Черчилль. Биография. Оратор. Историк. Публицист. Амбициозное начало 1874–1929 - Медведев Дмитрий Александрович - Страница 29

Визит Черчилля состоялся 18 декабря 1940 года. Его сопровождали жена и еще шесть выпускников Хэрроу: брат Джек, Леопольд Эмери, Джон Колвилл, министр транспорта полковник Джон Мур-Брабазон (1884–1964), министр топлива Джеффри Уильям Ллойд (1902–1984) и парламентский секретарь Казначейства (через несколько дней – военный министр) Дэвид Маргессон (1890–1965). Теперь не было никаких недовольных свистов, как тридцать лет назад. Несмотря на туман и пронизывающий холод, премьера встречали в атмосфере торжественности и нескрываемой гордости. Еще бы! Во время войны глава правительства нашел время посетить вместе с коллегами свою старую школу. «Это был восхитительный момент, наполненный эмоциями и надеждой», – признавали очевидцы570.

Черчилль выступил с небольшой импровизированной571 речью, сказав, что «песни Хэрроу и их дух связывают всех выпускников нашей школы, в какой бы части света они ни находились; песни Хэрроу играют огромную роль в том влиянии, которое получившие в этих стенах образование мужчины оказывают на нашу страну». Он пообещал: «Когда в войне будет одержана победа, а это обязательно произойдет, одной из наших целей станет построение такого общества, в котором преимущества и привилегии, получаемые ограниченным кругом лиц, будут доступны многим, начиная с детства». Также он похвалил учеников Хэрроу, которые «имели честь побывать под огнем противника, проявив при этом смелость и decorum[30]»572.

«Лучше и не скажешь», – вымолвил потрясенный выступлением главы правительства Леопольд Эмери. Он признался Черчиллю, что, слушая его речь, сам захотел стать одним из пяти сотен юношей, которые находились в то время в зале. «Некоторым из них предстоит сформировать будущее»573. Действительно, среди учеников были будущие военные, политики, дипломаты, спортсмены. Некоторых ждал успех, некоторые отдадут свою жизнь в разворачивающемся военном конфликте574.

Центральным событием этого мероприятия стало исполнение знаменитых, старых и любимых всеми присутствующими песен. Черчилль пел, помня большинство слов наизусть, лишь изредка заглядывая в песенник575. «Эти песни никогда не исполнялись так, как в тот день, – вспоминал один из учеников Майкл Томас. – Звучали слова, которые отражали боевой дух премьер-министра и боевой дух нашей страны»576. Эмоции настолько переполняли премьера, что, не в силах сдержать себя, он разрыдался, чем немало удивил собравшихся мальчишек577.

Администрация Хэрроу подготовила гостю сюрприз. Как правило, тексты песен не менялись на протяжении многих десятилетий. Лишь в особых случаях добавлялись новые куплеты. И в этот раз было сделано такое исключение. В 1940 году Stet Fortuna Domus («Удачи этому дому») была исполнена с новыми строками:

Черчиллю песня понравилось. Единственное, он попросил в первой строке заменить слово «темные» (darker) на «суровые» (sterner). «Давайте не будем говорить о темных днях, – пояснил он. – Это не темные, это великие дни, в которых когда-либо жила наша страна. И мы должны благодарить Господа за то, что нам позволили сделать эти дни памятными в истории нашей страны». А потом добавил: «Никогда не сдавайтесь, никогда не сдавайтесь, слышите, никогда, никогда, никогда, никогда – ни в чем, ни в большом, ни в малом, – никогда не сдавайтесь, за исключением дела чести или когда речь идет о здравом смысле»579.

По словам Колвилла, «премьер получил огромное удовольствие» от посещения школы580. Своему сыну Черчилль скажет, что, «слушая этих мальчишек, исполняя с ними хорошо знакомые песни, я вернулся на полвека назад, когда пел эти песни ребенком, внимал рассказам о великих подвигах и великих людях, изумляясь при этом, смогу ли и я каким-нибудь образом сделать что-то выдающееся для моей страны»581.

Начиная с 1940 года Черчилль станет почти ежегодно посещать песенные мероприятия. Именно в Хэрроу, в 1960 году, британский политик выступит последний раз на публике582. В его честь еще дважды будут меняться тексты песен. Один раз – по случаю восьмидесятилетия в 1954 году, второй – после девяностолетнего юбилея в 1964-м.

Но все это будет спустя десятилетия. В начале же 1893 года перед Уинстоном откроются двери следующего учебного заведения – курсы капитана Джеймса. Однако, прежде чем познакомиться с новыми учителями, Уинстону необходимо было прийти в себя после очередной проделки.

Рождество 1892 года он встретил вместе со своим кузеном Айвором Черчиллем Гестом (1873–1939) и братом Джеком в поместье неподалеку от Борнмута (графство Дорсет), которое принадлежало его тетке по отцовской линии леди Корнелии Уимборн (1847–1927). Поместье располагалось среди пятидесяти акров соснового леса, равномерно спускающегося к побережью Ла-Манша. Посередине лесного массива имелась глубокая расщелина с переброшенным через нее мостом. В один из дней Черчилль и его друзья решили сыграть в догонялки. Минут через двадцать после начала игры запыхавшийся Уинстон стал перебираться по мосту на другую сторону расщелины. Оказавшись на середине, он вдруг «с ужасом» обнаружил, что попал в ловушку: с одной стороны путь ему преградил Айвор, с другой – Джек.

Не желая сдаваться, он едва не распрощался с жизнью. В голове промелькнула «грандиозная» идея – прыгнуть на одно из деревьев и, ухватившись за ствол руками, соскользнуть вниз, ломая по пути мелкие ветки и сдерживая, таким образом, падение. «Я посмотрел на ели. Прикинул. Поразмыслил. Перелез через перила». Оторопевшие преследователи замерли, не понимая, что он собирается делать. «Нырять или не нырять – вот в чем вопрос!» Через мгновение Черчилль уже летел вниз, широко расставив руки, чтобы обхватить верхушку дерева. «Хотя идея и была верна, но исходные предпосылки оказались совершенно ошибочны», – прокомментирует он свое падение583.

Промахнувшись, Уинстон камнем упал вниз с десятиметровой высоты. Результат был удручающим – три дня без сознания, два месяца в постели, разорвавшаяся почка и перелом бедра. Причем о последней травме пациент узнает лишь спустя семь десятилетий, когда после перелома ноги в Монте-Карло ему сделают рентген и с удивлением обнаружат признаки старого повреждения.

Увидев лежащего без сознания Уинстона, Джек и Айвор помчались за помощью. Дома они с ужасом бросятся к леди Рандольф: «Уинни спрыгнул с моста и ничего нам не отвечает». Захватив с собой на всякий случай бутылку бренди, Дженни побежит в лес.

Вскоре в Борнмут приедет и лорд Рандольф; он прервет отдых в Дублине у лорда Фицгиббона и первым же курьерским поездом отправится к постели непутевого сына.

Случай с Уинстоном попал в T e Times584 и вызвал язвительную реакцию в высшем свете. «Мальчишки всегда остаются мальчишками, но я не вижу необходимости, чтобы они считали себя птицами или обезьянами и вели себя подобным образом», – острил друг и компаньон Черчилля-старшего по скачкам Уиндхэм Томас, 4-й граф Данрэвен (1841–1926)585.

Были и те, кто сумел своими комментариями пройтись не только по Уинстону, но и по его отцу.

– Говорят, с сыном лорда Рандольфа произошел несчастный случай.

– В самом деле?

– Играл в игру «Следуй за лидером».