Звёздная дорога - Гамильтон Питер Ф. - Страница 124

– Понимаю. Прямо сейчас?

– Они переживают, что вы попытаетесь спрятать имущество.

– Да ты что?

Она повернулась и увидела, что в грандиозный холл входит большая группа людей. В отличие от агентов, их одежда и близко не была такой дорогой. Офисные чиновники. Маленькие люди, которых она даже не замечала, занимаясь своими обычными делами. Теперь они пришли, чтобы разорвать остов её жизни на части и заработать себе миленькую премию.

Анджела вскинула руку.

– Видите это кольцо? Обручальное. Сегодня вечером жених сделал мне предложение. Кому оно принадлежит?

Мэтьюз начал понимать, что все будет не так просто, как он думал.

– В строгом смысле слова, чиновники комитета могут предъявить права на любую вашу личную вещь. На практике они, конечно, оставят вам какую-то одежду и предметы, которые стоят недорого, но имеют сентиментальную ценность. Боюсь, такое кольцо точно заберут. Это, э-э, бриллиант?

– Он самый. Давайте-ка узнаем, что мой жених, гражданин Нового Монако, может сказать по этому поводу, хорошо?

Мэтьюз склонил голову.

– Разумеется.

Он и другие агенты принялись совещаться с командой из комитета по финансовому регулированию, оставив её наедине с Марлаком.

– Они действительно все отследят, – негромко сказал Марлак. – Нам с вашим отцом даже в голову не пришло что-то спрятать. Предполагалось, что Новое Монако – это место, где состояние плутократа в безопасности.

– Знаю. – Она прищурилась. – А как же ты? Они ведь ничего у тебя не заберут?

– Ничего из того, что мне было выплачено, нет. Я не получил зарплату за этот месяц, так что теоретически являюсь одним из кредиторов.

– Прости.

– Пустое. Я полноправный богач… по обычным стандартам по крайней мере. Вообще-то вы можете отправиться со мной на Новый Вашингтон и жить у меня сколько захотите. В парке возле моего дома есть гостевой коттедж. Знаете, а ведь я там не был восемь лет.

– Нет. Это очень, очень мило с твоей стороны, Марлак. Но я не выношу подачек. Похоже, тебе действительно придется выйти на пенсию и проводить больше времени с внуками.

Марлак изобразил гримасу.

– Жуткая мысль. Но как же вы, что вы будете делать?

Невысказанный вопрос заставил её вздрогнуть. «Что ты умеешь делать? Какая от тебя польза?»

– Это как раз то, чему мне придется научиться. У меня есть дипломы по финансовой теории. Может, они помогут мне… – Анджела умолкла. «Получить работу». Чем больше она об этом думала, тем сильнее ощущала унылое веселье. «Да кто в целой Вселенной даст мне работу? Черт возьми, да я бы сама себя не наняла». Она одарила Марлака грустной улыбкой. – Двадцать миллиардов людей справляются. Как-то.

– В самом деле, справляются. Я не знал, что вы помолвлены. Хьюсден, не так ли?

– Да.

– Он хороший человек. Позвоните ему. Он заслуживает узнать это от вас.

– Точно.

Она глубоко вздохнула и велела элке сделать звонок. Ей ответил софт, который распоряжался транснетовым адресом принца Матиффа.

– Принц больше не будет принимать от вас звонки.

– Я понимаю. У тебя имеется функция передачи сообщений?

– Да.

– Сообщение начинается: молись, чтобы мы никогда не встретились снова. Молись изо всех сил. Конец сообщения.

Она облизнула губы, довольная тем, как хорошо почувствовала себя. Пустая угроза… а может, и нет. Она проживет долгую жизнь. «Спасибо, папочка». Анджела шмыгнула носом, прогоняя слезы.

Хьюсден ответил на её звонок тотчас же. Впрочем, он всегда был отличным парнем.

– Я слышал, – сказал он. – Картель только что сделался притчей во языцех. Мне так жаль твоего отца.

– Это очень мило, – сказала она. – Он не страдал. Совсем наоборот.

– Хорошо.

Молчание затягивалось.

– Хьюсден. С учетом обстоятельств я вряд ли буду настаивать, чтобы ты сдержал свое слово.

– Я… я не знаю, что сказать. Если бы дело было только во мне, то мы, конечно, остались бы вместе. Но семья…

– Никуда не денешься от семей, – сказала она с печальной улыбкой. – Знаю.

– Может быть, ты станешь моей любовницей?

