Звёздная дорога - Гамильтон Питер Ф. - Страница 221

– Сколько… компонентов в созвездии теперь? – спросил он.

– Больше ста, сэр, – ответила Той. – Плюс ещё большие куски астероидного камня; мы идентифицировали как металлосодержащую разновидность, так и углистые хондриты, а ещё айсберг внушительных размеров. Предположительно, из этих источников можно получить полный набор металлов и минералов для переработки в сырье. Они времени зря не теряли.

– Это точно.

Генерал следил за данными, которые скользили по боковой части панели, показывая ему, как включается военный портал в Кейптауне. Межпростран-ственное соединение, объединяющее Землю и Юпитер, должно было сжать дистанцию в сорок четыре световые минуты до нуля. Было нечто оскорбительное в том, чтобы запускать изумительную машину для установления такого короткого соединения, – она была создана, чтобы тянуться к звёздам, помогать людям отбивать атаки самого страшного врага во Вселенной. Теперь генерал хотел её использовать ради сердитого разговора с упрямым отшельником.

Несколько участков в потоке данных сделались красными. Спина капитана Той напряглась. Она начала быстрые переговоры с техниками в Кейптауне, контролировавшими портал. Цвет переключился на оранжевый, а потом опять стал красным.

– Капитан? – негромко спросил Шайкх.

Той повернулась к нему лицом, на лбу выступили капли пота.

– Сэр, мы не можем открыть портал вблизи от Юпитера. Что-то блокирует соединение с той стороны.

– Мы знаем что?

– Портальные техники думают, что это нечто равнозначное нашим станциям квантовой деформации из системы «Земной щит», сэр.

Генерал Шайкх бросил на Фендеса ледяной взгляд.

– Как, во имя Аллаха, Константин мог заполучить эту технологию?

– Я бы предположил промышленный шпионаж, – ответил майор.

– Не согласен, – возразил Вермекия. – Либо Юпитер разработал собственный вариант вроде реакционно-инертного космического двигателя, либо получил технологию от более продвинутой разумной расы.

– С Сент-Либры?

Вермекия пожал плечами.

– Это был бы логичный вывод.

– Капитан, – сказал Шайкх, – насколько близко к Юпитеру мы можем открыть портал?

– Мы думаем, около семи миллионов километров, сэр.

– Что ж, полагаю, придется удовлетвориться этим…

Он потрясенно замер, получив от элки сигнал тревоги первого уровня. На двух стенных панелях в секции «Солнце» появились схемы действий в случае чрезвычайной ситуации. Армада земных сенсорных спутников на высокорасположенной орбите регистрировала изменения в пространстве-времени в пятидесяти тысячах километров над Тихим океаном.

– Не разлом, – рявкнула капитан Той. – Повторяю, это не Зант-разлом.

– Что это? – требовательно спросил Шайкх.

– Сэр, это межпространственное соединение. Оно держится на удивление стабильно… есть лишь слабые колебания. И оно примерно один метр в диаметре.

– Что?

– Кажется, гора только что пришла к Магомеду, – тихонько проговорил Вермекия.

– Сэр. – Капитан Той с потрясенным видом повернулась к генералу. – Оно посылает запрос на установление канала связи через наши спутники стратегической коммуникации. Входящий звонок с использованием юпитерианского дипломатического шифрования.

– Используй мой ключ, – сказал Шайкх элке. – Направь звонок сюда.

Все на станции «Солнце» увидели, как юношеское лицо Константина Норта материализовалось перед генералом Шайкхом.

– Генерал.

– Мистер Норт.

– Вы хотели поговорить со мной?

– Безусловно, хотел. Похоже, вы там у себя разработали примечательную технологию.

– Спасибо. Как и вы. Я большой поклонник «Земного щита».

– Я намекал на двигатель для космического корабля.

– Ну разумеется.

– Ваш агент забрал из Ньюкасла кое-что.

– Мой сын взял под арест пришельца – возможно, того самого, который убил моего брата и моих племянников.

– Сейчас не время для личной мести, Константин. Это первый разумный пришелец, которого мы встретили. Нам надо установить диалог, а не вершить возмездие. Мы не можем себе позволить ещё одного межзвёздного врага.

