Красные искры света - Джейн Анна - Страница 156

«Дуб», – прошелестел знакомый голос в голове.

И я увидела среди черных колючих елей дубовые листья. Добежав до дуба, могучего и огромного, я увидела в его стволе дупло и, царапая кожу на руках, забралась в него – в самый последний момент. Тотчас дуб прикрыл меня своими листьями, пряча от множества алеющих в темноте глаз.

Меня искали и не могли найти.

Меня звали десятки голосов.

«Ярослав, Ярослав, Ярослав!» – кричали, рычали и визжали те, кто гнался за мной. А я сидела, сжавшись в тесном дупле, боясь дышать.

«Мы найдем тебя! Мы поймаем тебя! Мы заберем тебя!» – доносилось со всех сторон.

А потом вдруг я услышала голос Полины.

«Ярослав, выйди, – говорила она. – Пожалуйста, выйди ко мне. Ярослав, я люблю тебя».

Я боялась, что она услышит стук моего сердца.

«Ты ведь тоже любишь меня?» – продолжала Полина.

Мне оставалось лишь просить защиты у высших сил. И уповать на спасение, как на чудо.

«Пожалуйста, выйди. Ты должен быть моим. А я – твоей. Понимаешь?»

Ее голос становился все тише и тише – Полина уходила. И те, кто звал меня, уходили следом за ней.

Когда я выдохнула, решив, что все позади, что они оставили меня в покое, кто-то вдруг стал раздирать ветви дуба, орудуя ножом.

И через мгновение передо мной появилось бледное лицо смутно знакомой женщины с темными короткими волосами.

«Я хозяйка магической лавки…»

Она протянула ко мне руку.

Я закричала от ужаса.

И проснулась от собственного крика. Передо мной было испуганное лицо Ярослава.

– Ты чего? – спросил он.

Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя.

– Ты в порядке, Настя? Отвечай!

– Что… случилось? – тихо спросила я, чувствуя головокружение, слабость и тошноту. Но все равно поднялась и села.

– Ты кричала во сне. Приснилось что-то?

– Не знаю. Мне плохо, – сказала я. – Жарко.

Яр прижал ладонь к моему лбу и удивленно сказал:

– Ты горячая. Что с тобой? – заволновался он. – Ты решила заболеть в моем теле?

– Нет, просто… – Я не смогла закончить предложение – внезапно замолчала, вспоминая сон. – Полина что-то делает.

– А? – не сразу понял Ярослав.

– Полина что-то хочет сделать с тобой, вернее, со мной, – зашептала я. – Я видела ее во сне. Они бежали за мной. Они ищут меня. Мне страшно.

Я закрыла руками рот, боясь, что расплачусь и буду некрасиво кривить губы.

Ярослав вдруг обнял меня.

– Тише, тише, успокойся. Все хорошо. Она ничего не сделает, – заговорил он, гладя меня по спине.

Возможно, это был сон во сне или галлюцинация, но мне казалось, что мы вновь находимся в своих телах и обнимаем друг друга, пытаясь найти тепло и что-то давно забытое, но такое знакомое и родное, от чего захватывает дух.

– Кольца светятся, – прошептал Ярослав, отстраняясь, но переплетя пальцы наших рук.

От колец исходил мягкий свет. Казалось, что на наших пальцах не серебро, а сверкающие полоски горизонта с заходящим серебряным солнцем. Точно таким же был браслет на руке Насти.

«Мы тебя защитим, Хозяйка, – ласково шептали одни травы. Браслет нагрелся. – Даже без тайных слов защитим, как можем. Только будет колдовство сильнее, скажи тайные слова, иначе не пробудятся наши силы».

«Мы тебя защитим, Хозяин, – шептали другие. – Только и ты узнай тайное слово. И будем служить тебе верой и правдой».

– Что это? – без страха шепнул Ярослав.

– Они разговаривают с нами. Кольца и браслет. – Я не сомневалась в этом. Ни капли.

– Разве это может быть?

– Не знаю…

Он погладил меня по волосам. А я улыбнулась.

Заснули мы в одной постели, лежа друг к другу лицом.

В этот раз мне снились совсем другие сны, наполненные нежностью и непонятной чувственностью. Я и Ярослав в старинных одеждах сидели на берегу синей реки рядом с трещащим костром. Небо вокруг кружилось, облака танцевали, пламя искрилось, вздымаясь кверху… А мы смеялись и целовались, не замечая ничего вокруг. В каждом прикосновении была нежность, в каждом вздохе – любовь. И искры сверкали так ярко и высоко, что казались падающими звездами. Последнее, что я помнила – моя спина коснулась земли, а губы Ярослава накрыли мои.

