Звёздная дорога - Гамильтон Питер Ф. - Страница 140

Моника подошла ближе и обняла расстроенную девочку.

– Теперь послушай меня. С того самого момента, как космический корабль привез тебя в Гибралтар, я желала одного – защищать и растить тебя. Однажды тебе расскажут о твоем наследии, потому что оно особенное, уникальное. Но до сих пор мы об этом не говорили, потому что ты ещё ребенок, и я хочу, чтобы твое детство длилось как можно дольше, ибо я люблю твой смех, твой восторг, и ещё люблю побеждать тебя в теннисе; и мне даже нравится, когда ты закатываешь сцены, потому что это доказывает, какой ты целеустремленный маленький кошмар. А каждая твоя улыбка – самый драгоценный, самый чудесный момент во всей Вселенной для меня.

Ребка больше не могла сдерживаться и зарыдала.

– Я ужасная? В этом все дело? Я из плохой семьи? И тоже стану плохой?

– Нет, конечно нет. Совсем наоборот. Вот почему мы не делали из этого проблему. Прошлое позади, и твоя будущая жизнь в твоих руках. А когда тебе все же придется узнать правду, мы с твоим отцом будем рядом, чтобы помочь справиться с любой трудностью. Но пока что ты не могла бы сосредоточиться на развлечениях? В этом странном и удивительном обиталище очень многое способно доставить тебе радость. Тебе многому предстоит научиться.

Ребка торжественно кивнула:

– Ладно. Я буду хорошей.

– Ты не обязана быть безупречной, дорогая. Просто разберись с тем, какие правила не стоит нарушать.

– Например, нельзя игнорировать предупреждение о радиационной опасности?

– Например, нельзя вести себя так, словно его цель – доставить неудобства лично тебе. Это не так. У нас не всегда был арб-молекулярный щит.

– Знаю. Я это Раулю сказала.

– Ты и впрямь внимательна на уроках, верно?

– Мне нравится школа, – твердо заявила она.

– Хвала Небесам за это.

– И я поддаюсь тебе в теннисе.

– Да ты что?

– Почему мы здесь, мама? Зачем Константин построил обиталище?

– Потому что кто-то должен был это сделать.

– Почему? В чем смысл всего этого?

– Юпитер – анклав человеческой цивилизации, которая, как мы решили, не должна исчезнуть. Мы одновременно убежище и, если понадобится, семя, из которого снова вырастет человечество, если Зант преуспеет в уничтожении всех наших миров. Мы с твоим отцом пришли сюда вместе с Константином, потому что поверили в его мечту об обществе, которое отвергает алчность и эгоизм и, более того, может помочь остальной человеческой расе.

– Это мы и делаем? – взволнованно спросила Ребка. – Помогаем людям?

– Да. Просто они пока что об этом не знают.

Межзвёздный оперативный центр представлял собой большой зал с бетонными стенами на самом нижнем уровне штаб-квартиры АЗЧ, которая сама по себе была размером с небольшой город, закопанный на супербезопасный километр под Элис-Спрингс в австралийской пустыне. Там, как верили создатели, он смог бы работать по меньшей мере месяц после начала Зант-бури, ведя последнюю битву и защищая родину человечества достаточно долго, чтобы состоялась неизбежная эвакуация. Это было бы сражение, в значительной степени координируемое оперативным центром, чьи стены покрывали большие изогнутые голографические панели, на которых демонстрировались разнообразные улучшенные изображения каждой звёздной системы, заселённой людьми. Флотилии разведывательных спутников, у которых было больше сенсоров, чем иголок у морских ежей, облетали эти звезды по орбитам от пары миллионов километров, то есть прямо над полыхающими коронами, до ледяных пустошей внешних астероидных поясов. Они выполняли только одну функцию: мониторить квантовую структуру пространства-времени на предмет любых слабых искажений – предвестников Зант-роя – и отправлять данные обратно к планетным порталам, а оттуда через специальные, хорошо защищённые сети АЗЧ на Землю.

