так, что имеется довольно значительный материал, который, как мне представляется, уместно собрать воедино. Это был не самый лучший день в жизни Высоцкого. Тем не менее, это — день его жизни, и пропускать его для биографа недопустимо.

В конце марта 1968 года Высоцкий был в Измаиле, где принимал участие в досъёмках картины «Служили два товарища». Снимался эпизод, когда поручик Брусенцов стреляет себе в рот и падает в воду. Через несколько лет Высоцкий рассказывал об этом на концерте, как об очень смешном случае:

«Мы снимали в самом начале марта. (Тут неточность: съёмки в Измаиле проходили не в начале, а в конце марта. — М. Ц.) Хоть это и Чёрное море, но там в том году замерзал даже залив, бухта. И всё равно вот я: „Дайте я сделаю! Дайте я сделаю!" Ну, говорят: „Ну ладно!" Режиссёр сделал вид, что не знает об этом. Принесли спирту, значит, растирать. И одежду сухую. Вот я первый дубль упал, вышел, меня растёрли, я снова упал, опять вышел, меня снова растёрли. Я упал, вышел, а потом говорю: „Мне море по колено! Давай ещё!"»[201].

На самом же деле в тот момент смешного было мало — Высоцкий вошёл в тяжёлое «пике». Правда, на этот раз сумел выбраться из него быстро, всего через несколько дней.