Проснулась я рано утром, вместе с рассветом – сегодня золотисто-красным, неистовым, и сразу поняла, что все еще нахожусь в теле Ярослава. Сам Зарецкий сладко спал рядом, трогательно подложив ладошки под щеку. Я вздохнула и поправила сползшее с его обнаженного плеча одеяло – было прохладно из-за слегка приоткрытого окна.

Я чувствовала себя странно. Нет, голова больше не кружилась и не пылала жаром, как ночью, я даже порядком озябла во время сна. Зато в теле появились крайне необычные ощущения, которые накрывали его мягкими теплыми волнами снизу вверх, заставляя напрягаться мышцы пресса. Кроме того, сердце стало биться чуть чаще, и дыхание стало более глубоким. Тотчас вспомнились обрывки сна, где я целовалась с Зарецким, и ощущения заиграли новыми красками, более яркими и болезненными, заставляя меня от неожиданности прикусить губу.

Заподозрив неладное, я села, откинула от себя одеяло, опустила взгляд вниз и простонала. Только не это. Нет, нет, нет. Утренний сюрприз. Я так этого боялась!

Идиотское мужское тело! Извращенец Зарецкий!

Я глубоко выдохнула, чтобы не заорать, и запрокинула голову назад, опираясь на вытянутые руки. Что теперь делать?..

Может быть, посмотреть в Интернете, как в таких случаях поступают мужчины?

Успокойся, Настя, это просто физиология, не более. Ты справишься.

Хотелось рыдать и орать одновременно. Но все, что я смогла, это лишь стукнуть кулаком по постели. Непонятное желание не пропадало, лишь усиливалось. Рука инстинктивно дернулась вниз, но я тотчас вернула ее на место.

– *Запрещено цензурой*! – громко и отчетливо сказала я.

– Ты чего? – проснулся Зарецкий. Голос его был хриплым после сна. А глаза – непонимающими.

Я молча вытянула руку вперед и опустила указательный палец вниз, гневно смотря в окошко и понимая, что силой воли это странное чувство, плавно нарастающее все сильнее и сильнее, не убрать. Нужны другие способы.

Зарецкий сразу все понял. Он то ли смутился, то ли развеселился, то ли и то, и другое вместе.

– А-а-а… Ты только не переживай, – как-то глупо улыбнулся Яр, садясь рядом. Взлохмаченные волосы рассыпались по плечам и спине. Опять его расчесывать…

– Я тебя ненавижу, – прошептала я, пытаясь сконцентрироваться на странных чужих ощущениях. Нельзя сказать, что они были неприятными, но это ужасно смущало. И его понимающий взгляд – тоже. Это было… слишком личное.

– Да ладно тебе, Курощуповна. Просто солнышко встает и… В общем, весь мир встает, – нес какую-то чушь Ярослав, все так же криво улыбаясь. – Но ничего, ты переживешь. Да? Я тебе скажу, что нужно сделать. Это прикольно, кстати.

В его голосе звучала непонятная гордость. А я лишь мысленно простонала.

– И нормально. У любого парня спроси, – пожал он плечами. – Просто физиология, как ты любишь повторять. Не надо из меня непонятно кого из своих мыслей делать!

– Я не делаю, – проскрипела я.

– У тебя такое лицо, как у ребенка, которому про тычинки и пестики рассказывают, – назидательно сказал Зарецкий. – У тебя, можно подумать, такого не бывает! Или, – он осекся и изумленно на меня взглянул: – Слушай, а ты что, никогда?..

– Хватит задавать мне тупые вопросы, – сквозь зубы велела я, перебивая его. – Просто скажи, как от этого избавиться.

На его лице появилась задумчивое выражение.

– Есть несколько способов… – Он встал, перешагнул через меня и сел на край дивана, улыбаясь широко-широко, как базарный дурачок. Каким бы он ни хотел казаться крутым, эта тема изрядно смущала и его.

– Первый – естественный. Нужно найти девушку и…

– Мне это не подходит, – отрезала я.

– Хозяин – барин, – пожал плечами Зарецкий, наблюдая за просыпающимся солнцем. И тотчас спохватился:

– Хотя, верно, не подходит, где ты сейчас девушку возьмешь? А ко мне не смей лезть, – этот клоун закрыл грудь руками крест-накрест, делая вид, что негодует. И заявил тонким голоском: – Не для тебя моя роза в саду цвела.