Кесарь земли русской. Трилогия (СИ) - Высоченко Александр Валерьевич - Страница 78

Наша галера медленно обходила останавливающееся судно врага, а я погрозил кулаком людям, что со страхом взирали на меня и подал команду - за первым вперед, догнать, трави носовой парус.

Нижний линь, что крепил косой носовой парус чуть отпустили, буквально на метр и парус уйдя далеко за пределы корабля наполнился воздухом. Мы догоняли, и я долго не собираясь преследовать врага подал команду - арбалетчицы на нос целься, бей!

Одного залпа хватило, чтобы весла убегающего судна поднялись вверх и оно начало останавливаться.

- Ну, что брат - похлопал я по плечу Радомира - готовь до смотровую группу.

У Радомира рожа расплылась в хищной ухмылке и когда мы приблизились к вражеской монере он крикнул - суши весла, право на борт, убрать паруса.

Я аж воздухом подавился, вот же капитан Блад блин. Нос нашего судна чуть сильнее, чем нужно ударил по борту минеры и пройдя вскользь начал тормозится. Ну я чуток не рассчитал, хотел подойти плавно. А получился удар. Но это только добавило эффекта, с гиканьем и криками наши мечники начали перепрыгивать на борт вражеского судна и бесцеремонно вязать экипаж. А пока шла работа по захвату этого корыта, я с верху рассматривал, что валялось внутри захваченного судна. Наша либурна была на целый метр выше по борту монеры и я видел несколько десятков связанных людей засунутых под лавки.

- Эй Радомир - крикнул я - а ну проверь что там у них под лавками.

- Бабы - заржал Радомир - это людоловы, они рабов везут.

Ну тут теперь все понятно, эти товарищи уходили от побережья на запад и везли девок. Толи чудинок, то ли эстонок или как их там сейчас зовут, а мы для них типа конкуренты вот и пытались сбежать.

- Радомир, девок давай сюда, оставайся там со своими воинами, а я пойду ко второму судну.

Мы перегрузили рабынь и оттолкнувшись от борта медленно начали разворачиваться.

Когда начали приближаться к первому остановившемуся судну, то я увидел как за борт вываливаются какие то мешки.

- А ну налягай - заорал я - и раз, и раз, и раз. Арбалетчицы целься, бей.

Стая болтов пошла в направлении цели и на судне прекратилась всякая суета, мы медленно приближались, а на наших глазах изгибаясь уходили в воду шесть мешков. Вот суки, улики уничтожают, протоевропейци, бля-ть.

Я наклонился, вцепился рукой в борт и подхватил один из мешков вытащил его из воды - держи - крикнул я и когда чьи то руки подхватили мешок, я опять наклонился и вцепился рукой за мешковину второго.

Остальные мешки уже плавно растворялись в глубине моря.

Тащите мешки, досмотровая группа к бою, на борт марш!

Мешки развязали и увидели перепуганные лица девок, лет четырнадцати а может и меньше. Я еще не научился разбираться в возрасте, поэтому оценивал чисто по сиськам. Если сисек нет, значит 10 лет, если есть но маленькие, значит 12-13, а большие, так это уже вполне половозрелая женщина по нынешним меркам.

У этих сиськи только обозначались бугорками.

На корабле осталось всего четырые пленницы и выходило, что мы вытащили двоих, еще четверых освободили, а остальных работорговцы успели сбросить за борт пока мы гнались за первым судном.

Вот вам и вся тяжелая, правда этого времени, и наверное еще лет на тысячу вперед, нет тут понятия ни гуманизма, ни прощения, все кто не свои, все чужие. А чужаков нужно уничтожать, потому как они тебя не пощадят, не тебя не твоих родичей это уж точно. Вот так просто, выкинуть за борт людей, просто так. Вернее не просто так. Разгадка оказалась достаточно простой. Когда мы через два дня малым ходом тремя кораблями пришли в свое селение Приморское, то там оказался переводчик, который достаточно четко нам пересказал все лепетания захваченных пленников.

Это действительно были людоловы свеолы, они пришли за рабами, но эти земли под охраной готландцев. Готландцы наладили выгодную торговлю с эстами, они скупают шкуры у эстов, а продают железные изделия и соль.

Мы освободили, двенадцать девочек и семь пацанят. Утопить свеи или будущие шведы успели аж восемь человек. И ходили они действительно селение эстов, что продавало янтарь торговцам. Но в селении не оказалось мужчин, те ушли на какую то разборку со своими соседями и шведские купцы долго не думая перебили всех оставшихся защитников, ограбили селение, забрали весь янтарь, изъяли все железо, взяли рабов и пошли домой. А когда увидели, что их преследует судно, то подумали, что это судно готландцев, вот они и испугались и решили сбежать.

Мы когда уходили я приказал всех раненых шведов выбросить за борт, а тех кто цел мы повязали и притащили с собой. Захваченных врагов было аж двадцать семь человек. Я хотел всех выкинуть за борт, но Радомир возмутился - ты что брат, ты как вести дела собиравшийся при таком плохом отношении к товару, отведем их в лагерь к Гореславу, что мы строим на Славутиче, то есть на Днепре, он их продаст залетным купцам.

Суда забрали, при детальном осмотре обнаружили кучу железного хлама и несколько корзин янтаря. При чем янтарь меня не заинтересовал, я то знаю, что эту древнюю смолу будут и через тысячу лет тут копать, а вот железо меня напрягло. В куче железных изделий я видел все, даже выдернутые гвозди, какие то мотыги, молотки, топоры, пилы, во общем все железо, что смогли отодрать, все шведы забрали. Получается, что в этом мире железо реально очень ценится, если местные пираты даже гвоздями не брезгуют. Мне требуется пересмотреть свои цены на железо, иначе я им тут дефолт устрою, а за такое меня местные бандгруппировки, гордо именующие себя империями, королевствами и княжествами просто четвертуют.

Брат, просто подпрыгивал на месте, он тут же все поделил и сказал, что забирает у меня все морские суда, а весь товар и все речные суда отдает мне.

Я внимательно посмотрел на него и спросил - брат, а ты понимаешь сколько тебе нужно людей, чтобы управлять четырьмя морскими судами?

Радомир посмотрел на меня как на ребенка и сказал - две с половиной сотни воинов. А в чем дело?

- Как это в чем дело - не понял я - а где я тебе возьму сколько народа.

- Ахаха-ха, та ты не волнуйся так князь - Радомир хлопнул меня ручищей по плечу - я найду тебе, сколько хочешь воинов. Ты только смердов своих заставь железо добывать, а воевать будем мы. Там - Радломир показал на юг - там много пахарей, дикари Хунну согнали их со своих земель и теперь люди прячутся в лесу, я помогу тебе, мы вытащим из лесов народ и посадим их на весла. Я за этот поход взял столько добычи, сколько не брал на Славутиче за целый год.

В селении Приморском я устроил совещание.

- Богдан сказал - князь мы тут столько понастроили, жалко все это бросать. Вот и колодезь в остроге выкопали, скоро вышку достроим, старики вон лодки делать собираются, кучу досок понаделали и сушиться положили. Если уйдем, то враги все разрушат и селение спалят. А если встанем на стены, то хоть сколько то врагов побьем, все меньше к Полотску подойдет.

- Богдан - мягко сказал я - чтобы оборонять это селение, ты на стены должен поставить не меньше пяти десятков воинов, а у тебя всего два десятка стариков. У тебя не получится отстоять селение, только сам погибнешь, а селение все равно сожгут.

- Так ты мне дай людей - попросил Богдан - хоть два десятка дай.

- Ну что с тобой делать - я повернул голову к Радомиру - а ты что скажешь брат?

- А что мне сказать -развел руками Радомир - ты князь тебе и решать, но я бы это селение не оставлял, оно путь из моря в наши земли прикрывает, а ну как враг тут крепость поставит и что ты потом будешь делать.

Да, вопрос конечно интересный, крепость в двух десятках километров от моря конечно форпост хороший и реальных проблем мне создаст куча, а вот я тут пока удержатся не смогу. Но ведь и вправду если хочешь спасти что то большое, то нужно уметь жертвовать малым.

- Ладно Богдан - выдал я свое решение - все доски, что вы для лодок наготовили, пускай вход на обустройство двух вышек, на верху которых поставь башни для стрелков. Я тебе оставляю десяток самострелов, и на вышка постоянно пусть дежурят стрелки и днем и ночью. Когда случиться нападение, то стрелки сверху много врагов побьют. Поставь ворота и все лодки как только разведку врага увидите, затащить за ворота, чтоб ни одно весло и ни одна лодка врагу не досталась, все понятно.