Терновая ведьма. Изольда - Спащенко Евгения - Страница 67

— Ну конечно, — закивал лысой головой старик. — В который раз я слышу от тебя самые разные байки, терновая ведьма. Неизменно ты утверждаешь, что глаза подвели меня, а сердце солгало. Но нет, и прежде, и сейчас я верно избрал день, вовремя воскурил священные травы, натянул шкуры на церемониальных барабанах, сложил жертвенный костер…

— О нет… — тяжело вздохнула Изольда. — Кажется, он совершенно выжил из ума.

— Столетие за столетием я делал это, — продолжал шаман торжественно, — и ведьмы терновника входили в наши ворота в канун Тарнтейна. И раз за разом мы опьяняли их, усыпляя бдительность, туманя разум, чтобы сделать гостьями на нашем пиру. А затем смешивали их кровь с водой, а тело предавали огню.

— Что? — Узница подскочила как ужаленная. — Повтори свои слова!

— Вижу, теперь они не кажутся тебе глупостью. — Жрец сложил руки на груди. — Я толкую, что на рассвете мы привяжем тебя к столбу и соберем всю ведьмовскую кровь в священную чашу… Сто лет понадобилось, дабы наполнить ее черной водой. Когда твоя кровь смешается с ней, мы снова получим напиток бессмертия, который сделает наши тела юными, позволит бродить по этой земле еще век. Пока в здешние края опять не забредет терновая ведьма, привлеченная травами из заклятых жаровен, музыкой колдовских барабанов…

— Погоди, жрец, вышла какая-то путаница. — Принцесса протянула руку к свету и попыталась завладеть вниманием своего тюремщика. — Мое имя Изольда Северин. Я не знаю, о каком обряде ты ведешь речь…

— Так взгляни на следы на своем лице. Что за полоски на теле ты носишь? — Шаман победно сверкнул глазами.

— Это… просто узор. И даже если он имеет отношение к терновому проклятью, клянусь, в моих жилах течет обыкновенная кровь! От нее вам не будет никакой пользы.

— Ложь, — прокаркал сухо тюремщик.

— Дай мне нож, и я докажу, что говорю правду! — Это был единственный шанс на спасение — показать, что она такая же, как обычные люди.

Жрец помялся мгновение, а затем исчез. Принцесса испугалась, что он больше не появится, но смуглое лицо мелькнуло в железных прутьях.

— Держи, — проскрипел старик, бросая сквозь решетку крошечный тупой клинок.

Несмотря на уверенность в своей правоте, он глядел на пленницу с любопытством. Девушка схватила тонкое лезвие и, ни секунды не раздумывая, проткнула себе палец. Всего один укол, и она будет свободна, сможет отыскать Таальвена, исчезнуть из этого места, навсегда позабыв о кошмарных крысиных глазах хуторян.

Царапина на нежной коже появилась мгновенно. Похоже, Изольда полоснула слишком глубоко. Тем лучше — этот безумец точно увидит, какого цвета ее кровь.

Но когда на белой, расчерченной терновником ладони проступила первая капля, принцесса вскрикнула и спряталась в тень. Угольная, как чернила, жидкость текла из ранки и драгоценными каплями падала на пол темницы.

— Нет, — затрясла головой девушка. — Невозможно!

— Ха-ха-ха! — восторжествовал жрец. — Я знал, что отыщу тебя — хозяйка Тьер-на-Вьер!

— Вы сделали со мной это, — дрожащим голосом пискнула принцесса. — Опоили каким-то зельем, околдовали на пиру. И теперь я вижу не то, что на самом деле.

— Мы и правда приворожили тебя, но лишь чтобы завлечь в Волчью пасть. Травы и музыка сделали свое дело: сила терновника уснула на время. Иначе ты ни за что не вошла бы в наши земли. Но вряд ли живым существам под силу заставить кровь терновой ведьмы окраситься в другой цвет.

Старик поднялся на ноги.

— Не уходи! — в панике закричала Изольда. И выпалила первое, что пришло в голову: — Если не освободишь, я применю свою магию, и от вашей деревеньки камня на камне не останется!

