Становление (СИ) - Макуш Тиана - Страница 78

Как оказалось – не просто. Я думала, что нет настроения на специфические услуги? Стоило мужчине начать даже не ласкать ещё, а только говорить, стало понятно, что это совсем не то. Внешность-то полностью соответствовала моим пожеланиям: светловолосый, ростом за метр девяносто, с ухоженным рельефным телом и крепким внушительным членом. Вот только чересчур самодовольный, избалованный собственным успехом, считающий, что я сама не понимаю себя и что мне может понравиться. Мужчина, с раздражающей на сей раз снисходительностью, говорил, что знает, чего хочет «юная Госпожа» и мягко просил довериться его чутью и умению. Как с ребёнком! Хотя ребёнка увидеть в подобном заведении было бы всё же несколько странно.

Ну, надо отдать ему должное: он действительно знал, как доставить наслаждение. Но опять же… Не хватало мне искренности. Мужчина – я даже имя его не потрудилась узнать – действовал умело, уверенно, нежно. Слишком, как по мне. Однако именно сейчас нужна была ещё и покорность от наёмного любовника, чуткость к моим желаниям, а я этого не ощущала. Знаю, что всё это очень сложно совместить в одном создании, но возможно же. Вэрс был таким, но дроу я давно уже не рассматривала как любовника, остыла к нему. В общем, хоть свою порцию физического удовольствия и получила, осталась в какой-то степени неудовлетворённой.

Кажется, пришла тогда в голову мысль, дело идёт к тому, что опять нужен личный раб, который всё своё внимание будет сосредотачивать только на мне. И хотелось борьбы, сильного характера, который можно сломить и подчинить своей воле, испытав удовольствие от процесса не меньшее, чем от любовной схватки.

Забавно, владелец борделя действительно очень хорошо понимал клиентов – заметил мои эмоции и почему-то испугался. Неужели магам свойственно устраивать погромы в борделях, если чем-то остались недовольны? Странно, я бы слышала. Осторожно просканировав поверхностные мысли Кайраса, поняла, что тот опасался просто так, на всякий случай – слишком впечатлила слабого менталиста моя сила, и мужчина совершенно не представлял, чего от меня ожидать. А ещё сожалел, что, похоже, упустил состоятельную клиентку. Вот это его опасение вполне имело под собой основания – если меня что-то не устраивало, второй раз заведение уже не посещала. Не собиралась изменять своим правилам и в этот раз.

Неделя выдалась довольно активная – вовсю шла подготовка к следующей, экзаменационной, и мои юные воины тренировались, бегали за учителями, чтобы те разъяснили непонятные моменты, и заваливали меня вопросами на занятиях по «медитации», интересуясь довольно глобальными вещами. Называть их, подросших и окрепших, детьми, было уже как-то несподручно. Все учителя удивлялись, восхищались и радовались способностям мальчиков легко усваивать знания, запоминать большие объёмы информации, осваивать новые навыки. А я продолжала работать с юными телами и разумом, постепенно изменяя их, укрепляя и повышая выносливость.

Можно сказать, что в этом деле я продвигалась буквально ползком, и это действительно так. Всё реально было бы сделать гораздо быстрее и получить отдачу уже в течение лет пяти. Но… Всегда это «но». Если сейчас я взаимодействовала с очень тонкими структурами тела, закрепляя их одновременно в наследственной памяти, то… Ускорение созревания тела, преобразования – это очень грубое вмешательство, пусть бы и растянулось на несколько лет. Высок риск, что не все мальчики подобное смогут пережить. Умереть не дам, конечно, вернее, смогу воскресить, но ведь какая травма для психики. А я слишком тщательно их отбирала, чтобы так глупо терять. Да и куда торопиться? Пусть растут в своём темпе, а я просто улучшу их. Изнутри. Да и незаметность изменений в этом случае – существенный плюс.

Работать приходилось одновременно со всеми, стараясь при этом, чтобы вмешательство было абсолютно не ощутимым. Это тоже значительно снижало скорость. Ну и ладно. Всё равно результаты значительные: уже сейчас мои мальчики были сильнее и крепче своих сверстников, а уж про разум вообще молчу. Изменять его и улучшать получалось проще, чем с мышцами и связками – с нежной материей вмешательство проходило почему-то легче. А годам к пятнадцати я начну наращивать воинам необходимую мышечную массу. Как раз их способности достигнут того уровня, что парни смогут на равных сражаться с теми мастерами, что приглашены для обучения. А там и Вэрс подключится. Зря, что ли, его натаскивала?

