Демоны внутри. Тёмный трон (СИ) - "Umnokisa" - Страница 105

— А, вот ты где, — проигнорировав меня, она прошла к Роберту, и тот поцеловал её руку, отчего я невольно поморщилась: ему потом этими губами меня целовать вообще-то. — Впрочем, чему я удивляюсь: пожар начнётся, а ты не заметишь. Асмодей, там прибыли Балет и Гаап, хотят что-то обсудить с тобой и Гекатой.

— Неожиданно, — растерянно улыбнулся Роберт, цепляя на лицо дежурную маску добряка. — Хорошо, спасибо, что сказала. Ваша светлость, — он поклонился мне. — Прошу меня простить. Закончим наш разговор позже.

Я кивнула, хоть и немного смутилась от такого обращения в свой адрес, но Мара явно списала это на то, что я элементарно не привыкла к своему титулу. В какой-то степени конечно так и было.

Асмодей оставил нас наедине, и я хотела было уже идти искать кого-нибудь из знакомых Теней, но Мара неожиданно окрикнула меня у самой двери.

— А с тобой я хочу поговорить лично, — сказала она, улыбаясь так мило и открыто, что если бы я не знала, какая она на самом деле, то наверняка бы клюнула.

— Конечно, — я пожала плечами. — Я сейчас только позову кого-нибудь из телохранителей.

— Наедине. Только ты и я, — тут же нахмурились падшая, стоило ей услышать о том, что в непосредственной близости от неё будет кто-то из Теней. — Это личный разговор. Он касается только нас троих: Велиала, меня и тебя.

Я мысленно хмыкнула от того, что меня она поставила в конце списка, но решила сыграть «под дурочку», чтобы притупить её бдительность. В конце концов Люцифер постоянно так делает, и несмотря на возраст все вокруг каждый раз попадаются на эту удочку.

— Ну раз личный, то не будем давать Марбасу поводов для новой порции шуточек, — я хотела добавить «в твой адрес», но благоразумно промолчала, одаривая падшую такой же милой улыбкой.

Игра началась. Что ж, посмотрим, насколько Роберт разбирается в женщинах, и как точны его прогнозы.

*

— Я очень надеюсь на твоё понимание, и что ты займешь себя чем-нибудь. Желательно, до обеда завтрашнего дня, — проворковала Мара, пригубив вино, которое нам подали. Уединившись в одной из многочисленных гостиных дворца, мы делали вид, что получаем удовольствие от общества друг друга, ведя беседу у открытого окна. С улицы доносились звуки Пандемониума — город жил в привычном ему ритме: ожидаемо шумном для столицы и неожиданно жизнерадостном для Ада. Лёгкий сквозняк колыхал прозрачную невесомую ткань, которая на ощупь, несмотря на это, больше походила на шёлк, чем на тюль. — Велиал очень устал, а твоё присутствие рядом совсем не способствует тому, чтобы он отдохнул.

— Мы разве что в спальне да за столом встречаемся, — отозвалась я, вновь равнодушно пожав плечами. Велиал конечно устаёт, но не настолько, как описывает это всё фаворитка короля. После того, как он укрыл меня от смертоносного заклятия Чарли, и после перепалки с Орфаниэлем, государственные хлопоты — сущие мелочи. Ему всего-то надо как следует высыпаться.

Конечно же я понимала, куда на самом деле клонила Мара и, теоретически, сейчас должна изобразить какое-то подобие ревности как его будущая жена, но в то же время я понимала, что Мара имеет на короля такие же права, как и я. Она с ним уже столько лет, а я, если так смотреть, практически вчера встретилась с падшими. Да и не могу дать ему то, чего он хочет. Точнее, могу, но не хочу. Мне в корку мозга въелись слова Загана, которые он сказал у меня в комнате: резонанс превратит меня с Велиалом в чудовищ, скорее всего обоим снесёт крышу от наслаждения. Учитывая, что я человек, то вряд ли доползу до финала этого сексуального марафона.

Отпив из бокала, я ещё раз для виду мрачно посмотрела на официальную любовницу короля. Да уж, я не то что не стою рядом с ней по красоте, а вообще какая-то блеклая тень. Да и манеры у неё в разы лучше — такая ни в коем случае не опозорит своего спутника и не угодит в идиотскую ситуацию. А если угодит, то выйдет из неё победительницей, с высоко поднятой головой и таким видом, словно это сущие мелочи, которые не стоили её внимания и времени.