Вся процедура мониторинга полностью автоматизирована, мощнейшие из когда-либо созданных ИИ анализировали и интерпретировали любой всплеск и флюктуацию в каждом междоузлии поля. Это не помешало АЗЧ разместить в оперативном центре более сотни высококвалифицированных технических специалистов, которые бдительно дежурили за зонными консолями, проверяя телеметрические потоки, поступающие со спутников, и постоянно обновляя статус каждой звёздной системы.

Они были готовы к любому признаку приближающегося Зант-роя, который мог угрожать миру, заселённому людьми.

Но, невзирая на все тренировки на случай непредвиденных обстоятельств, все разнообразные сценарии, придуманные комитетом по тактической оценке, оперативный центр не вполне понимал, как следует реагировать на новость о пятнах на Сириусе. Состояния боевой готовности, которое соответствовало бы этому, безусловно, не существовало. Из транснета поступали в основном слухи, а не достойные доверия данные. Значит, решила капитан Той, их первостепенная задача – выяснить, что именно происходит. Как глава отдела наблюдений за Солнцем, она присматривала и за Сент-Либрой, вечным проблемным ребенком АЗЧ.

В отличие от прочих транскосмических миров, гигантская планета не имела своего отделения АЗЧ. Базы АЗЧ там тоже не было, только офис в Хайкасле. Сент-Либра – лишь малозначимый член Альянса. Все упиралось в деньги. Совет Хайкасла, представлявший собой самое большое демократическое правительство на Сент-Либре, отказался облагать граждан и корпорации такими налогами, каких требовало полноценное членство в АЗЧ. В основном потому, что Хайкасл был корпоративным городом, а совет организовали «Нортумберленд Интерстеллар» и её биойлевые соратники. Их бухгалтеры решили, что все обитатели планеты, имеющие отношение к компаниям, живут на расстоянии нескольких сотен километров от портала. Они могли выбраться быстро, в отличие от других планет, чьи граждане-пионеры славно расселялись от полюса до полюса. Разумеется, так было до того, как Бартрам взял и основал Абеллию, но даже после появления города ничего не изменилось.

А ещё существовали Независимые государства, которые все без исключения выказывали открытую враждебность при любом намеке на то, что они отвергали как «покорение репрессивной милитаристской власти АЗЧ». В результате план действий на случай Зант-роя на Сириусе так и остался проблемой, которую политики перекладывали друг на друга. Разрешит ли ГЕ всем бунтарям, анархистам, антигосударственникам и религиозным фундаменталистам вернуться через портал – если вообще кто-то из них сумеет преодолеть такое расстояние во время Зант-роя? С политической точки зрения, было бы трудно захлопнуть дверь перед носом у миллионов людей и обречь их на гибель. Это, в свою очередь, подталкивало к возможности эвакуационного прикрытия со стороны АЗЧ за счет налогоплательщиков со всех других планет. Окончательное решение вопроса о том, насколько человечным окажется человечество, постоянно откладывалось всеми межзвёздными правительствами.

Теперь капитану Той предстояло выполнить предварительный анализ, который вполне мог привести к получению ответа на этот самый щекотливый из всех вопросов. Она повернулась к своему начальнику-полковнику и спросила:

– Что мне делать?

– Получите больше данных, – последовал простой ответ.

Той посмотрела на тот большой стенной экран, где отображались все данные по структуре пространства-времени, которые АЗЧ получал с Сент-Либры. По сравнению с любым другим экраном в центре он был почти пустым. Запустить спутники с Сент-Либры невозможно, потому что ни один космический аппарат не прошел бы сквозь кольца. Взамен АЗЧ решил поместить пять квантовых сенсоров по всему континенту Амброз. Теоретически они должны засечь нарушения устойчивости, свидетельствующие о приближении Зант-роя. Если им повезет, Хайкасл можно предупредить за полчаса до начала падения глыб.

Прямо сейчас ни один детектор не регистрировал квантовых аномалий. И потому АЗЧ, величайшая защитная сила, когда-либо собранная человеческой расой, вынужден был полагаться на компанию слегка эксцентричных владельцев телескопов из Хайкасла, чтобы принять решение, от которого в конечном итоге зависела жизнь или смерть миллионов людей. А ведь Той даже не знала, сколько там телескопов.