Погружение в Пламя (СИ) - Крахин Алексей - Страница 88

— Деньги не главное, — Ловис сиял до ушей, зрелище рухнувшей в воду толпы скрасило день всем, кто поставил не на победителя.

— Это говорит человек, у которого вместо дома — дворец, — к гонке Фил остался равнодушным, но не жалел о потраченном времени.

— Дом не мой, а отца, и, скорее всего, моим он не станет даже по наследству. Вот если б получил грамоту ордена…

— Грамоту не получил, зато приобрёл хороших друзей, и они хотят где‑нибудь посидеть и чего‑нибудь выпить, — Эрик чувствовал себя лучше всех, более того, после встречи с Карлосом, мгновения счастья посещали чуть ли не каждую минуту. Тяжёлый груз свалился с плеч, так же как Карлос свалился с причала — стремительно, со всплеском. Не страшно, что падение прошло так скоротечно, зато месть свершилась, а жизнь окрасилась яркими красками.

— Неужели ты мог подумать, что я расстанусь с вами, напоследок не стукнувшись кружками? Предлагаю забуриться в любой из местных кабаков и напиться. Угощаю! — Ловис чуть ли не побежал вперёд, выглядывая подходящее местечко.

— Середина дня, — сокрушённо вздохнул Фил. — Оставшуюся половину светлого времени суток я проведу в пьяном угаре, ничего не сделав для мира.

— Предлагаю сегодня сделать что‑нибудь для себя, пусть мир подождёт всего день, — Эрик уже чувствовал во рту сладкий вкус крепкого гномьего мёда.

С началом тёплого времени года, в оживленных районах Ветреного открываются шатры. Прямо под открытым небом совкий торгаш ставит столы, лавки, бочки с вином и раскидывает над всем этим шатёр — грубая цветастая ткань, натянутая на столбы — защита и от солнца, и от дождя. Вокруг шатра устанавливают декоративный заборчик — условная граница, отделяющая нутро от улицы. В такое место и направились друзья. Отдохнуть и распрощаться с Ловисом. Возможно навсегда.

С первым попавшимся шатёрчиком не повезло — забитый до отказа чернокожими моряками, он раскачивался из стороны в сторону под громоподобное пение на незнакомом языке. Зато второй шатёр, с радостью принял друзей под жёлтый навес. Трое кобольдов вели тихий разговор сквозь сальные бороды, остальные столики пустовали. Ловис выбрал самый большой и первым занял место.

— Что пьём?

— А что есть? — Эрик сел рядом с шакрийцем, эльф устроился напротив.

— Есть мёд, — подошёл хозяин шатра, краснолицый гном.

— И всё? — Ловис уже рылся в кошельке.

— Конечно, — возмутился гном, — что может быть лучше мёда?

— О! Нет, нет, конечно, мёд — первый! — Ловис выудил пару жёлтых блестяшек и ссыпал на ладонь гному. — Шесть кружек. Нет, лучше девять. И разницу можете себе оставить.

Гном хмыкнул в бороду, отходя к бочкам.

— Не ррановато для пьянки, стррый труг? — через низенькое ограждение шатра перевесился давнишний зеленокожий знакомый Эрика. Судя по тону, этой встречи он ждал давно.

Эрик сидел к говорившему спиной, Ловис обернулся на голос, потом посмотрел на Эрика.

— Это тебе, — тихо шепнул шакриец, — Помочь?

Видя в глазах сидящего напротив Фила, оцепенение, Эрик решил не подавать вида, что у самого застучали зубы, когда за спиной раздался рычащий голос.

Тот самый гоблин, подставленный и Кайлой, и самим Эриком. Имя у него ещё странное, что‑то вроде Кран или Крон. Интересно, тот тесак ещё при нём?

— Ррыжая башшка, тебя зофу!

Эрик оглянулся через плечо.

Так и есть, это Крюн. А вместе с ним ещё пара гоблинов и уже знакомый орк.

— Ты чего к парню пристал? — выкрикнул со своего места хозяин.

— Хто? Я? — уголки тонких губ обнажили острые редкие зубы, гоблин не воспринимал гнома всерьёз. — Тебе показалось, папашша. Эй, ррыжий, пошшли, рразгофаррифать бутем.

— Если что — мы здесь. Вместе, авось, отмашемся, — Ловис смотрел на Эрика так, будто они расстаются на годы.

— Чего тебе? — Эрик вышел из шатра, внимательно следя за руками зеленокожих.

— Отойтём, — гоблин смотрел на парня, как на что‑то смешное.

