Звёздная дорога - Гамильтон Питер Ф. - Страница 84

– Почему оно поехало туда? – спросила Лорелль.

– Кто знает? – ответил Сид и велел ей перенести перекресток в центр.

Иногда им везло, и трал чуть дальше по дороге давал вырубленную секцию с плохим углом обзора. Не в этот раз. Да что ж такое!.. Сиду пришлось несколько минут изучать оживленный перекресток, чтобы вычислить, какое из проехавших через него такси было нужным ему.

Вот почему это становилось опасным. Они решили, что смена каждого следователя будет длиться всего два часа; уровень раздражения в сочетании с количеством мелких деталей означал слишком сильное искушение делать поспешные выводы и необоснованные предположения. Сид хотел отследить каждое такси самостоятельно, чтобы полностью убедиться. Но это было физически невозможно, так что ему пришлось довериться коллегам. Кошмарный сценарий заключался в том, что они закончат все двести семь такси и обнаружат, что где-то допустили ошибку, что кто-то пропустил дыру, потому что маршрут показался очевидным, потому что устал, потому что его отвлекли на пару секунд. Если они не найдут нужное такси, придется начать сначала.

Впрочем, этому не бывать; О’Рук уж точно подобного не допустит.

Сид подтвердил, что такси проехало вдоль бульвара до перекрестка с А 186. и передал вахту Еве в одиннадцать ноль-ноль. Его два часа истекли; выходя из театра, он ощутил сильное облегчение пополам с угрызениями совести.

Обстановка в Офисе-3 точно отражала боевой дух команды. У него по-прежнему была полная команда детективов, которые обрабатывали данные за консолями. Все сидели в свитерах из-за плохо работавшего кондиционера. В урнах громоздились обертки от фастфуда и одноразовые стаканчики. На ковре появились новые неопознанные пятна. Подлокотник кресла Абнера был прикручен черной липкой лентой.

Приостановившись у двери, пока включалась синяя печать звукоизоляции, Сид подумал о том, до чего сильную тоску навевают грязь и апатия. Как все изменилось за месяц, с того момента, когда они начинали с неограниченным бюджетом и шумным давлением со стороны политиков, требовавших во всем разобраться. Люди приходили рано и оставались допоздна, с энтузиазмом вкладываясь в монументальное дело. А теперь это. Он и сам не находил сил для достойного напутствия каждое утро. Он чувствовал себя тренером клуба пятого дивизиона в конце сезона, перед которым маячило изгнание в забвение. Все его умные разговоры, удерживание Евы и Йена в готовности предоставить решающую улику, были бездарно растрачены. И судя по тому, как в последнее время поглядывали на него в столовой Хлоя Хили и Дженсон Сан – точно аллигаторы на утенка, – он был уверен, что О’Рук в своем офисе на шестом этаже точит нож.

Сетка радужковых смартклеток показала иконку связи, которая заставила Сида нахмуриться. Это была эмблема метро Ньюкасла, темно-жёлтый квадрат со стилизованной красной «М» в центре. Он повернул иконку и увидел развернувшийся текст от системы управления метро, который сообщал, что его проездной на день активирован.

Доказательством унылого настроения детектива служило то, что ему понадобилось добрых тридцать секунд, чтобы понять смысл происходящего. Он забрал куртку из внутреннего офиса и вышел, напоследок бросив Йену:

– Я на обед.

С темно-серого неба падал лёгкий снег, предвещавший через пару часов тяжелый снегопад. Он тащился по Грей-стрит к станции метро у Монумента, ближайшей к Маркет-стрит. Казалось, наступил вечер, таким тусклым был свет. Жижа хлюпала под высокими ботинками Сида, пока он спускался по ступенькам ко входу в подземку.

Каниша Саид была там – мячик из темно-синего мохера с зелёным шарфом из шотландки и шапкой в тон. Она неспешно подошла к большой карте метрополитена, закреплённой на стене напротив ряда эскалаторов. Он встал рядом, и она отошла бочком, пока не оказалась лицом к лицу с голографическим постером, рекламирующим курорт «Парсек» на Средиземноморье, где девушки в бикини замедленно играли в пляжный волейбол, а на заднем плане мерцал беломраморный отель. Позади двигался постоянный поток людей, которые топтали жижу и пихали их в спины.

