Пикник на Лысой горе - Калинина Дарья Александровна - Страница 48

– Куда? – простонал Бритый. – Куда она направилась?

– В Ригу.

Бритый помчался к рижскому поезду. Его как раз подали к перрону. Пробежавшись вдоль состава, Бритый нашел проводника, который тоже вспомнил Инну.

– Была такая у меня, – сказал он. – Опоздала еще. Уже после отправления поезда появилась. Через весь состав шла. А вы ей кто?

– Муж, – пропыхтел Бритый.

Проводник начал нехорошо скалиться и прятать глаза. Бритому такое его поведение здорово не понравилось. Он уже подумывал о том, чтобы дать мужику в зубы. Но ведь тогда проводник не сможет рассказать, что ему еще известно про Инну.

– Сбежала? – посочувствовал тем временем проводник.

Бритый понуро опустил голову.

– Да, не везет тебе, – перешел с Бритым на «ты» проводник. – С ней такой красавчик ехал, что только держись. Моя женка вот тоже один раз сбежала с начальником поезда. Но я сразу сказал себя: «Гриша, не волнуйся. Никуда твоя не денется». И точно, явилась через месяц. Но оно и понятно, начальник-то поддавал здорово. Почитай что ни одного дня трезвым и не ходил. Да и рожа у него здорово мерзкая была. Как его из начальников за пьянку турнули, так моя краля обратно, поджав хвост, и пожаловала. А твоя-то с красавцем сбежала. И богатый здорово. Шампанским ее в ресторане угощал.

– Шампанским! – нехорошо взревел Бритый. – Сволочь он!

– Да ты не переживай пока. У них что-то промеж себя вышло. Так хахаль твоей жены в купе не ночевал. Всю ночь в ресторане и просидел.

Это немного утешило Бритого. Но все равно брошенный муж жаждал мести. Надо же, пока он тут все ноги себе стер по самое некуда, бегая по городу в поисках пропавшей жены, она в это время развлекалась себе с каким-то красавцем. Дрянь! Подлая и наглая дрянь! Все раскаяние, которое испытывал в последние дни Бритый, напрочь улетучилось. Теперь он ощущал лишь злобу и желание припереть неверную жену к стенке. И из ее собственных уст услышать, что да, мол, она мужа больше не любит и подает на развод.

Зачем ему это было нужно, Бритый не знал. Просто хотел найти Инну и высказать ей все, что он про нее думает. Все, что на душе накопилось. А накопилось там за эти дни немало.

– Кто это красавчик? – рявкнул Бритый. – Ты его знаешь?

– Откуда? – удивился проводник.

– Но билеты ведь пассажиры тебе сдают? – не унимался Бритый. – Корешки там с фамилиями. Так где они?

– У меня их нет, я их сдал, – развел руками проводник.

Бритый верно трактовал этот жест и сунул в жадные ладошки мужика по сотке баксов. После чего проводник сразу же перестал разводить руками, напротив, очень резво побежал куда-то вдоль состава. Бритому он велел дожидаться его возле поезда и исполнять обязанности проводника, запуская пассажиров в вагон.

Вернулся он только к отходу поезда. По радио попросили всех провожающих покинуть вагоны. И Бритый даже начал думать, что проводник его кинул, смывшись с деньгами, а сам так и не явится. Как вдруг вдалеке появилось нечто вроде небольшого урагана, стремительно приближающегося к Бритому и расшвыривающего все на своем пути. Это оказался знакомый проводник.

– Вот! – сказал он, запыхавшись. – Вот его билет! В Риге он, должно быть, живет, гад. Там они вышли. Ты прямо сейчас к нему? Если билета у тебя нет, так я тебя бесплатно провезу. Одну ночь поспишь у меня в купе. В тесноте, да не в обиде. Раз такое дело.

И Бритый решился. Плюнув на оставленную даже не на стоянке машину, на отсутствие сменного белья и даже зубной щетки, он принял предложение проводника и запрыгнул в вагон. Поезд, словно только его и дожидаясь, дернулся и поехал.

– Еду! – удивленно сказал самому себе Бритый. – Ну, держись, красавчик!

Всю ночь Инне снилось, как Ингрида бубнит Алексею, чтобы тот не смел выходить из дома. А он все равно упрямо лезет из окна кабинета Роланда Владимировича, держась за спущенную до земли белую простыню. Кабинет почему-то находился на третьем этаже, а сам дом стоял не в саду, а на крыше небоскреба. Сам же небоскреб стоял на узкой и очень отвесной скале. Так что Алексей здорово рисковал. И в конце концов сон закончился трагично. Простыня вдруг рвется, и Алексей летит на землю.