В отличие от близких отношений, занятий я с ним не прерывала. Два раза в неделю, поздно вечером, мы уединялись в подземном тренировочном зале, и я пару часов гоняла дроу. Самое интересное: сражаясь с тёмным, я чувствовала, как собственное мастерство тоже растёт, хоть и думала раньше, что дальше уже некуда. Но дроу становился всё более совершенным, и мне приходилось развиваться, чтобы всегда быть далеко впереди.

Я знала, что на Вэрса пускают слюни все служанки замка, и это неудивительно: необычный, сильный, невозмутимый, он привлекал внимание и будил желание у женщин и девушек. Но лишь спустя полгода жизни в замке, я догадалась проследить за личной жизнью своего раба. А её и не было. Учёба, тренировки, сопровождение меня в поездках, при необходимости, но никаких заигрываний со служанками, зажиманий тех по тёмным углам и страстных стонов в спальне. Будь я более внимательной, давно заметила бы, но как-то не думала, что взрослый, сильный и красивый мужчина сможет так долго прожить в воздержании. Подозреваю, что и во время наших путешествий по мирам, дроу никогда не расслаблялся, даже в моё отсутствие. Тогда я этими моментами не интересовалась, считая, что природа своё возьмёт.

В голову Вэрсу не лезла по двум причинам. Во-первых, в его верности была твёрдо уверена и не считала нужным даже периодически контролировать мысли. А во-вторых… Не хотелось окунаться в отчаяние и сожаление по поводу изменения его статуса. Вот, в самом деле: рабу свободу пообещали, положение улучшилось значительно, он не зависел теперь каждый момент от благосклонности суровой хозяйки (а я могла быть очень суровой и жестокой при необходимости), а он тоскует. Да вокруг всегда море женщин: любую пальцем помани и побежит следом вприпрыжку! Не понимаю я этого.

Но, узнав о проблеме, за решение взялась безотлагательно и кардинально. Вызвала дроу и приказала рассказать мне, в чём причина одиночества и вообще столь странного для мужчины поведения. После прямого приказа ни скрыть что-то, ни отвертеться не получилось. Всё оказалось примерно так, как и предполагала: тоскует он, видите ли, не может представить себя с другой женщиной, желания не возникает, лелеет свою «любовь» к госпоже. Любовь, которая мне совершенно не нужна. Быть может, в тот момент я поступила жестоко, но это было лишь на благо. Он и не забудет меня, если не заменит воспоминания настоящими ощущениями.

Я приказала Вэрсу… завести любовницу. И не просто завести и спать с ней, но регулярно иметь как женщину. А то знаю я его умение, когда нужно, исполнять приказы дословно. Несчастные больные глаза лишь утвердили мою уверенность в собственной правоте. Так что пригрозила, что узнаю, если будет отлынивать, и тогда вмешаюсь в разум – насильно заставлю влюбиться на некоторое время. А если в течение двух недель не найдёт девушку по своему вкусу, её найду я. Через полторы недели дроу представил мне сочную взрослую женщину, с недоумением и опаской поглядывающую в его сторону сквозь опущенные ресницы. Но и желание в ней тоже чувствовалось. Неплохой выбор: какая-нибудь молодка точно влюбилась бы и страдала, а эта и опыт имела, и Вэрс предупредил её, что отношения не особо надолго и нужна она ему только для «здоровья». Умница, хорошее решение. Естественно, эльф никаких подробностей не рассказывал, я просто считала недавние события с памяти.

Как ни странно, мой застенчивый и такой покорный раб, с удовольствием отдающийся частенько на волю хозяйки, с простой смертной женщиной оказался весьма жёстким и деспотичным любовником. Поначалу он словно вымещал на ней злость за невозможность не подчиниться приказу, обращаясь, на мой взгляд, грубовато, хоть и без излишней жестокости, но женщина лишь стонала от страсти в его объятьях, так что вскоре дроу втянулся и вошёл во вкус. Вот и славно. Главное, что он начал оживать, перестав изображать отстранённую и холодную скульптуру, а ему я готова позволить довольно многое (лишь бы не зверствовал). Тем более, когда любовниц всё устраивает, о чём ясно говорили довольные стоны и крики. Но всё равно, мужчина открылся мне с новой, удивительной с его воспитанием, стороны.