— Говори здесь, — отходить с гоблинами Эрику совсем не хотелось.

— Мальчик, посмотрри на своих тррузей. Если не хочешшь, чтобы они пострратали, то пойтём, пррогуляемся. Обещаю, что сеготня ты не умррёшшь. По кррайней мерре, от нашших ррук, а там — как получится, — гоблины весело захрюкали вслед за вожаком.

Эрик оглянулся на друзей. Они смотрели на него. Махнув им рукой, парень пошёл вслед за зеленокожей братией. Вот сейчас и эльф, и шакриец начнут волноваться по — настоящему, но лучше уж пусть поволнуются, чем окажутся в сточной канаве. Кто знает, сколько метров чужих кишок эта банда намотала на ножи и шила, а друзей у Эрика всего двое, лучше послушаться зеленокожих и рискнуть только своей шкурой. К тому же, если начнётся заварушка, то товарищей положат первыми; Ловис хоть и храбрится, но в глазах — испуг, а Фил и вовсе превратился в статую. Пусть лучше сидят под защитой гномов, уж в шатёр, гоблинов точно не пустят — хозяин мужик здоровый, да и кобольды рядом.

Нападения на оживлённой улице Эрик не боялся, везде свидетели, да и патруль недавно проходил, а вот если придётся лезть в подворотни — дело плохо. Но сворачивать в закоулки банда не торопилась. Пока шли, появилась возможность внимательней рассмотреть зеленокожих.

Первым в глаза бросался, конечно же, гигантский орк. Гоблины дышали ему в живот, Эрик — чуть выше. Бритая голова, заострённые уши. Орки, выбравшие своим ремеслом войну или разбой, не носили украшений и предпочитали избавляться от всего, за что может ухватить противник, в том числе и от волос. Орк щеголял открытым торсом, чуть заплывшим, но не потерявшим звериной мощи. Лишь одинокий гладиаторский наплечник, окрашенный красной краской, укрывал левое плечо, ремень от наплечника пересекал наискось могучую волосатую грудь. Такую защиту не носят просто так, возможно, в прошлом, орк выступал на арене, и, может быть, делает это до сих пор. А покрывающий левое плечо наплечник, свидетельствует о том, что оружие орк держит в левой же руке, а правая хорошо управляется со щитом или каким‑нибудь второстепенным орудием. Это предположение Эрик счёл полезным — какая — никакая информация о враге, вот только как ей воспользоваться в бою с орком, если размер наплечника таков, что Эрик мог бы укрываться им самим как щитом.

На толстых пальцах поблёскивали перстни, но присмотревшись, становилось понятно, что с перстнями эти железки не имеют ничего общего. Кастеты — такое же оружие, как и дубьё, но не запрещённое к ношению в Ветреном граде просто потому, что официально к оружию они не приравнивались. Мешковатые портки орка походили на домашние штаны Арона, только размером раза в два больше. Тяжёлая поступь зеленокожего гиганта объяснялась не только массивным телосложением, но и ботинками, больше подходящими для пропашки поля: квадратный носок обшит железом с вплавленными в него шипами, подошва подкована и позвякивает на мостовой. Сколько же раздавленных голов на счету этих башмаков?

Осознав собственную беспомощность перед зелёной боевой машиной, Эрик отвёл взгляд от широкой спины и присмотрелся к главарю, шедшему рядом со здоровяком.

Гоблины не чурались украшений: серёг и цепей, но головы брили все как один. Возможно из практических соображений, а, может, по привычке или традиции — в степях обширной Вейи засушливый климат.

Сейчас лицо главаря не получалось разглядеть, но Эрик чётко его помнил: изрезанное бороздами шрамов, оно могло многое рассказать о хозяине: жёлтые хитрые глаза сразу выдавали лисий характер вожака, глубокие морщины — крутой нрав.

В отличие от соратников, одежда главаря больше походила на одежду простого горожанина. Серая рубаха, чистая, но не глаженая, с расстегнутой верхней половиной пуговиц, приоткрывала сухощавую шею и грудь. Закатав рукава, гоблин выставлял на всеобщее обозрение коллекцию чёрных татуировок, нёсших в себе какие‑то, известные только в узких кругах, смыслы. Вожак носил коричневые штаны, с внешней стороны украшенные шнуровкой. Сапоги зеленокожего отличались от одежды особой дороговизной: мягкая подошва и продуманный покрой позволяли гоблину быстро и без лишнего шума перемещаться и уверенно чувствовать себя в драке.