Кесарь земли русской. Трилогия (СИ) - Высоченко Александр Валерьевич - Страница 284

   Боевые потери в 95 человек после одного, всего одного боя, это слишком много, а еще пропали без вести 16 человек, может так и лежат на поле под трупами врагов или тушами павших коней.

   В этом походе мы куда то шли, потом маневрировали, потом строили и копали, а еще три месяца тренировались и все это ради одного боя, в котором я потерял только убитыми треть своей дружины. А еще полный разгром дружины Радко, он потерял больше двух третей, я то видел сколько их проскакало мимо меня.

   А к стати, где Радко? Где этот чертов алан Обияр? Они что бросили своего царя? Или может, что то произошло чрезвычайное? А если вот прямо сейчас Орлеан уже штурмуют войска римлян, то получается что Радко и Обияр где то там, а значит, что мне идти к Орлеану нельзя, нужно забирать севернее и обходить этот проклятый городок, который Атли не смог взять за 20 дней.

   Я направил три дозора по 5 человек, что бы проверили подступы к полю с западной стороны и уже к полуночи мои дозорные обнаружили и привели отряд Любека.

   После короткого совещания было решено не медля готовить волокуши и погрузив на них раненных идти на северо-восток в обход Орлеана. Спать будем днем, а идти будем ночью, если понадобится то поведем коней в поводу. Но оторваться мы должны от преследования не медля.

   Три дня мы тащились на северо-запад, а потом на запад, а на четвертый день мы встретили воинов Валамира.

   Да ситуация тяжелая. Валамировы люди рассказали, что их отправил царь встретить ромеев и задержать их подход к Орлеану. Они бились с передовыми отрядами врага целые сутки, а потом прискакал посланец от Атли и приказал отходить. Орлеан все таки Атли взял, взял и сжег, а Атли отступил со всеми силами к Труа.

   При переходе Сены у Труа он не вошел в город. Епископ Лу предстал перед Аттилой, прося его пощадить не только жителей такого беззащитного города, каким был Труа, не имевший ни ворот, ни стен, но также и сельское население.

   - Хорошо, - сказал царь, но ты будешь меня сопровождать до самого Рейна. Святой человек не может не принести счастья мне и моему войску.

   Аттила взял епископа своим заложником на всякий случай, как пастыря, уважаемого во всей стране и важного в глазах римлян. За городом Сансом Аттила вышел на место менее опустошенное, нежели окрестности Орлеана, и совершенно открытое, где наша кавалерия, в случае битвы, имела бы преимущества.

   Аттила, достигнув открытых полей Мавриака, начал подготовку к новому сражению, а римляне стали у Орлеана дожидаются готтов и их союзников.

   Выходит, что Атли проиграл эту войну политически. Как он смог допустить соединения готтов и ромеев, но ведь был такой хороший план? Да, тут как всегда, гладко было на бумаге, но забыли про овраги.

   Говорят, что Аэций, ожидавший Теодориха в Юлийских Альпах как узнал об осаде Аврелиана, поспешил к берегам Луары, где соединился с западными франками, бургундами и сарматскими наемными войсками, а вот войск Теодориха все еще нет.

   Мы прибыли в лагерь Атли и я пошел к царю, но к царю меня не пустили, он видите ли в печали. Да пошел он на хрен, стратег мля.

   Я развернулся и пошел искать свои обозы. Обозы нашлись через два дня. За это время у нас умерли 12 тяжело раненных бойцов и еще пять из нормально обихоженных раненных. Таким образом общее количество погибших и пропавших без вести только в моей дружине достигло цифры 92 человека.

   83 были в строю, а еще 105 человек имели серьезные ранения и их можно было с этой войны списать, то есть отправлять с обозом на родину. Были еще те, кто ушел искать корабли Радомира, их должно вернутся 20 человек.

   Мы провели санитарную обработку всех раненных, вот тут и понадобился мой боченок спиртовой настойки на травах и целая бригада фельдшеров. В обозе у меня было 10 специально подготовденных врачевателей, которые умели не только стрелы извлекать и шины накладывать, но могли вполне сносно промыть и зашить рану.

   Вот тут я и стал просто незаменимым человеком. Как только соседи увидели, что у меня в обозе вполне профессионально проходит оказание медицинской помощи раненным, то люди пошли. Я наказал помогать всем, но не за бесплатно, пусть отдариваются кто чем сможет.

   Дружина моя пополнилась обозниками, я раздал брони и коней самым здоровым воякам, и наказал всем остальным быть готовыми стоять в пешей рати с арбалетами и огнеметами.

   Вожди союзных отрядов Олов и Кроивко таки не выдержали и полесле взятия стен полезли в Орлеан, пытаясь нажится на разграблении беззащитных жителей. Но жители оказались нихрена не беззащитными и оказали страшное сопротивление. Каждый дом приходилось брать штурмом, на каждой улици были оборудованы завалы и баррикады, а на чердаках сидели стрелки. В результате бесполезного штурма и зачистки Орлеана Олов и Кривко потеряли больше половины своих воинов. И теперь Олов имел всего шесть десятков человек, а Кривка едва полторы сотни.

   Эти горекомандиры тутже прибились ко мне и попросили трофеев, так как в городе взять ничего хорошего не получилось, все захапали люди Ардариха. пришлось дать, а коней теперь было и так полно.

   Вот за какой то короткий миг я обзавелся опять конной дружиной почти в пять сотен человек, с учетом обозиков. Правда теперь эта дружина ничем не отличалась от гопников бургундов или люмпенизирующих германцев.

   На третий день врачевания ко мне в шатер вошел человек. Я его осмотрел и охнул. Вот это да, вот это картина маслом, да тут чистый руссич нарисовался, то есть именно тот тип, как рисуют в наших исторических картинах. Оказалось, что это князь черемисов.

   Я почесал бороду, слышал, что Аркх говорил про встечу с черемисами, что пресовали мосхов и весь, а я вот собрался торговать с мосхами и уж тем более с весью. И кто такие черемисы я раньше не догадывался, а тут типа чуваша с картинки, или московского мужика образца 11 векая, даже лапти имеются. Из оружия только красивый топор и сулица, да щит за спиной.

   Мы поговорили, князь черемисов сказал, что имеет также много раненных, а как услыхал, что тут имеются чудо волхвы самого князя болотного Чеслава, что людей из-за кромки вытаскивет то сразу и пришщел.

   Пришел и пожаловался, что имет почти сотню раненных, и из них сын его среднинький.

   Я наказал осмотреть всех раненных и сына вождя конечно. Ни на царя, ни на князя этот человечек похож не был. Ну мужик, как не крути а обычный деревенский мужик. И звали его Авдей.

   Черемисы потеряли при штурме Орлеана много людей, и сейчас их вождь тоже больше походил на сотника, чем на царя. Мы сговорились держатся вместе. Однако я не собирался держать своих раненных здесь, нет смысла ждать их выздоровления, нужно их домой отправлять. Вот я и пошел к Атли. Как не странно, но Атли махнул рукой, типа валяй, пусть уходят. Потом я пошел к Валамеру и договорился о проходе через его земли к Риге. Валамер дал мне двоих проводников. Вот на пятый день я отправил обоз с трофеями, своими раненными и еще три десятка сопровождающих воинов домой.

   Кроме того пришла весть, что мои люди таки нашли корабли Радомира и за приличную плату сговорились о доставке рабов и имущества в Ригу, а вот своих людей на усиленеи моей дружины Радомир не дал. Однако с тех кто искал Радомира и охранял рабов ко мне вернулись 28 человек, а остальные уплыли в качестве охраны рабов. Позже пришла весть, что в устье Лабы (Эльбы) стоит и мой флот, так выходит можно отправить всех раненных на корабли. Поэтому я направил караван к Лабе. а там пусть идут вних по течению реки. Единственный косяк был в том, что там земли варнов, а с варнами у меня проблемка из за смерти сына их вождя, которого я сжег по приказу Атли. К кораблям ушли почти полторы сотни человек и они получили наказ называтся людьми Радомира, а про Чеслава мол знать ничего и не знают.

   Все мои люди, теперь имели не сбалансированный состав. То есть всего то 120 всадников закованных в бронь и умеющих воевать новым конным строем, почти 100 моих бывших пеших, что умеют с трудом ездить на коне, но воевать не умеют. А при встрече с противником будут старатся спрыгнуть на землю и уже махать железом на твердой земле. И почти две сотни таких же союзников, на конях, но почти пешцев.