— Теперь ты угрожаешь мне силой, которую раньше отрицала, терновая ведьма? — Шаман прищурился недобро. — Оставь глупые попытки сбежать. В кругу из белых камней не действует ни одно колдовство, кроме нашего. Попробуй оживить терновник на своих руках. Не получается? Все потому, что каждый клык, установленный вокруг хутора, обладает великой силой. Пожалуй, в одном ты была права: здесь ведьма — обыкновенный человек, неспособный на чары. Судьба привела тебя к нам, и по ее воле завтра ты сгоришь на костре.

Сказав так, он накинул капюшон и исчез из виду.

— Этого не произойдет, — возразила ему вслед девушка.

Но жрец не стал с ней спорить.

Несколько часов Изольда расхаживала взад-вперед по своей темнице, надеясь придумать, как из нее выбраться. Она стучала по стенам, чтобы проверить их толщину, пробовала прорыть в земле лаз. Но усилия не принесли результата. Подземная тюрьма была прочной, словно ее выдолбили в горной породе.

Тогда принцесса решила допрыгнуть до решетки, но и это занятие пришлось оставить спустя час. Напрыгавшись вдоволь, девушка изранила босые ступни и совершенно выдохлась. Чтобы хоть как-то успокоить колотящееся сердце, она прислонилась к стене.

— И снова неприятности. — Руки непроизвольно перебирали волнистые пряди, сплетая их в косу. — Похоже, несчастья преследуют меня от самого замка Северин. Не следовало волку со мной связываться.

Мысли ее обратились к Таальвену Валишеру. Она опять потеряла его из вида. Что, если одержимые хуторяне сочли волка опасным, вдруг его уже нет в живых? На секунду Изольде привиделся длинный плащ из серебристо-серой шкуры, но она тряхнула головой, решительно отгоняя скорбные думы. Сердце чуяло: Тааль жив, этого было вполне достаточно, чтобы не впадать в отчаянье.

— Значит, накануне не было ни Стефана, ни веселого праздника у стен родового замка… — Она поднялась и подвязала подол платья двумя узлами, чтобы не наступать на него. — Вполне возможно, звуки и запахи, которые слышал волк, были тем самым колдовством, что манило меня в деревню.

Она медленно выдохнула и прикрыла глаза, попытавшись заставить сливовые ветви на руках двигаться.

— Давай же, — со всей решительностью, на которую была способна, взывала принцесса к терновому колдовству. Но оно молчало.

— Пожалуйста, мне нужна твоя помощь. — Она представила, как колючие ветви разрастаются, поднимаются к свету и рушат стены ненавистного погреба. Но в реальности ничего не произошло.

Неужели кровожадный жрец не солгал и в кругу из белых камней ее магия бессильна? Значит, ждать помощи от терновой ведьмы не стоит. И если Таальвен ее не разыщет, завтра пленницу сожгут на костре, предварительно выпустив кровь.

Принцесса поежилась от таких мыслей. Солнце почти село, робкие лучики исчезли со стен, и в подземелье потемнело. Чтобы согреть ноги, она решила побродить по кругу, но темница не составляла в длину и десяти саженей. Так что скоро пришлось прервать бесцельное хождение.

Отойдя подальше от люка, девушка улеглась на холодные камни и свернулась клубком. Она не собиралась спать — напротив — поразмыслить о том, как выбраться из этой передряги. Но глаза сомкнулись сами собой.

Свою тюрьму Изольде не удалось покинуть даже во сне. Словно со стороны, она видела худенькую светловолосую девушку, без чувств лежащую на полу. Внезапно решетки наверху скрипнули, кто-то у входа крикнул:

— Поднимайся, владычица Тьер-на-Вьер, наступил наш черед пировать.

Фигурка вздрогнула и отползла в сторону. Но когда вниз спустили легкую плетеную лестницу, все же подалась к свету. Похоже, наступило раннее утро, потому что бледное свечение вползало понемногу в остывший погреб.

Шаг за шагом узница поднималась по веревочным перекладинам. Принцесса хорошо разглядела ее лицо. Девушка была очень похожа на нее, но эти скулы, глаза, лоб не принадлежали Изольде Северин.

Наконец терновая ведьма из сна коснулась земли, и десяток скрюченных рук помог ей покинуть погреб.

— Что вы делаете? Нет! — успела пискнуть бедолага, прежде чем сгорбленные молчаливые старики потащили ее к столбу на краю площади. Храм в центре маячил угрюмой тенью, пламя в очаге гудело в предвкушении.

Во сне принцесса воспарила над землей — душа ее следовала за несчастной девушкой по пятам.