Звёздная дорога - Гамильтон Питер Ф. - Страница 249

– Все добрались нормально? – спросил он.

– Лулу внутри, – сказал Дарвин. – Мадлен вернулась за чем-то. Я не смог её остановить.

Вэнс изучил сетку, но личная иконка Мадлен Хок отсутствовала.

– Монстр вернулся, – прорычал он и прибавил, обращаясь к Дарвину: – Внутрь, немедленно.

Буйство молний улеглось, и Вэнс остался в одиночестве в сумерках яростной метели. Он наклонился против ветра и поспешил вперёд так быстро, как только мог. Жучок на Анджеле не двигался. Элка активировала инфракрасную функцию радужковых смартклеток, обратив поле зрения в кипящее мутное облако сапфирового и цианового цветов. Зыбкое розоватое свечение то появлялось, то исчезало, когда поперек него проносились суровые снежные шквалы.

Эльстон крепче сжал пистолет и потащился через адскую пустошь изломанной ледяной реки. Теперь его ничто не могло остановить: ни погода, ни монстры. Анджела Трамело наконец-то расскажет ему правду, чего бы это ни стоило. Господь в доброте своей поймет и простит крайние меры в такой день.

Красное мерцание усилилось, расширилось, четко проступая из расплывчатого хаоса. Ещё одна шаровая молния упада на землю у Вэнса за спиной. Хлынул белый свет, озарив каньон. Впереди стояли двое!

Узнать Анджелу в парке с завязанным вокруг головы толстым шарфом из тех, что она связала, было нетрудно. Монстр стоял рядом с нею. Его кожа была более гладкой, чем Вэнс видел на изображениях, и он оказался не таким массивным, как ожидалось.

– Я взглянул на тебя, – прорычал Вэнс сквозь бурю, – и узрел я дьявола.

Он поднял пистолет и пошел вперёд. Выстрелил. Один раз. Второй.

Монстр пригнулся и увильнул. Как и было с Рави, пули не оказали на него никакого воздействия. «Мне надо подобраться ближе. Надо прицелиться как следует». Тут Вэнс понял, что у существа нет пальцев-лезвий. Вообще-то оно выглядело совершенно по-человечески, несмотря на безликость. «Должны существовать разные виды».

– Стоп, стоп! – заорала Анджела. Она бежала на него, неистово размахивая руками. – Эльстон, мать твою, прекрати стрелять!

– Вы в сговоре! – с ужасом крикнул он. Развернул пистолет, нацелил на предательницу, которая слишком долго являлась ему в снах. Шлюху Сатаны. Архиобманщицу.

– Это моя дочь! – завопила Анджела.

Вэнсу не верилось, что что-то может помешать ему нажать на спусковой крючок. Но его палец внезапно отказался двигаться.

– Что?

Он узнает… он наконец-то узнает!

– Мадлен, она моя дочь. Я из-за нее была в особняке.

– Это… Я не… – Вэнса охватили сомнения. Его элка сообщила о запросе на установление связи, исходящем от темной фигуры. Личный код принадлежал Мадлен Хок. – Ты не можешь быть… – пробормотал он.

– Это я, – сказала Мадлен. – Я агент под прикрытием. Мое настоящее имя – Ребка Девойал, и Анджела – моя мать.

– Ты и есть монстр?

– Что за чушь? Нет. Это метамолекулярная броня. Константин Норт послал меня. Юпитер хочет знать, что происходит.

– Иисус милосердный, – простонал Вэнс. Он ждал чего угодно, только не… дочь. – Как? – взмолился он.

– Мне нужны были деньги, чтобы спасти её, – сказала Анджела. – Я обворовывала Нортов.

– Так ты действительно их не убивала. – Откровение было почти божественным. Вэнс едва не рассмеялся от чистейшей радости, пришедшей с долгожданным пониманием.

– Конечно, мать твою, не убивала, кретин! – огрызнулась Анджела.

Вэнс улыбнулся. Уж такая она, Анджела. Единственная и неповторимая…

Что-то шевельнулось позади Ребки.

– Осторожно! – заорал он и снова вскинул пистолет.

Рука с пятью пальцами-лезвиями обрушилась на бок девушки.

Ребка решила, что её испорченное прикрытие больше не имеет значения. Она не видела, каким образом это её теперь компрометировало. И уж точно благодаря этому дурак-полковник в нее больше не стрелял. Ему оставалось лишь умолять Анджелу, чтобы она все объяснила. А мать, конечно, была слишком сердита.

