Мистер Грей младший (СИ) - Янис Каролина - Страница 218

— Жаль. Но это не мои проблемы, — с полуулыбкой лепечу я, быстрыми шагами возвращаясь к десерту.

Я не жалею. Нет, не жалею.

Комментарий к Swimming pool. Part One.

* (с франц.) - И я поймала тебя на слове!

** (с франц.) - Я сдержу своё слово, если не брошу своего господина.

========== Swimming pool. Part Two. ==========

Теодор

Огненное шоу, как и торт-мороженое, получились поистине кульминацией вечеринки у бассейна — все с восхищением любовались этим зрелищем. Вскоре, была объявлена вторичная просьба начать разрезать торт, так что, под продолжение «горячего сюрприза», братья Флинны начали разрезать торт. Только в эту секунду я заметил, что Айрин исчезла, а Даниэль… Даниэль вновь выходила со стороны бассейна. Её взгляд встретился с моим: что-то похожее на страх проскользнуло по её лицу.

— Где Айрин? — я помнил, как она шла в ту же сторону, куда потом и упорхнула от меня Даниэль. Моя чёртова невеста слабо улыбнулась, приняв бокал розового шампанского у официанта.

— Она, кажется, решила поплавать, — будничным тоном ответила Дана, поднимая на меня глаза и сжимая губы.

— Она… Она не умеет плавать! — вскричал я, вскипая от гнева. Немедля ни секунды, я рванулся к бассейну.

Я тут же увидел её, чувствуя, что паника бьёт меня, захлёстывая смертельной волной. Она слабо, обессиленно барахталась те две секунды, что я бежал… И вот, стала уходить на дно. Я с разбегу ныряю за ней в прохладную воду, кажущуюся сиреневой в ночном свете. Я ищу глазами её лицо, обрамлённое буйной, неудержимой копной золотых волос… Спелые губы открыты, веки наглухо зашторили глаза. Я хватаю её обеими руками с неудержимым рвением — и, словно, начинаю дышать под водой. Воздух наполняет мои несчастные, высохшие лёгкие. Я целую её в губы, возвращая воздух, весь, что есть во мне. Весь, что задержал. Господи, Айрин, пожалуйста. Я готов умереть, лишь бы она дышала… Она открывает глаза.

Боже. Теперь, тону я…

И силой выталкиваю нас на поверхность, разъединяя губы. Она кашляет, тяжело дышит и всхлипывает, обхватив мою шею руками, а ногами талию. Маленькая моя, бедная, дрожащая. Она же в одежде!..

— Всё хорошо, хорошо, — бормочу я, кладя её на шезлонг у бассейна. Она с трудом и резко вдыхает воздух, судорожно дрожа.

— Она… она хочет убить… убить меня, — всхлипывает Айрин.

— Чёрта с два, — хриплю зло я. Ох, Дана Гриндэлльт… Мы с тобой поквитаемся!

Я хватаю её на руки и несу в бильярдный зал комплекса Билла Хилтона. Сделал я это не зря — здесь намного теплее. Уложив её на широкий кожаный диван, я прошу официанта принести бутылку ликёра и халат для посетителей бассейна. Он кивает, уходя, а через минуту приносит всё, что мне требовалось. Взяв своё, уже высохшее, полотенце с шезлонга, я возвращаюсь к ней. Хрупкой, беззащитной, маленькой и дрожащей. На её бланжевой коже платье цвета лунного камня, сейчас мокрое, кажется серым… и оно облепляет её превосходное тело. Оно очерчивает её грудь — до самых сосков. Чертовка не потрудилась надеть нижнее бельё…

— Ты, кхм, подготовилась тонуть, — тихо попытался шутить я, присаживаясь рядом. Она, как маленький, забитый зверёк, резко села на диване и обняла меня за шею, крепко-крепко прижимаясь ко мне своим мокрым нежным телом… Я тяжко-тяжко вздохнул, ощущая, как огонь бежит по моим венам, заставляя быть к ней ещё ближе. Её руки вцепились в мои мокрые бицепсы.

— Не оставляй меня больше, — пробормотала она горячо на моё ухо, — Я люблю тебя. Я хочу постоянно быть с тобой, я не могу, не могу бороться с ней… Не могу.

Я взял её лицо в свои руки. Губы Айрин дрожали, слёзы текли из глаз, увлажняя и без того мокрые щёки.

— Я с тобой, — прошептал я, — Я рядом с тобой… Тебе нужно раздеться, я согрею тебя и мы уедем…

— Куда? — всхлипнула она, едва дыша.