– Жаль, что вы вынесли обо мне такое суждение, генерал. Мертвецы мертвы, ничто их не вернёт; я озабочен исключительно защитой живых, всех живых, где бы они ни находились и кем бы ни были.

– Как и я. Цель существования Альянса защиты человечества – охрана нашего вида.

– Генерал, пожалуйста, поймите, я не собираюсь с вами ссориться. Я просто верю, что мое положение позволяет лучше разобраться с этим вторжением. Мы, Норты, привлекли его внимание. Мы то, что ему нужно.

– У вас нет монопольного права на это. Мы должны знать, с чем столкнулись.

– Я не намерен монополизировать сведения, полученные во время этого контакта.

– Хорошо. Могу ли я послать к Юпитеру команду, чтобы они проследили за первой встречей?

– К сожалению, нет.

– Почему?

– Я не могу полностью доверять АЗЧ.

– Я нахожу это оскорбительным. Мои сотрудники готовы на самопожертвование ради защиты людей, где бы те ни находились, включая Юпитер, если бы таковая необходимость возникла.

– Прошу вас, генерал. Вы знали, что пришелец реален. Вы знали об этом двадцать лет назад, но намеренно придержали эти сведения для себя. Я видел записи весьма жестокого допроса бедняжки Анджелы Трамело. Я видел, что вы вытащили из её воспоминаний. Но вы засунули это в самый отдаленный кэш и без труда забыли. Не надо читать мне лекции об ответственности.

– Картины из разума девушки с нарушениями психики ничего не доказывают. Это могла оказаться какая-нибудь застрявшая в памяти зонная драма, ночной кошмар, психоз. Мы не знали. Официальное объявление о существовании монстра вызвало бы панику и страх. Наша защита не ограничивается физическим воздействием. Цивилизации нужен порядок, чтобы продолжать функционировать. И его тоже следует поддерживать.

– Безусловно. Вы несете ответственность перед вашими политическими казначеями и их вечным поиском статус-кво. Я – нет. Я в точности узнаю, что это за существо и откуда оно явилось. Я узнаю его намерения. Когда эти сведения будут получены, я обнародую их. С вашим одобрением и согласием или без такового. Я убежден, что приближается время глубоких перемен, как в материальном смысле, так и в философском. Надеюсь, генерал, вы сможете адаптироваться – правда надеюсь, ибо я вижу, что в глубине души вы честный человек, а таких людей сейчас единицы.

– Константин…

– Я свяжусь с вами, когда у нас будет информация. Даю вам слово.

Связь прервалась. На больших панелях сенсорные спутники рапортовали, что межпространственное соединение закрылось.

– Что теперь? – спросила капитан Той.

– Ждём, – сказал генерал. – И, видимо, молимся.

Константин в одиночку отправился в тороид номер три в транзитной капсуле. Вращающееся колесо располагалось в конце обитаемого скопления, рядом с изначальным колесом-хостелом, отделенное решетчатой боковой осью длиной в триста метров. Константин не хотел подвергать опасности остальных жителей, когда встреча наконец-то состоится. На боковой оси крепились пироболты. На всякий случай.

Тороид-3 построили больше восьми лет назад из суперкрепкого сочетания углерода и титана, разработанного на Юпитере. Корпус оставался неизменным, но внутренние системы постоянно перестраивались в соответствии с самыми продвинутыми технологиями.

Константин прошел в наблюдательный центр приемной камеры – простую круглую комнату с единственным офисным креслом из черной кожи в центре. Ему не нужны были атрибуты вроде консолей, экранов и зон, которыми пользовалось остальное человечество, его ресеквенированный мозг поддерживал множество соединений и стандартных программ визуализации. Он сел в старое кресло, которое привез с Земли пятьдесят пять лет назад, и стал ждать. По другую сторону метамолекулярной стены располагалось главное приемное помещение – полусфера диаметром десять метров. Поверхность пола и стен была сейчас мягкой, вроде слоя губки. Единственными твердыми артефактами в ней остались койка, раковина и туалет. Кольцо возле высшей точки полусферы излучало синевато-белый свет, соответствовавший спектру Сириуса при нормальных условиях.