Подранок - ответный удар (Бумеранг - 2) - Капитонов Владимир - Страница 47

- Документы на машину и ваши документы, пожалуйста, - сдержанно попросил капитан Воробьёв.

- А, конечно, - разулыбался Александр Александрович и полез во внутренний карман своего пиджака. Вместо документов достал оттуда раскормленный бумажник. Раскрыл и вынул две сотенные зелёные купюры и подал их капитану.

- Этих документов, думаю, будет достаточно.

- Я сказал документы на машину и ваши документы, - уже жёстче произнёс старший инспектор.

- Ты чё, командир, какой непонятливый! - перешёл на блатной тон Храпцов, видимо, решив не купить, так запугать. - Я же тебе бабки хорошие предлагаю, а ты себе проблем нажить хочешь.

- Документы! - Выхватил из висящей на поясе кобуры табельный "Макаров" старшина. Ну, достал его этот нахалюга!

- Да пошёл ты! - не сильно ткнул его кулаком в грудь Храпцов. Будет ещё какой-то сраный гаишник в его сторону стволом размахивать.

Милиционеры расценили всё гораздо серьезнее и в мгновение ока надели на Александра Александровича стальные "браслеты". Теперь нарушитель не просто задержан, а арестован за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов. А это статья. И срок по ней немалый светит. Здесь же на землю лицом вниз положили и обыскали. Оружие нашли, но оно с разрешением. Ерунда. Пойдёт довеском в будущем деле. Они просто отметят в рапорте, что он угрожал им пистолетом, и все дела. Ксиву красную вытащили, в которой чёрным по белому написано кто есть такой арестованный. И это не подействовало. По изъятому в результате обыска мобильному телефону капитан связался с дежурной частью и, описав ситуацию, запросил подкрепление. Ещё две патрульные "десятки" и микроавтобус "ГАЗель" с оперативной группой на борту прибыли ровно через четверть часа. Храпцова затолкали в "ВАЗ" десятой модели и под охраной трёх вооружённых короткоствольными автоматами милиционеров конвоировали в управление.

Только спустя два часа в тесную, душную, полутёмную "одиночку" отделения предварительного задержания УВД, куда поместили Храпцова Александра Александровича, пожаловал молодой человек в штатском с очень хитромыльной внешностью с кожаной папочкой в руках.

- Здравствуйте. Следователь Ваксин Вадим Георгиевич. Городская прокуратура, чинно представился он.

Храпцов внутренне содрогнулся. С чего бы это им вдруг занялась прокуратура? Подумаешь, ДТП какое-то совершил. Пострадал-то только сам. Никого не убил, никого не покалечил. Уловив в поведении арестованного некоторое замешательство, Ваксин, поняв причину этого, внёс пояснения:

- Дело в том, уважаемый Александр Александрович, что против вас возможно возбуждение уголовного дела по статье 317 ныне действующего УК Российской Федерации. Это посягательство на жизнь сотрудника милиции.

- Раз вам известно моё имя, значит, вы уже должны знать, кто я и какую должность занимаю, - справился со слабиной и с прежним гонором в голосе заявил Александр Александрович.

- Да, нам всё известно, - спокойно отреагировал Ваксин. - Но это положение дел не меняет.

Наконец-то до Храпцова дошло, что всё то, что он имеет за пределами этой камеры, там и осталось. Здесь, он просто арестованный. И чихать на его "регалии" никто не хотел. В том числе и этот пижон. Но так сразу лапки к небу.... Ну, уж нет!

- Я имею право на телефонный звонок. - Прозвучало больше утвердительно, чем вопросительно.

- Конечно, - опасно улыбнулся Ваксин и выудил из кармана своего стильного пиджака мобильный телефон. - Звоните.

"Только бы шеф был на месте, - набирая номер рабочего телефона Стрельцова, молился на это Храпцов. - Вот он сейчас укажет этой прокуратуре, где её место..."

К Храпцову Василий Степанович никаких особых чувств не питал. Просто заметил в нём самостоятельность и задатки толкового руководителя. Как раз те качества, которые необходимы его будущему приемнику. Сразу после получение высшего воровского титула Стрельцов решил от дел руководящих официально отойти и сгрузить эту ношу на плечи Храпцова. Самому же предстояло заняться делами куда более важными. Ну, никак не ожидал Стрельцов, что будущий руководитель "Беркута" в самой банальной ситуации покажет себя размазнёй и будет простить у него помощи. Боже ты мой! Перед козлами трухнул! Договориться не может! Потому и осерчал немного.