Анджела рассмеялась, и агенты уставились на нее.

– Ох, Хьюсден, ты действительно неподражаем. Нет, ты пойдешь и найдешь себе чудесную пару. Пожалуйста. Ради меня.

– Я люблю тебя, Анджела.

– Мне тоже нравилось заниматься с тобой сексом.

– Дело не только в этом, ты знаешь.

Она снова подняла руку, любуясь кольцом в последний раз. Бриллиант, из которого его вырезали, должен быть размером с утиное яйцо. «Невероятно!»

– Кольцо при мне. Я смотрю на него прямо сейчас. Оно красивое, Хьюсден.

– Оно твое. Его сделали для тебя.

– Ты и впрямь лучший. Но я не могу его сохранить… в буквальном смысле не могу. Приставы заберут его у меня и продадут. Я не могу его оставить. Это величайший романтический жест в нашем поколении. Забери его и отдай следующей невесте. Та, которая заслуживает тебя, заслуживает и его.

– Давай я поговорю с семьей. Может, мне удастся добиться согласия на брак.

– Нет, мой дорогой. Не делай этого. Честное слово, лучше любить и потерять. Продолжай жить прежней жизнью ради меня, хорошо?

– Но что ты будешь делать?

«И снова этот вопрос. На что годна гражданка Нового Монако в реальном мире?»

– Со мной все будет в порядке, не переживай. И в любом случае я же один-в-десять, помнишь? Вполне вероятно, что мы с тобой в конечном итоге встретимся. Однажды, до того, как моя тысяча лет истечёт.

– Я буду считать дни.

– Считай. Но прямо сейчас я хочу, чтобы ты позвонил агенту Мэтьюзу. Скажи ему, что помолвка отменилась и кольцо принадлежит тебе. Он позаботится о том, чтобы ты получил его назад, ладно?

– Я позвоню. Анджела, я действительно тебя любил.

– А я тебя никогда не забуду. Прощай, мой дорогой. – Она повернулась к толпе агентов. – Эй, Мэтьюз.

Когда он оглянулся, она уже успела снять кольцо.

– Лови!

На лице агента, который бросился ловить вертящееся в воздухе кольцо, отразилась комичная паника.

– Через минуту вам позвонит мой бывший жених. Позаботьтесь о том, чтобы оно к нему вернулось.

Агент бросил на нее сердитый взгляд.

Теперь пришел черед по-настоящему важного звонка.

– Не могу поверить, что ты мне позвонила, – сказала Шаста. – Мы все знаем, что случилось, – картель и все такое. Принц объявил, что продлевает вечеринку на день. Это будет чудесно.

– Правда? – проворчала Анджела. – Он что, запустит «Аполлон» в честь праздника?

– Ты больше не имеешь права мне звонить. Тебе это известно.

– Если ты знаешь про картель, тогда ты в курсе, что мне бы сейчас не помешала помощь.

– Есть много межмировых благотворительных организаций, которым я делаю щедрые пожертвования. Моя элка передаст тебе список.

– Нет, Шаста. Мне нужна помощь. Мне нужно, чтобы ты вытащила меня с этой проклятой богом планеты. Сегодня.

– Эта планета – рай. Не звони мне больше. Моя элка не даст тебе доступ. Всего хорошего, Анджела.

– Сука! – рявкнула Анджела, но связь уже прервалась. Теперь у нее образовалась серьезная проблема. Она думала, что может положиться на Шасту. Если бы они поменялись ролями, она бы точно помогла. «Разве не так?»

– Все в порядке? – спросил Марлак.

– Не знаю. Агент Мэтьюз?

Он покинул остальных и подошел к ней.

– Да.

– Сейчас глубокая ночь. Мой отец покончил с собой, а я банкрот, которого вот-вот вышлют. Вы не возражаете, если я сейчас отправлюсь поспать?

– Разумеется, нет.

Анджела проснулась одна. Это становилось привычкой, от которой она надеялась быстро избавиться. По крайней мере, она лежала в собственной спальне – которая, несмотря на абсолютно безупречный декор, разработанный лучшими стилистами всех транскосмических миров, сегодня совсем не казалась домом.

«Потому что это не мой дом. Больше не мой. Он принадлежит банкам».

Она приняла душ и вошла в одну из своих гардеробных. Решила, что наряд дня будет состоять из простых джинсов и свитерка. Начала говорить элке, чтобы та вызвала горничную и парикмахера, потом осеклась. Пробормотала: «Глупо…» В весьма многих смыслах.