— Хорошо, — наконец сказала я. Вначале мы говорили на разные темы, вроде обсуждения погоды и обеденного меню, никак не касаясь того, ради чего, собственно, сидели сейчас здесь, хотя я понимала, что рано или поздно, прощупав дно, Мара заговорит на тему моих с Велиалом отношений, словно её это несказанно волновало. — Только очень прошу тебя не выносить это на всеобщее обозрение. Нам не нужны проблемы.

— Какие проблемы, милая? — Мара непонимающе захлопала ресницами. — Ты ведь его к себе привязала контрактом, а не он в тебя влюбился. Давай называть вещи своими именами.

Я чуть было не поперхнулась от такой наглости.

— Даже если так. Не знаю как у падших, а у людей муж, который бегает налево — даром не нужен. Жених — тем более.

Падшая хмыкнула и, одним махом осушив свою порцию, поднялась и, медленно подойдя ко мне, наклонилась к самому моему лицу:

— Тогда чтобы я и звука от тебя не слышала до завтра, — процедила она, едва не срываясь на шипение. — Поверь, меня лучше не злить.

Мне захотелось оттолкнуть её от себя — она вновь открыто продемонстрировала мне, как на самом деле видят меня падшие: выскочка, маленькая, дорвавшаяся до власти девчонка, которая не понимает всех масштабов проблем, которые создаёт вокруг себя, возомнившая, что может играть с бессмертными как вздумается. И, несмотря на всё, я продолжала улыбаться, хотя наверняка сейчас моя улыбка больше напоминала оскал. Оскал маленького беззащитного зверька, хребет которого ломается от одного лишь неосторожного движения.

— Будь уверена, что злая я — тоже не тот человек, с которым тебе стоит встречаться, — и ведь я не блефовала. Мои эмоции с такой лёгкостью передадутся Велиалу, что он сам порвёт её голыми руками на тысячи кусочков. Но Маре о резонансе лучше конечно не знать.

Выпрямившись, женщина кивнула, явно победно, и покинула гостиную, оставляя меня в одиночестве допивать вино. Теперь нужно было придумать, чем себя занять и в каком тёмном и пустынном шкафу лучше переждать грядущую вакханалию. Хотя ей ещё предстоит оторвать Велиала от работы, возможно у меня есть час-два времени, чтобы найти укрытие и никому не попадаться на глаза. Марбас что-то говорил про катакомбы. Кажется, мне надо срочно просить его о помощи.

Хотелось закричать от злости, разбить пару окон и в конце концов ударить Мару. Меня охватило раздражение, грозящее обернуться настоящей яростью, если я перестану себя контролировать. Не долго думая, я плеснула ещё вина в бокал и откинулась на спинку дивана, пытаясь хоть как-то справиться с эмоциями. Внутри всё буквально клокотало, а сама себе я напоминала настоящий вулкан, который взорвётся в любую минуту. Энергия в моём теле на мгновение вышла из-под контроля, и кресло, в котором сидела до этого Мара, отъехало к стене, а подушки, лежащие в нём, разлетелись по гостиной перепуганными перепёлками.

Чем я только думала, когда соглашалась на её условия? Мне не протянуть и ночи, если они перейдут к делу. Но Тени точно найдут меня куда раньше, когда Роберт не обнаружит меня за ужином и перевернёт в панике вверх дном весь дворец.

Мне надоело постоянно доливать вино в бокал, я рассеянно поставила или бросила его на пол. Даже не поняла, что именно произошло с ним, потому что если и был звук бьющегося стекла, то я его почему-то не услышала, да и мало волновало, если честно. У короля этих безделушек горы, и если я сию минуту уничтожу все сервизы во дворце, то ужин нас подадут в новом, и это будут точно не пластиковые тарелки из круглосуточного супермаркета за углом.

Я хихикнула, а потом засмеялась в голос, представляя искажённое злостью и отвращением лицо Мары, когда в спальню ворвётся сначала нефилим, потом добрая половина Братства во главе с Марбасом. А следом обязательно должен прийти Люций и начать скакать на кровати, как он это любит. Может это отучит её так нагло себя вести?

Когда я в очередной раз отпивала прямо из бутылки, перед глазами всё плыло, мир казался ненормально мягким, но зрение отставало словно в замедленной съемке, стоило повернуть голову. Первый раз в жизни довела себя до такого состояния. В голову пришла мысль, что этот диван достаточно мягкий, чтобы спать сегодня прямо тут. Так при необходимости и найдут меня сразу, не поднимая шум. Если очень повезёт, то никто не будет будить до утра.