Инна проснулась с ощущением чего-то жуткого и ужасного, что на них неумолимо надвигается. Хотя после всего свалившегося на них за последние дни трудно было представить что-то еще более страшное. Про своего мужа Инна просто не вспомнила. А напрасно.

Сестры наблюдали за Алексеем с самого утра. Но, к их досаде, он не делал ничего противозаконного. Сидел себе перед телевизором и горестно вздыхал о том, как болит у него рука. Ингрида сидела с ним рядом и преданно держала эту самую больную руку в своих ладонях.

– Господи, как болит! – в сотый раз простонал Алексей, и Ингрида не выдержала.

– Принести тебе лекарство? – спросила она.

– Если бы оно у меня было, то я бы его давно принял, – сказал Алексей. – Но оно кончилось.

– Как? – непритворно испугалась Ингрида. – Там ведь была целая упаковка.

– А в упаковке всего десять таблеток, – сказал Алексей. – Я их все съел. Можешь сама убедиться, если не веришь.

И он вытащил из нагрудного кармана коробочку. Она и в самом деле была пуста. Ингрида не нашлась, что возразить.

– Хочешь, съездим в аптеку? – спросила она у мужа.

– Съезди! – обрадовался Алексей. – Пожалуйста, а то я до вечера не дотяну.

– А может быть, показать тебя врачу? – засомневалась Ингрида. – Такие боли – это неспроста. Как бы воспаление не началось.

– Не надо! – разозлился Алексей. – Не надо врача! Что врач сможет? Пропишет те же таблетки, вот и все. Не хочешь ехать, так и скажи! Я кого-нибудь другого попрошу.

– Нет, – устыдилась Ингрида. – Я, конечно, съезжу. Ты только уверен, что не хочешь прилечь?

– Я здесь тебя подожду, – сказал Алексей совершенно умирающим голосом. – Ты только купи мне еще лезвия для бритвы. Моими совершенно невозможно бриться.

– Господи, да потерпи, – сказала Ингрида. – Где я буду тебе лезвия разыскивать? Тебе же бритву из самой Аргентины в качестве сувенира привозили. Лезвия для нее в Риге вряд ли найдутся.

– А ты попробуй, – умильно улыбаясь, просил Алексей. – Возьми бритву с собой и поищи. Небритым я еще хуже себя чувствую.

– Ну ладно, – согласилась Ингрида, делая попытку подняться с дивана.

– И еще, милочка, – остановил ее Алексей. – Раз уж ты будешь заходить в аптеку, купи мне витамины. Специальный курс врачи прописывают после приема антибиотиков. Помнишь, ты еще прошлым летом принимала?

– Но... – начала Ингрида и вдруг осеклась.

Она явно не хотела развивать эту тему.

– Купишь? – спросил у нее Алексей.

Ингрида молча кивнула.

– Вот спасибо! – обрадовался Алексей. – Тогда иди. А я тебя тут подожду.

И он устроился поудобней на диванчике, пристально следя за женой сквозь опущенные веки. При этом он старательно делал вид, что смотрит, не отрываясь, телевизор. Ингрида сходила за своими вещами и ключами от машины. Затем спустилась вниз уже с сумкой и подошла поцеловать мужа.

– Золотце, – сказал тот, хватая ее за руку. – Купи мне еще одну вещь. Очень тебя прошу. Ни за что бы не стал просить, но я уже обещал нашей Стаси набор косметики. Не знаю, что меня за язык потянуло. Но раз уж пообещал, то придется купить. И еще нижнее белье ей купи. Деньги вот.

Ингрида взяла толстую пачку денег и недоверчиво уставилась на мужа.

– Это все для Стаси? – спросила она. – Тут на десять таких девиц хватит.

– Не мелочись, купи в хорошем магазине, – сказал Алексей. – И себя не обидь. Тоже прикупи чего-нибудь. А то у тебя давно ничего нового не было. Мне даже неловко порой бывает.

Ингрида покраснела, кинула искоса взгляд на Инну с Наташей, не слышали ли они чего. А Алексей продолжал:

– Что это ты себя совсем заживо хоронишь, – говорил он, тяжело вздыхая. – Ну понятно, хлопок к телу приятней. Но нужно ведь и для удовольствия что-то иметь. Купи натуральное шелковое белье. И кружева выбери натуральные, чтобы мне понравились. Отметим мое выздоровление.