От звонка до звонка - Колычев Владимир Григорьевич - Страница 60

Для местного обжоры наступили золотые времена. В день зарплаты он смог купить в ларьке маргарина, яблочного повидла и пряников. Все это он аккуратно сложил в своем «телевизоре». И прилег оттдохнуть. Но братва уже тут как тут. Сами сварганили из маргарина и повидла термосмесь – целых две трехлитровые банки. И преподнесли этот «крем-брюле» Васе в подарок. На, мол, братан, это тебе за ударный труд на промзоне. Кушай, типа, не обляпайся. Вася не отказался от угощения. Уже вторую банку уговаривает. Лежит себе на шконке, нет-нет да запустит весло в патоку. День воскресный, до вечера еще далеко. И до конца шоу времени с избытком.

Наблюдать за Васей – дело долгое. Но Родиону не скучно. В углу смотрящего свое шоу. Игра в «двадцать одно» под интерес. Родиону пока везет. Пока в выигрыше. А «Гаргантюа-шоу» продолжается.

Вася выжрал все «крем-брюле». Но это еще далеко не финал. Через какое-то время он достал свои собственные продукты. Все тщательно перемешал. Еще три банки термоядерной смеси. Мало ему. Жрет и не поморщится. Еще и пряниками закусывает. Куда у него все это вмещается? И хоть бы раз, гад, на парашу сходил.

– Бля буду, все заточил! – Угловой был в трансе. – Циркуль, давай на запивон...

Шоу продолжалось. Подручный отрядного подрулил к Васе и выставил ему чай, в который с лихвой был намешан пурген. Так должно было быть – ничего против правил.

Вася с благодарностью выжрал это пойло. И прилег отдохнуть на ночь глядя.

Родион продолжал резаться в стиры. Удача продолжала улыбаться ему. Или просто никто из игроков не решался катать его. Честно говоря, шулер из него никакой. Зато смотрящий хоть куда. Его не только уважали, но и боялись. Каталам могло крепко влететь.

Шло время. Вася Сухомясов-Гаргантюа как ни в чем не бывало похрапывал. Для него снова заварили чаек. Целую пачку пургена извели. Разбудили Васю, сунули под нос пойло. Он снова выпил. И снова как ни в чем не бывало заснул.

Время позднее. Но Родион никуда не торопился. Ему любое место в зоне – дом родной. Он продолжал резаться в стиры. И водочки для куражу выкушал – а почему нет?

Вася проснулся в двенадцатом часу ночи. Рывком соскочил с койки и ринулся к сортиру. Этого момента ждали все. Те, кто ставил против обжоры, облегченно вздохнули. Адская смесь все-таки сработала.

Каково же было их удивление, когда кишкомет Вася всего лишь припал к крану с водой, чтобы заглушить сушняк. К параше он даже не подходил...

«Гаргантюа-шоу» закончилось в пользу суперобжоры. Против своих ста баксов Родион получил двести. Еще столько же он наварил на стирах. Выигрыш плевый. Но все равно приятно. И время убил.

В гостях, может, и хорошо, но пора и честь знать. Да и дома получше будет. В общаге первого отряда у Родиона своя комната. Как раз та самая бытовка, которую занимал Грибок. Хорошо там. Уют, подобие комфорта. Если честно, Родион и не уходил бы оттуда никуда. Лежал бы на диванчике, попивал пиво да смотрел видик. Но нельзя так жировать, нужно чаще бывать среди людей. Он же вор в законе, а не рак-отшельник.

Родион отправился в свою общагу. Так получилось, что с ним был только Игореха. Вместе они направились к выходу.

– Ой! – в дверях всхлипнул парень.

Выпучил глаза, схватился за живот, ноги подогнулись в коленях.

Родион удивленно посмотрел на него.

– Это все Вася, – простонал Игореха. – На меня все перевел... Ой, мамочки!..

Он резко развернулся на сто восемьдесят градусов, еще резче стартовал и стрелой рванул в сторону сортира.

Пугать очко на параше должен был Вася. Но понесло Игореху. Мистика? Нет, скорее прикол. Родион усмехнулся и в одиночку вышел из барака.

До места рукой подать. Метров пятнадцать вдоль кирпичной стены. На дворе лето. Жарко, душно. Небо затянуто тучами. Дождь собирается. Луны и звезд не видать – темно, хоть глаз выколи.

Глаз выколи... А в зоне, возможно, уже завелся зверь, который совсем не прочь выколоть Родиону глаз. Так, чтобы транзитом на тот свет. А он в одиночку по ночам гуляет. Не к добру это...