— У меня есть одни апартаменты, где никто и никогда нас не найдёт. Моё личное холостяцкое пространство, — я поцеловал её в лоб. Она часто закивала. Пытаясь улыбаться, утёрла туш, размазанную под ресницами от слёз и бассейна.

— Мы не сможем спрятаться там навечно, — прошептала она, поднимая руки над головой, позволяя стянуть с неё платье.

— Мы сможем всё, что захотим, — я отбросил мокрую ткань в сторону. Айрин сидела рядом со мной абсолютно обнажённая. Я сглотнул, разглядывая её прелести. Кожа моей богини покрывалась мелкими мурашками от дрожи, а щёки и глаза лихорадочно блестели. — Почему ты совсем без белья? — хрипло спросил я. Она схватила меня за скулы, впиваясь в кожу ногтями.

— Я знала, что мне будет жарко, ведь… я не умею плавать, — прошептала она, — Зато, я умею стонать, — она прикусила мочку моего уха: сквозь тело прошёл такой желанный, такой знакомый ток, а затем гортанный, хриплый стон пролился по перепонкам сладчайшей музыкой.

— Я знаю это, — пробормотал я и схватив её за плечи, вновь, резко уложил на диван, заставив громко и хрипло застонать. Золотые влажные кудри рассыпались по каштановой обивке. — Я разотру тебя и мы тут же уедем, — прошептал я в её губы, провёл по ним своими.

— Хорошо, только быстрее, пожалуйста, — шумно вздохнула она; в глазах цвета сапфира горел тот самый порочный огонь, разжигающий самые честные и первобытно-страстные чувства в крови. Я налил на руки ликёр и тщательно начал растирать её грудь, упругий, подтянутый живот, изумительную шею и ключицы, руки, ноги… Всё её тело. Она тяжело дышала, протягивая хриплые вдохи и выдохи. Её пальчики с ухоженными ноготками впивались в обивку, а голова то и дело закидывалась назад. Ноги сжимались всякий раз, едва я касался её груди.

— О, Теодор… пожалуйста! — она с шумом отпустила обивку и схватила меня за плечи, царапая их. Ногти скользнули и по бицепсам, оставляя глубокие красные полосы, она рыкнула, и с укусом прижалась к моему кадыку, жадно сглотнув, всосала его. Я понял, что ничего лучше в жизни ещё не чувствовал.

— Айрин Уизли, — прохрипел я, пока мои руки, неограниченные в свободе, сползли по её хрупким лопаткам к попке, плотно сжали ягодички, — Надень халат, — я, всё же, схватил его одной рукой и просунул между нашими телами. Господи, я хочу её. Бежать отсюда и начать трахаться в высшей степени жёстко. Как можно скорее. — Я немедленно вызову нам такси и мы…

— Дорогой, я принесла вам десерт, — голос Даны прозвучал так же неожиданно, как пуля в заповеднике… Блять, вот ведь я кретин! Как я мог не закрыть дверь?! Айрин тут же натянула на себя огромный халат, спрятав себя по самую шею и резко отвернулась в сторону. Я обернулся к Гриндэлльт: она поставила кусок мороженого на бильярдный стол, бесцеремонно бросила рядом ложку. В её глазах была злость, — То-то я смотрю, утопленница пропала… А ты решил сыграть с ней партию в бильярд? — меж тем, с улыбкой произнесла она. Увидев бутылку рядом с диваном, а мокрое платье в углу, она продолжила, — Обмажь её мороженым, облей ликёром и съешь, Теодор. У меня наконец-то не будет соперницы и ты перестанешь её вожделеть. Она будет жить в тебе вечно, — Дана, казалось, слишком много выпила, ибо все её жесты и голос были полны отчаянной развязанности, что, сдавалось мне, перестала посещать её, как и все остальные чувства. Мне было противно даже смотреть на неё, не то, что говорить с ней. Однако я гневно выжег:

— Дана. Уходи отсюда к чёрту!

— Конечно. А тебя с твоей статуэткой я попрошу выйти через чёрный вход. Незачем показывать людям всю подноготную, Теодор. Такси уже ждёт вас, — с горькой улыбкой произнесла она.

Сказать, что я был изумлён, ничего не сказать. Как можно быстрее натянув брюки, больше ни сказав Даниэль ни слова, я взял Айрин на руки, после чего вышел к ожидающему нас такси. Наш внешний вид его немного смутил, но мне было плевать. Айрин была со мной и она была в безопасности. Мы едем в мою квартиру, где не уснём до самого рассвета.