– Тут нет трала, – сказала Каниша.

– И софта, читающего по губам, – договорил он за нее.

– А ты растешь, детектив.

– Спасибо. У тебя есть для меня имя?

– Нет.

– Вот дерьмо! Каниша, в чем дело?

– Я кое-что услышала. Что-то происходит. Что-то большое.

– Ладно, подруга. Что именно?

– Я не знаю, кретин. Чтобы знать, надо быть внутри.

Сид уставился на экзотический пляж с его блистающим солнечным светом и изумрудными пальмами.

– Твою мать!.. – прошипел он.

– Кто-то затеял масштабное дело. Подумай о том, что это значит.

– Маловероятно, что две большие корпоративные спецоперации идут одновременно.

– Молодец, лапуля. Что бы ни скрывалось за этим убийством, оно приближается к завершению.

– Ты можешь узнать?

– Нет. – Её круглая голова покачалась из стороны в сторону. – Это твоя работа. Ты должен наведаться в отдел по борьбе с бандитизмом. Они идиоты, но не совсем бесполезны. Улики где-то в их секретных сведениях. Закономерность, имя. Ты должен понять, как это прицепить к твоему делу.

– Да, точно.

– Теперь мы в расчете, детектив. Прощай.

– Береги себя, подруга.

Сиду никогда не нравился пятый этаж. Прежде всего, там располагался офис департамента полицейских стандартов, который занимался внутренними расследованиями против полицейских Ньюкасла; в прошлом году он провел там достаточно много времени. Но ещё там находились три отдела, которые считали себя элитой. У Сида было на этот счет собственное мнение.

Детектив первого ранга Хайфа Фуллертон встретилась с ним в вестибюле около лифтов; в офисы особых отделов никого не пускали без эскорта. Вокруг было распылено большое количество смартпыли с функцией подавления, которая обеспечивала безопасность сетей пятого этажа.

Хайфе было за пятьдесят; с усталым лицом, с минимальным количеством макияжа, с темными волосами, остриженными коротко, чтобы не тратить много времени на уход. Серый костюм из универмага, купленный по средней цене, успешно дополнял её образ скучного бюрократа, который слишком занят подсчетом расходов, чтобы обращать внимание на кого-то. Приветствие было профессионально вежливым, и не более того. Она провела его в свой кабинет. Угловой, подметил Сид, прямо под О’Руком, но значительно меньше.

– Чем могу помочь? – спросила она, когда он уселся перед её столом.

– Вы слышали о моем деле?

– Захват автомобиля Норта; говорят, вы не очень-то продвинулись.

– Мы работаем с симуляцией, которая должна дать главного подозреваемого.

– Точно. Отслеживание такси, к которому О’Рука принудил АЗЧ. Ему это не нравится, Сид.

– Да разве О’Руку когда-нибудь что-то нравилось?..

Он ухмыльнулся ей с видом игрока, который выложил все карты на стол – образцовая уловка. Хайфа входила в число ярых приверженцев О’Рука, была частью той крепкой пирамиды, которая помогала ему удерживаться на посту.

– Тот, кто убил моего Норта, должен был пользоваться поддержкой банд.

– Логично. Такси принадлежало им, и, чтобы порвать тралы, требовалась организация. Но если бы я что-то знала, я бы вам сообщила. Я хочу сказать, к черту памятку по сотрудничеству между отделами – мне хватит и благодарности.

– Я отблагодарю. Мне просто нужно выжить.

– Так чего же вы хотите?

– Разворачивается большая игра, и я думаю, здесь есть связь. Я бы хотел узнать, что вам об этом известно.

– Хм… – Она уставилась на него с непроницаемым видом. – И как же вы об этом узнали?

– Мое собственное расследование. Птичка на хвосте принесла.

– Похоже, большая была птичка.

– Выходит, что-то и впрямь происходит?

Хайфа не торопилась с ответом, разыгрывая целый спектакль, чтобы он понял, кто тут альфа-самка.

– До нас дошли сведения, что на улицах наблюдается некая деятельность, – наконец-то призналась она.