- Как встрял, так и выпутывайся! - единственное, что услышал от своего шефа господин Храпцов, причем в очень неприветливом тоне.

- Всё в порядке? - язвительно поинтересовался Ваксин.

Александр Александрович еле сдержал в себе желание двинуть менту по морде. "Вот гад! Сучонок вымоченный! - в душе материл он Стрельцова. - Придёт ещё моё время..." Если оставаться честным до конца, то и Храпцов к своему Патрону тёплых чувств не питал. Он его панически боялся сейчас, а что будет, когда шеф получит чин воровского генерала? Плохо будет.... Потому, лучше бы его, Стрельцова, до этого дня разорвало на кусочки....

- Я без адвоката больше не буду с вами разговаривать! - категорично заявил Александр Александрович. - Без своего личного адвоката.

- Это ваше право, - развёл руками Ваксин и трижды постучал кулаком в кованую дверь камеры.

Эх, Храпцов, Храпцов, каким же глупым человеком он оказался. Неужели не понял, что скрывалось за словами Ваксина: "возможно возбуждение уголовного дела..."? А возможен и спуск дела на тормозах. Бабки Ваксину нужны. Вот и все дела. А может, догадался Александр Александрович? Просто жаба его задушила?

Вадим Георгиевич алчностью не страдал. Ему хватило бы нескольких тысяч долларов, чтобы выпустить Храпцова на свободу. И нескольких часов, чтобы надолго упрятать его же за решётку. Для этого имелось самое веское основание - показания обоих милиционеров, которые в рапорте чёрным по белому указывали, что при задержании нарушитель ПДД пытался применить против них огнестрельное оружие. Этой бумаги будет вполне достаточно, чтобы сгноить фраера, кем бы он на воле не был, у лагерной параши. Но Ваксин всё ещё надеялся на благоразумие Храпцова, посчитав, что тот просто не понял намёка. Сейчас ему всё популярно объяснят... Адвокат, только "государственный"....

Лишь в камеру вошёл здоровенный, кряжистый, что столетний дуб, прапорщик с руками-ковшами, физиономия которого не была обременена даже лёгкой тенью интеллекта, Храпцов понял, что сейчас его будут прессовать. И накакал этот прапор кто есть кто. Ему приказано месить, а не подчиняться приказам он не имеет права. В этот момент до Александра Александровича допёрло, что нужно, чтобы вновь обрести свободу. Однако прежде чем он повторно увиделся со следователем, узколобый прапор успел-таки почесать об него свои кулаки-гири. Профессионально, без внешних признаков насилия. Но от этого бедолаге Храпцову легче не стало. После знакомства с этим дебилом каждая клеточка организма Александра Александровича стонала от боли. А ещё сильнее болела от обиды душа. Нет, не на ментов он кровно обиделся и разозлился, а на шефа своего Стрельцова Василия Степановича. Ненависть прямо жгла его изнутри.

- Вы что-то забыли мне сказать? - с елейной улыбкой на лице снова вошёл в камеру следователь прокуратуры. - Я вас слушаю.

- Сколько? - хрипло простонал Храпцов.

Ваксин раскрыл свою папку, что-то молча черкнул на листе бумаги и развернул папку к Храпцову. Сумма выкупа, надо признать, была довольно ощутимой, даже для кошелька Александра Александровича. Но выбора-то не было.

- Мне нужно позвонить, - не глядя на следователя, произнёс он.

Ваксин подал ему трубку. Спустя час после звонка Храпцов, расставшись с кругленькой суммой в СКВ, обрёл свободу.

Нахлынувшая волна негативных эмоций подмыла здравый рассудок Александра Александровича, и он сразу после освобождения приехал на разборки к своему шефу. Не разумно поступил. Горячку спорол. Но случилось то, что случилось.

Весь искрящийся от праведного гнева он без стука влетел в кабинет Стрельцова и минут десять обкладывал его десятиэтажным матом. Глаза Василия Степановича стали размером с чайное блюдце, а челюсть непроизвольно упала на грудь.