Ребка хмурилась, пока два давних противника рычали друг на друга. Инфракрасные рецепторы показывали ей, что пистолет в руках Эльстона намного теплее, чем все остальное. Потом он вдруг заорал, глядя прямо на нее, и поднял свое оружие…

Что-то её ударило. Даже усиленные мышечные функции брони не помогли ей удержаться на ногах. Ребка упала навзничь и проехалась по льду, твердому как камень. На сетке вспыхнула красная иконка, рапортуя о повреждениях, которые получил её сетевой пистолет. Оружие было полностью разрушено. Монстр сделал это намеренно. Полоснул лезвиями по кобуре. «Как он узнал?»

Боевые аналитические программы подключились к её зрительным нервам, анализируя каждый бит данных, поступавших от внешних сенсоров, и предсказывая варианты действий – самой Ребки и её противника. Она перекатилась по льду, используя инерцию, чтобы увеличить скорость, и вскочила, принимая боевую стойку. Недостаточно быстро.

Монстр следовал за ней. Его рука снова взметнулась и ударила Ребку по шее до того, как она успела полностью обрести равновесие. Метамолекулы защитили её от лезвий, но как же это было больно! Вспыхнули оранжевые иконки. Вообще-то броня с трудом удерживала целостность под такими ударами.

– Дерьмо! – проворчала девушка.

Новый удар, падение, перекат. Неловкая попытка встать на ноги. Монстр высился над ней, воздев руку для сокрушительного удара. Он был близко.

Ребка лягнула противника. Она провела ступней вдоль подсказанного программой вектора максимального удара, чью силу увеличили метамолекулы, активно корректировавшие движения её тела. Её пятка безупречно врезалась в его лодыжку. Сила удара сбила монстра с ног, он рухнул на неровный жёсткий лёд. И немедленно начал подниматься.

С помощью метамолекулярной брони Ребка его опередила. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Анджела несется на помощь.

– Нет! – заорала она, вскидывая руку, чтобы не позволить матери приблизиться.

Монстру этой заминки оказалось достаточно.

Его пинок угодил прямиком ей в поясницу. Ребка взлетела над землёй и совершила половинное сальто сквозь потоки снежных хлопьев.

Позади машин колонны упала шаровая молния, взорвалась и превратилась в светящийся фонтан, огненные струи взмыли на двадцать метров сквозь метель. Ребка с её усиленными чувствами увидела эту картину в безупречном черно-белом свете.

Монстр повернулся, преследуя её. Анджела все ещё неслась вперёд, вскинув руки. Эльстон топал позади, пытаясь удерживать теплый пистолет нацеленным на чудовище.

– Мама, не подходи! – крикнула Ребка, как будто от этого был какой-то толк. Она, не веря своим глазам, увидела, как Анджела снимает перчатки.

Её элка подсказывала боевые опции. Оружие переходило в активный режим. Ребка проклинала себя за медлительность, за то, что позволила эмоциям повлиять на реакции. Без сетевого пистолета ей не удастся захватить монстра в плен. Теперь ею двигало лишь желание выжить. Она начала подниматься.

Молния погасла, рассеявшись над замёрзшей рекой. Их снова накрыла тьма. Сенсоры Ребки зафиксировали яркую вспышку у дула пистолета Эльстона. Монстр повернулся к нему – и к Анджеле. Смертоносные лезвия взметнулись. Потом Анджела прыгнула.

Ребка закричала.

Но Анджела протянула руки перед собой, и сенсоры Ребки различили необыкновенно странный электрический импульс, бегущий от её локтей к кистям.

Они работали, старые черные ки-импланты. Анджела почувствовала, как острия протыкают кожу на кончиках пальцев, когда прыгнула, чтобы отвлечь монстра от безжалостной атаки на её дочь. Десять острых болезненных уколов, которые она проигнорировала. Монстр поворачивался, его лезвия вытягивались, и они повторяли свой старый танец. Она вскинула руку, чтобы опять ударить его в плечо, но на этот раз ниже.

Клетки выпустили разряд. Как и двадцать лет назад, последовала ослепительная вспышка, и монстр попятился сквозь ледяную тьму, теряя равновесие. Но сейчас что-то пошло не так. какой-то кусочек изоляции не развился как следовало. В левом запястье вспыхнуло пламя. В глотке у оглушенной Анджелы застрял вопль мучительной боли. На миг все её чувства отключились, и она ударилась о землю, беспомощно распластавшись, с дико колотящимся сердцем.