Янтарная комната (ЛП) - Конзалик Хайнц - Страница 103

— Мои корабли! — воскликнул Джо Уильямс. Он откинул голову назад и поднял правый кулак к чёрно-серому небу. Его рот зиял, как рана, и из этой раны в буйство урагана проник пронзительный вопль — звонкий, пронзительный крик, от которого могло разорваться сердце.

— Мой флот! Шведы победили! Моя Россия… я погубил тебя! Я, твой царь! И вот что теперь стало...

Он отпустил железный стержень, и ветер погнал Джо к дому, как деревяшку. Ударившись о стену и цепляясь за неё, он добрался до двери. У него шла кровь, но он не знал, где именно. Он ничего не чувствовал, но заметил за собой кровавый след, когда он покачиваясь шёл по дому. Спустившись в подвал, он взвалил на плечи деревянный ящик и пошёл с ним в Янтарную комнату.

Оглушительный треск заставил его вздрогнуть. Над ним всё скрипело и ломалось, стоял такой вой, как стон из тысяч глоток. Гигантские руки, ломающие платаны, схватили православный купол, вырвали его, подкинули в воздух, как невесомый, и бросили на землю. Тяжёлый двойной крест ударился о стену о пробил в ней дыру.

— Уничтожить! — взвизгнул Джо Уильямс. Его безумный взгляд скользил по стенам с янтарём, по зеркалам и картинам. — Всё уничтожить! Вы ничего не найдете! Я не сдамся шведам! Не сдамся…

Он сорвал крышку ящика и отбросил в сторону. В ящике были аккуратно уложены жёлтоватые стержни. В отдельном отсеке лежал моток кабеля, завёрнутый в промасленную бумагу. Там же была и квадратная коробочка с несколькими разъёмами и с красным рычагом. Дрожащими руками Джо разложил динамитные шашки вдоль стен Янтарной комнаты, протянул запальный провод в соседнюю, распределил и там шашки вдоль стен, а когда разложил динамит во всех комнатах, связал все кабели вместе, воткнул в разъём детонатора и поднял красный рычаг.

Снаружи ураган рвался в окна и двери, стучал железными кулаками в стены Янтарной комнаты, море всё наступало и уже билось о стену. Совершенно спокойно, с улыбкой, в которой отражалось неземное счастье, Джо сидел в резном позолоченном кресле посреди Янтарной комнаты и держал на коленях детонатор. С такой же благодушной улыбкой он посмотрел на янтарную голову умирающего воина и силой нажал на красный рычаг.

Раздался взрыв, взрывная волна оказалась даже сильнее урагана. В Уайтсэндсе разбилось несколько окон, преподобный Киллроуд увидел из церкви взметнувшийся вверх огненный шар, который быстро унес ураган, а затем стену огня и вздымавшиеся высоко в небо искры.

Он побежал к телефону и позвонил Дэвиду Ховену. К счастью, телефон в Уайтсэндсе ещё работал, потому что все провода были проложены под землёй — тоже заслуга старого доброго Уильямса — и крикнул:

— У Рона что-то произошло! У него всё горит! Похоже на взрыв! У него пожар...

— Я не могу выйти, — крикнул Ховен в ответ.

— Ты должен, Дэвид. Ты должен помочь! Ты же пожарный.

— Ураган поднимет пожарную машину в воздух. Как игрушечную. Я не проеду и десяти метров! Джон, о Господи, я беспомощен при таком урагане… Бедный Рон…

— Бедный! Бедный! Бедный! Теперь у него ничего нет. Мы должны ему помочь, Дэвид…

Но это было невозможно, как и сказал Ховен. Первую пожарную машину ураган ещё в гараже шмякнул о стену. Второй машине Ховен не разрешил выезжать, но вернулся в дежурку, внимательно посмотрел на пожарных и сказал:

— Рона Каллинга больше нет. Друзья, давайте помолимся за него. Это всё, что мы можем сделать.

Весь день и всю ночь шумел ураган и горел дом у моря. На второй день пожарной машине удалось подъехать к стене. Сила ветра уменьшилась, но ее хватало, чтобы раздувать огонь. Всё так полыхало, что пожарные не могли приблизиться к дому. Стены растрескались и обрушивались, брызгая дождём искр. Дома больше не было, пламя не оставило ни малейших упоминаний о том, что здесь когда то был дом. От него остались лишь почерневшие каменные обломки.

Наконец, на четвёртый день, Ховену и его ребятам удалось потушить огонь и подойти к обломкам. Рона Каллинга не было смысла искать, как и его останки.

— Он превратился в порошок, — хрипло произнёс Ховен.

Рядом с ним стоял преподобный Киллроуд и осенял крестным знамением обломки, в которых лежит прах Рона. — Такого огня я ещё никогда не видел. Что же старик здесь хранил? Даже фабрика по производству динамита так не взлетела бы в воздух… — Он покачал головой, глубоко вздохнул и прошелся по руинам. — Такого конца ему никто не желал. Он был хорошим, добрым человеком, а если под конец стал немного чудаковатым, то сам-то он об этом не догадывался. Преподобный, нужно поставить ему на кладбище крест. В память о Роне Каллинге, нашем друге. Он это заслужил.

— Да, — произнёс торжественно Киллроад. — Он заслужил это у Господа.

Через несколько дней к берегу подъехал экскаватор, обломки погрузили в большие грузовики и высыпали почерневшие камни в промоину, которую море выгрызло на берегу.

И в наши дни, и ещё сотню лет искусствоведы, спецкомиссии, спецслужбы и частные любители искусства будут искать Янтарную комнату. В шахтах, рудниках, подземных ходах и подвалах.

Янтарной комнаты больше нет. Стены из «солнечного камня» больше не светятся, и только солнце, которое в них сверкало, знает, что с ними произошло.

Но солнце молчит.

Жизнь — вот его предназначение, а не рассказ о смерти.

БОЛЬШУЮ БЛАГОДАРНОСТЬ

хочу выразить всем людям и организациям, которые помогали мне при подготовке этого романа, предоставили информацию и помогли справочными материалами.

Поскольку большинство из них не хотели, чтобы их упоминали, я принципиально отказываюсь называть их имена. Однако хочу подчеркнуть, что их помощь, советы и указания дали мне возможность написать этот роман.

Спасибо!

Хайнц Г. Конзалик

С учётом того, что некоторые персонажи романа или их родственники живы, их имена были изменены. Поэтому любые совпадения непреднамеренны или случайны. Однако отдельные персонажи современной истории названы своими именами.