Демоны внутри. Тёмный трон (СИ) - "Umnokisa" - Страница 145

— Прекрасно, как заново родились, — грустно пошутила магичка. — А что?

— Мне кажется, что стоит познакомиться с ними, — призналась я. — В конце концов, всё случилось с ними по моей вине.

— Если им там будет скучно, ты всегда можешь их прирезать, чтоб не мучились, — посоветовал мне Марбас, и я, наплевав на все правила приличия за столом и недовольный окрик со стороны Мары, запустила ему в голову чашкой.

*

Несмотря на то, что Геката не только сказала, где мне искать вновь обращённых, но и взялась проводить к ним, поговорить с ней у меня не получилось: Мара неожиданно вспомнила о существовании магички, и теперь они шли передо мной и бурно обсуждали всё что только можно — от магии до бытовых проблем.

Фурфур остался с Робертом обсуждать какие-то отчёты, а Марбас ушёл, как он сказал, отсыпаться после работы и интриг. Под «интригой» явно подразумевалось его общение с Ишет. Но меня радовало, что хотя бы Риа согласился не маячить размытой тенью на стене, а составил мне своеобразную, хоть и несколько молчаливую компанию.

— Ты видел, как проходит ритуал? — шёпотом спросила у него я, хотя знала, что у падших прекрасный слух, и меня услышали все.

— Бывал пару раз. Ничего особо интересного: выкачивают энергию под «ноль», оставляя лишь оболочку и хреначат каким-то заклятием по остаткам разума, — неохотно сказал он, и тут же зашуршал складками плаща, словно что-то заставило его занервничать и проверить, на месте ли оружие.

— Больше напоминает какую-то пытку.

— Если честно, то, как по мне, больше напоминает казнь. Сама подумай: того, кого привели на ритуал, больше не существует — вместо него кто-то другой.

— Будет тебе, ассасин, — вмешалась в нашу тихую беседу Геката. — Он всё тот же, просто не помнит этого.

— Характер уже другой, не такой, как был. Ты стираешь ему своими заклятиями весь опыт, который и есть характер, маг. Не пытайся убедить меня, что всякий мой брат останется прежним, если ему вычистить мозг. А другой опыт, другой характер — это другая личность, — заклятие, искажающее голос Риа, всё так же напоминало эхо, и то, что он неожиданно сказал так много и быстро, едва не превратилось в итоге в какофонию. Теперь я понимала, почему мой телохранитель всегда так немногословен.

Геката остановилась и теперь смотрела на Тень с некоторым раздражением, словно её поймали на лжи и теперь пытаются шантажировать.

— Если он предрасположен к чему-то от момента создания, то это останется, — медленно произнесла она тоном, не терпящим возражений, но Риа плевать хотел на подобное.

— Это всё равно не тот, кто был, маг. Тебе ли не понимать, как важна точность в чём-либо. Если ты не хочешь пугать девчонку, то это пустое. Не ври ей. Она не увидит сейчас тех, кого видела на Совете.

Я подняла руку, привлекая внимание этих двоих:

— Эй! Хватит! — громко сказала я, делая как можно более недовольное лицо, хотя выражение эмоций, если честно, давалось мне с каким-то трудом, и мне приходилось прилагать для этого усилия. — Я просто спросила, как проходит ритуал. Я не спрашивала, что останется от приговорённых потом. Мне неинтересно, — конечно, я врала, но разговор с Люцифером на эту тему дал чётко понять, что ничего менять мне не дадут, даже если я буду требовать, кататься по полу, пинать оба трона и бить ногами поочерёдно обоих верховных правителей. Как только я начну приносить серьёзные хлопоты, разговор из дружелюбно-снисходительного превратится в жёсткий, и одному Создателю известно, какие меры последуют для того, чтобы заткнуть меня. — К тому же, я их видела всего ничего и даже не запомнила, как они выглядят и их имена. Для меня нет разницы, какими они были и какими стали.

— Она всегда такая жадная до знаний? — поинтересовалась у Гекаты Мара, на что та вздохнула и кивнула.

— Нозоми хочет понимать магию. Я же хочу, чтобы она не разнесла дворец, — ответила магичка. — Наши занятия сейчас больше посвящены контролю, а не управлению.