Недоброе предчувствие шкарябнуло по нервам. И не зря. Шума шагов Родион не услышал. Зато краем глаза уловил в ночи едва различимую тень. Инстинкт самосохранения швырнул его в сторону. И это спасло ему жизнь.

Остро заточенный прут со звоном ударился в кирпичную кладку стены. Родион взял предательскую руку на излом, выбил прут. Прижал мокрушника к стене. Заглянул ему в лицо. Это был Грибок.

Его собирались перевести на другую зону. А пока он отлеживался на кресте – под надежным присмотром. Но каким-то образом вышел из-под надзора. И даже смог выследить Родиона. Нанес удар.

Былого могущества ему не вернуть. Поэтому это нападение было не чем иным, как самой банальной местью. А Родион мог стать самым банальным трупом.

– Гад!!! – захрипел Грибок.

Злость и ненависть пробудили в нем звериную силу. Родион понял, что не в силах справиться с ним. Но вместо того чтобы отпустить противника, он извернулся, набросил руки ему на шею, взял их в замок мертвой хватки. Грибок бился как рыба-кит в неводе. Сила в нем дикая. Но и Родион не чахлик с Пердянской улицы.

В жестокой схватке сошлись два примерно равных по силе противника. Но у Родиона преимущество – держит он, а не его. И он использовал свою выгоду. Ногой оттолкнулся от стены, вместе с Грибком подался назад. Еще раз оттолкнулся – на этот раз от земли. И в сторону стены, которую чуть не протаранил дубовой головой противника.

Грибок оказался на редкость крепким орешком. Он не потерял сознания. Мало того, он едва не вырвался из захвата. Родион с трудом удержал его. И еще больше усилил хватку. Пережал ему кингстоны – Грибок захрипел, задергался в его смертельных объятиях.

Родион больше не пытался бить его головой о стену. Зато все крепче сжимал замок рук. Грибок уже не вырывался – всего лишь жалко трепыхался. Но хватку Родион не ослаблял. Он не убивал – он наказывал...

Грибок затих, обмяк в его руках. Ни хрипов, ни хотя бы слабого дыхания. Родион разжал захват. Бесчувственное тело Грибка рухнуло на землю.

– Труп? – спросил Игореха.

Родион недоуменно посмотрел на парня. Откуда он взялся?

– И давно ты здесь? – холодно спросил он.

– С минуту...

– И все это время смотрел?

– День сегодня такой. Сначала «Гаргантюа-шоу», затем битва гладиаторов...

Темнота мешала рассмотреть его лицо. Но Родион все равно видел, как он нехорошо улыбается.

– Ты победил, Родион. Поздравляю!

– Почему не помог?

– Кому, Грибку?

– При чем здесь Грибок?

– Как это при чем? Если бы он тебя убил, мне было бы легче...

Смутная догадка окрепла и трансформировалась в уверенность.

– Ты правильно все понял, – упреждая Родиона, сказал Игореха. – Я тот самый киллер, которого ты ждешь...

– И об этом я узнаю только сейчас.

– Верно, я мог заявить о себе и раньше. Но дело в том, что я хочу жить. Хобби у меня такое...

Теперь все стало на свои места.

Игореха с самого начала понял, что смерть дышит на Родиона со всех сторон. Скорее всего ему заплатят за сам факт его гибели. Ему совсем не обязательно убивать лично. Поэтому он так спокойно занял выжидательную позицию. Родион сумел уйти от убийц. За что и получил удар в спину. Игореха прикончит его и спишет все на Грибка. Идеальный вариант. Интересно, что он там держит в руке? Заточку? Или ствол?.. Только этот гад еще никого не прикончил. Он не убивает – он треплется как последний баклан. И у Родиона есть шанс. Много шансов...

– Так давай договоримся! – жалостливо предложил Родион.

У наемника должно создаться впечатление, будто он взывает к пощаде.

– Сколько тебе заплатили?

– Много...

– Я заплачу в три раза больше!

С этими словами Родион прыжком сорвался с места и тараном рванул на киллера. Расстояние между ними небольшое – каких-то два-три метра. Родион успевал...

Но, увы, ему так только казалось. Профессиональный мокрушник легко опередил его. Молниеносно метнул заточку ему навстречу. Родион успел почувствовать, как под сердцем разлилась жгучая боль. И тут же сознание стремительно скрутилось в спираль и так же стремительно угасло. Так гаснет факел, брошенный в воду...