Демоны внутри. Тёмный трон (СИ) - "Umnokisa" - Страница 161

— Согреешься. И немного подобреешь. А то злая, как Тень, — сказал он, присаживаясь рядом и даже не посчитав нужным спросить на это разрешения. Впрочем, это были земли Загана, и ничего удивительного, что даже еду в котлах жителей Вест-Ив он считает своей.

— Я бы попросил, — Риа недовольно зашевелился внизу, но король едва ли обратил на него внимание.

— Спектакль? Что они изображают, веселье? — поинтересовалась я, осторожно отпивая из кружки. Тепло от каждого глотка волнами растекалось по телу, и вскоре я блаженно выдохнула.

— Праздник Возрождения посвящён перерождению жителей Геенны после падения. Смотри внимательно, — он указал на костёр и танцующих вокруг. — Свет, а они мотыльки вокруг источника света в кромешной темноте. Музыка мелодичная, без запинки. Кажется, что под такую можно танцевать часами в любом состоянии, — я переводила взгляд от одной парочки к другой, наблюдая за их движениями. — Эти воины, а те садовники. Вон те изображают создание живых существ. Обрати внимание на движение их рук.

И действительно, только сейчас я заметила, какое количество движений они все производят одними лишь руками. Несмотря на то, что все они принадлежали разным кастам, и движения их различались, вместе они выглядели гармонично и словно дополняли друг друга. Не зная усталости, после одного танца начинали следующий, а за ним ещё один. Я смотрела на фигуры до тех пор, пока не поняла, что их всё больше затмевает костёр в центре. Танцоры начинали походить на тени, хотя костёр не менялся в размерах и яркости, но моё внимание всё больше переключалось на него, и, как я ни пыталась сосредоточиться на падших, получалось с каждым разом хуже и хуже. Не выдержав, под конец я просто тряхнула головой, на что Заган хмыкнул и сказал, что как раз так всё и происходило: Отец стал слишком затмевать труды своих детей, а те становились лишь его блеклой тенью.

Ангелы радостно кружили и прыгали среди собратьев, то и дело повторяя за ними движения с детской неуклюжестью. Никто не ругался на них и не пытался отогнать, позволяя участвовать в представлении. После я поняла, что на самом деле главные роли принадлежали им, а не танцорам.

— Сейчас будет конец первой части, — Заган щёлкнул пальцами в тот момент, когда музыка замолкла, а все танцоры резко опустились на землю, словно на плечах у них лежал неподъемный груз. Повисшая тишина немного пугала, но очень скоро музыка снова заиграла, правда, на этот раз она звучала агрессивно и резко. Вокруг костра закружились не только те, кто танцевал до этого, к ним присоединялось всё больше и больше присутствующих. Так даже рядом с нами кто-то крикнул и пустился в пляс. На этот раз движения были под стать музыке.

— Восстание? — спросила я, глядя на короля. Тот кивнул. — Зачем вы изображаете то, как бились со своими братьями? Мне рассказывали про Ю, ей наверняка неприятно видеть подобное.

— Мы повторяем, чтобы не забыть.

— Люди тоже изучают войны на уроках истории и в книгах про них читают, и в кино изображают красочно. Куда красочнее, чем вы тут пляшете, только вот толку никакого. Всё равно все убивают друг друга при первой же возможности: за деньги, за ресурсы, за какие-то личные убеждения. А скоро ваши братья придут сюда и повторят всё заново, — я с досадой поняла, что уже успела выпить всё, что было в кружке.

Разговоры о смерти, боли и прочих малоприятных вещах с каждым днём давались мне всё проще. Пусть я продолжала радоваться каждому прожитому дню, но я словно всё меньше боялась неминуемого конца, воспринимала это как само собой разумеющееся: если не сегодня, то завтра, а если не завтра, то когда-нибудь уж точно.

Король не спорил и не пытался мне что-то объяснить, просто смотрел на творящееся вокруг, а потом просто взял у меня из рук кружку и поднялся со своего места. Я последовала его примеру, совершенно не думая о том, зачем это делаю, и нужно ли мне вообще с ним куда-то идти. Загану словно было всё равно, он просто обогнул площадь, и мы оказались около одного из домов, который, казалось, находился на краю ночи. Тут тоже была небольшая группа падших, но, видимо, праздновали тут скорее в семейном кругу, потому что они просто вынесли на улицу стол, лавки и сидели рядом с небольшим костром. Завидев нас, они приветливо заулыбались и пригласили присесть к ним, но король лишь попросил наполнить наши кружки, после чего мы пошли дальше, в темноту. Напиток на этот раз был другой и казалось, что даже чуть крепче.

Мы двигались по тропинке, ведущей на холм и петляющей меж кустов так, что я то и дело неосторожно цеплялась за ветки плащом. Голоса и звуки музыки с каждым шагом становились всё тише. На небе было столько звёзд, что и фонарик не нужен: всё было освещено их призрачным светом. Мы оказались в окружении душ-светляков, которых я практически не замечала днём, пока тряслась в телеге. Заган развернулся и теперь наблюдал за празднованием, которое продолжалось на центральной площади Вест-Ив, отсюда.

— Добрый вечер, ребята, — стоило мне поздороваться с душами, как тут же в свободную руку влетела одна, одаривая меня своим свечением, которое медленно затухало на коже, словно волшебная пыль.

— Казадор, ты как-то изменилась, — в полутьме было тяжело сказать, какие эмоции испытывал падший, когда говорил это. Пролетающие души то и дело отбрасывали тени на его лицо, отчего всё становилось ещё сложнее.

— Седит сказал, что я выросла, — отшутилась я, отгоняя от себя светляка, словно тот представлял собой навязчивое насекомое, и отпивая между делом из кружки. — Всё меняется, я тоже. Было бы странно, если бы я не изменилась.

— Да, было бы странно, — согласился со мной падший. — Я просто помню тебя ещё ребёнком. Совсем ребёнком. И я не думал, что всё выльется в это.

— Ты тоже изменился, — король, как мне показалось, вздрогнул. — Раньше я не обращалась к тебе так фамильярно, ты бы не разрешил просто. Да и вряд ли я могла ожидать от тебя подобной прогулки и беседы по… душам. Учитывая, что у меня её вроде как и нет сейчас, хах.

— Тебе кажется это странным?

— Я не знаю, связанно это с тем, что нам всем скоро крышка, или ты всё же смилостивился и начал считать меня за разумное существо, способное поддерживать беседу, — я улыбнулась, не рассчитывая, что Заган вообще посмотрит в мою сторону и увидит это.

Алкоголь неприятно развязал язык, но и как-то не хотелось контролировать себя, если честно. Не хотелось изображать того, кем я не являлась. Может, моя речь и звучала нагло, но я вроде как не грубила королю, стараясь иронизировать по отношению к происходящему. Ну и капельку яда, конечно же, чтобы не расслаблялся. Но сейчас я чувствовала, что могу сказать Загану что угодно, и ничего не изменится.

— Иногда, возвращаясь мыслями в прошлое, я думал, что было бы, если б Асмодей… Если бы мы поступили по-другому. У нас был ещё один способ вернуть Велиала. Хоть это была и такая же теория, как и в случае с тобой, но она имела точно такие же шансы на успех.

— И ты выбрал?..

— Я пощадил Атланту, — Заган всё же посмотрел на меня, а потом поднял руку, и его палец ощутимо упёрся мне в лоб. — Я пощадил миллион жителей в обмен на тебя.

— Но они мертвы, — поправила его я.

— Я знаю. Они всё равно умерли. Разве это не глупо? Я выбирал между малым и большим злом, а в итоге превратился в настоящего евиного сына, погубившего и миллион безымянных душ, и тебя, — падший не возражал, когда я перехватила его руку и по-детски ухватила за указательный палец. Заган был такой же горячий, как и все падшие, которых я знала и которых касалась. — Тебе не страшно? Просто даже стоять рядом с таким как я. Когда-то у меня был нимб и белоснежные крылья, а теперь я размениваю жизни так, словно они ничего не стоят.

— Когда я была маленькая, то на прогулке я нашла ямку, в которой жили жабы. Знаешь, что я сделала? Я достала их оттуда и принесла домой, потому что посчитала, что они прикольные. Посадила в банку, набросала туда мелких насекомых, которых я почему-то посчитала недостойными жизни, и травы. А через пару дней я поняла, что жабы высохли — в норке хватало влажности, а в ванной, где из кранов льётся столько воды за пределами их стеклянного гроба, нет. Они медленно умирали, высыхая, а я, будучи ребёнком, даже не понимала этого. Считала, что еды им должно хватать, а потом я нашла их мёртвыми.