Я густо покраснела от её слов. Это была не похвала моих стараний: моё обучение было для Гекаты некоторой головной болью, потому что у меня плохо получалось контролировать всплески магии, стоило только эмоциям выйти из-под контроля. Риа потушил уже несколько пожаров, в то время как я, ошарашенная своими возможностями, прыгала от радости едва не до потолка; но вот пользоваться своей энергией тогда, когда это было действительно необходимо, у меня не получалось, не то что непринуждённо, как это делают падшие, но и даже с максимальными попытками сосредоточиться.

— Теперь ясно, почему Асмодей в ней души не чает, — улыбнулась Мара, а у меня едва не остановилось сердце от её слов. Я с трудом смогла спохватиться и не посмотреть на неё испуганным взглядом. На мгновение померещилось, что она на самом деле всё знает. — Ему нравится такой типаж людей.

— Он раньше иногда преподавал у меня в школе. Замещал заболевших учителей, — поспешила заверить её я, сохраняя как можно более отстранённое выражение лица. — Поверь, как учитель — он невероятный зануда.

— Его фантазии, как кого-то чем-то заинтересовать, всегда хватало только на суккубов, — наигранно покачала головой фаворитка короля, отпуская то ли шуточку, то ли оскорбление советнику, и они с Гекатой пошли дальше по коридору, продолжая беседу.

Я ожидала, что ангелы будут как минимум заперты в одной из комнат, и когда Геката свернула в тронный зал, я немного растерялась. Нас встретил один из её бывших учеников, одетый в пёстрый хлопковый халат, словно сшитый из лоскутов. Я видела его пару раз, но нас так и не представили друг другу. Компанию ему составляли три мопса магички, которые жались к ногам падшего, но как только увидели хозяйку — с хрюканьем и хрипом умирающих потрусили к ней, явно ища спасения.

От стенки к стенке метались с радостным смехом светлые пятна, то и дело прячась за колоннами, пытаясь друг друга подсторожить. Всего два, но из-за скорости казалось, что их больше. Маг выглядел вымотанным и явно обрадовался нашему появлению.

— Я думал, что не доживу до твоего возвращения, — признался он, вытирая пот со лба и облегчённо улыбаясь.

— Молодые ангелы — та ещё херня, согласен, — ответил за магичку Риа, и в какой-то момент выбросил вперёд руку, хватая нечто чуть больше солнечного зайчика, вздумавшее метиться ему в голову. Его пальцы сжимали тонкое детское горло. Ангел повис в воздухе, брыкаясь и пытаясь высвободиться: на вид ему, если судить по человеческим меркам, было года четыре. Всё те же белые волосы, крылья, покрытые перьями, голубые глаза. На нём был серый балахон, чем-то напоминавший крошечную одежду послушника монастыря. Ассасин держал крепко, но при этом явно не перекрывал доступ кислороду, поэтому ребёнок лишь крутился и недовольно сопел. — Не вздумай лезть ко мне, папаша тебя подери! Переломаю крылья — мало не покажется, — предупредил он его и отшвырнул от себя.

Я хотела было возмутиться таким поведением со стороны телохранителя, но ребёнок ещё в полёте сгруппировался и умчался куда-то, радостно пища, что снова оказался на свободе.

— Собственно вот, — Геката развела руками, потому что указать на ангелов не представлялось возможным. — Это они. Не знаю, что ты хочешь с ними делать, но будь осторожна — у них разум сейчас как у маленького ребёнка, а силы хватит, чтобы всё тут разнести в пыль.

Кивнув, я пошла вперёд по ковровой дорожке, ведущей к пустующим тронам. Я уже не раз проделывала этот путь за последнее время, но каждый раз когда шла — пусть даже на другом конце меня никто не ждал — у меня замирало сердце. Свет, что падал на них, был тёплым, и даже принадлежащий Велиалу трон не казался таким мрачным, а если прикрыть глаза, то казалось, что он сидит на своём месте и ждёт, когда я подойду к нему.

Ангел появился рядом со мной, хоть я его и не звала: завис в воздухе на уровне глаз и зачем-то протянул свои ручки к моему лицу.

— Малыш, что вы тут делаете? — спросила я у него, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно.