Терновая ведьма. Изольда - Спащенко Евгения - Страница 111

— Что за…

Растрепанный Зефир молча подал Стефану руку.

— Что здесь происходит? — только и сумел вымолвить тот.

— Ох, ваше высочество, — Западный ветер сокрушенно покачал головой, — как не вовремя вы появились…

— О чем ты говоришь? Я спас принцессе жизнь!

— Напротив. — Юноша с пепельными волосами указал в центр поляны. — Только что вы метко поразили своего друга — Таальвена Валишера и, боюсь, отобрали у Изольды последнюю надежду на счастливый конец.

С сомнением взирая на Зефира, северинский принц выглянул из-за черных стволов и потрясенно отступил в глубь рощи. Западный ветер оказался прав: у ног обезумевшей девушки лежал раненый Лютинг Мак Тир.

Между тем, потеряв брата из виду, терновая ведьма принялась крушить Мертвый сад. Призванный ею ураган приминал к земле осины, словно соломинки, вгрызался во влажную почву, оставляя глубокие воронки. Из борозд, словно в волшебной сказке, тянулись растения. Ветви их сплошь покрывали колючки, стебли изгибались хищно, стараясь оплести как можно больше леса.

О Стефане Изольда позабыла мгновенно. Ужас захватил ее, ярость сдавила горло огненной хваткой. Еще немного, и причина возникновения самих чувств растворится в бурлящем круговороте.

Но вот принцесса окинула луговину рассеянным взглядом — вдалеке распластался на земле молодой мужчина. Его сильные руки были широко раскинуты, темные с проседью волосы прикрывали лицо. Наряд составляли одни лишь узкие бриджи, словно незнакомец только что выбрался из постели. Картину дополняла стрела, торчащая из груди.

Шум в ушах девушки помалу смолкал, помешательство отступало, хоть терновник по-прежнему возводил вокруг поляны неприступные стены.

— Таальвен Валишер, — вспомнила она, бросилась к окровавленному Лютингу и упала на колени. — Нет-нет-нет! Глупый волк…

Арбалетный болт вошел в грудную клетку принца наполовину. Не требовалось звать лекаря, чтобы понять: рана смертельная. Изольда осторожно убрала с его лба курчавые прядки. Ниже шеи она старалась не глядеть.

— Как же так? — Мысли хаотично вертелись в голове.

К ее удивлению, Таальвен шевельнулся и распахнул изумрудные глаза.

— П-принцесса? Это сон? — Но жуткий булькающий кашель не дал ему договорить.

Тонкая струйка крови потекла по небритой щеке.

— Нет, — пряча лицо в ладонях, застонала девушка.

Как всегда прекрасна… Лютинг зачарованно коснулся ладонью золотистых волос. Поверить в реальность происходящего было сложно. Но все же он напрягся, вырывая из мрака последних недель цельные воспоминания.

Бесконечные лес, погоня, неутолимая жажда, донимающая изнутри, проникающая даже во сны…

— Память как решето, — пожаловался хрипло приморский принц.

Наконец взгляд его упал на длинную царапину Изольды. Чернильная кровь пропитала вспоротый рукав.

— Кто это сделал?

Она не ответила — лишь спрятала руку за спиной. Таальвен нахмурился. Отчего-то казалось крайне важным выяснить, кто причинил вред его невесте. Словно он знал этого человека, долгое время вел с ним яростную борьбу. Внезапно Мак Тира осенило, мысли наполнились жутким знанием.

— О нет! На тебя напал я?

— Не о моих ссадинах тревожься, — в сердцах бросила принцесса. — У самого беда похуже.

Он с трудом приподнял голову и окинул собственную грудь изумленным взглядом. Так вот отчего внутри все горело, а тяжесть давила, как морская толща. Вот почему дышать было сложно, в глазах то и дело темнело…

— Всемогущие боги, — промолвил Лютинг, — я умираю!

— Нет. — Изольда вцепилась в его пальцы. — Нужно только вытащить стрелу.

Принц хохотнул и тут же захлебнулся горячей жидкостью с противным металлическим привкусом.

— Поверь мне, — он кашлянул, выплевывая кровь, — это делу не поможет. Лучше оставь все как есть.

На решительном лице принцессы ясно читалось, что опускать руки она не собирается.

— Зато я снова человек, — проговорил Таальвен, силясь скрыть нахлынувшую боль за показным ликованием.

— Ненадолго, — возразила Изольда. — Терновое колдовство ослабевает, когда ты теряешь силы. Но стоит тебе исцелиться, оно снова обретет власть над обликом проклятого… Ты не умрешь, Лютинг Мак Тир!

На мгновение Таальвен позабыл о терзавшей его вине за то, что чуть не убил свою юную невесту. Мучительная боль тоже отступила.

— Неужели тебе известно об… обо всем? — даже смертельно раненному, проклятие не давало ему озвучить правду.

Девушка кивнула, закусывая губу.

— Прямо гора с плеч. — Он попытался изобразить улыбку.

Теперь можно отправляться к праотцам со спокойным сердцем. Но Изольда, кажется, не разделяла его смирения.

— И это все, что ты скажешь? Я заколдовала тебя! Из-за меня ты страдал в волчьей шкуре целый год!

Лютинг вгляделся в ее лицо — такое знакомое и чудесное, даже со следами слез и терновника.

— Я ведь говорил, что не держу зла…

Она вспыхнула и упрямо мотнула головой.

— А я вот сержусь на тебя, приморский принц! По какому праву ты решил взять меня в жены? Если бы не твое сумасбродство, не лежал бы сейчас пришпиленный к земле!

Он не готов был к такому натиску.

— Я разгадала твой план — вздумал отдать богам душу, чтобы навсегда оставить меня в терновых оковах? Хочешь, чтобы я мучилась от вины за твою смерть, сходила с ума от шепота тьер-на-вьер в голове?

Девушка разошлась не на шутку, синие глаза ее метали искры, волосы потрескивали от крохотных разрядов.

Таальвен Валишер попытался встать, но одеревеневшие члены не слушались. Казалось, он превратился в камень.

— Если бы я только мог рассказать тебе… Но, боюсь, нам не удастся поговорить, северинская принцесса…

— Еще как! — Она прикоснулась холодными пальцами к его груди и взялась за древко стрелы. — Я выну ее, а затем исцелю тебя. Когда снова окажешься на ногах, придется выслушать все, что у меня накипело.

— Не надо. — Он накрыл ее дрожащую ладошку своей. — Станет только хуже.

— Ну и пусть! Какая теперь разница? Или ты боишься, Таальвен Валишер?

Он сжал побледневшие губы, стараясь не дышать.

По правде, больше всего приморского принца страшило, что он потеряет сознание, а с ним исчезнет и облик Изольды.

— Ты клялся мне в верности, обещал сделать все, что ни попрошу. Так выполняй же свои слова! — От избытка чувств ее снова начинало трясти.

Лютинг спокойно убрал руку.

— Делай, что пожелаешь, принцесса, — все, что сочтешь нужным…

Она кивнула, пытаясь определить, какое из двух переживаний сейчас владеет ею — страх за волка или злость на глупого Мак Тира.

— На месте стрелы окажется громадная дыра… Как ты собираешься ее заштопать? — Таальвен со стоном откинул голову.

И принцесса сообщила деловито, словно делала это уже тысячи раз:

— С помощью тернового волшебства…

На самом деле она и сама сомневалась в предстоящей затее.

— Предположим, тебе удастся… — Он сплюнул очередной кровяной сгусток. — Время мое истекло… Сама же сказала: год почти прошел… Лучше погибнуть сейчас, чем стать бездумным кровожадным зверем.

Говорить ему было тяжко — свободу сковывало терновое проклятие, силы стремительно покидали тело.

— Ты не превратишься в чудовище! — отчеканила девушка и, набрав воздуха в легкие, выпалила: — Я выйду за тебя замуж прежде, чем это случится…

— Но… — Принц не смел поверить в услышанное. — Ты ведь терпеть меня не можешь, Изольда Северин! Не хочу, чтобы из жалости…

— Ох, замолчи! — Она хлопнула его по плечу и тут же испуганно ойкнула.

Мак Тир зарычал сквозь стиснутые зубы, не хуже волка.

— Прости! — Изольда зажала рот рукой. — Я не хотела…

Трижды она прокляла себя за вспыльчивость, но Таальвен не проронил и слова.

— Волк, которого я знаю, не сделал мне ничего дурного… — после долгой паузы вымолвила она. — Остановимся пока на этом.

Лютинг хмуро поглядел на располосованное предплечье девушки, из которого продолжала сочиться кровь.

— Кроме того, — она виновато опустила глаза, — свадьба с тобой — единственный шанс для меня сохранить разум.