Кесарь земли русской. Трилогия (СИ) - Высоченко Александр Валерьевич - Страница 199

Но вот именно сейчас у Харлава есть хорошая возможность стать конунгом, нужно сделать так. чтобы с похода не вернулись Олаф и Хругви.

И вот сейчас узнав о поражении готландцев, все ярлы озера Меларен собрались в морской поход, и никто не позволит Олафу пройти домой, так как побоятся, что Олаф попытается разграбить там их земли, пока остальные ярлы будут в походе.

Теперь либо соглашаться, либо готовится к бою.

Олаф был умным ярлом, к тому же он прекрасно понимал силу с которой придется столкнутся, а это не только сконцы и недобитые готландцы, это и непонятные князь Чеслав с огромной дружиной. Вот будет удивление у этих размалеванных увальней, когда они увидят корабли Чеслава и его брата Радомира, вот умора.

Олаф согласился, он согласился пойти в поход на готландцев, а если получится, то можно пощипать и сконцев, так как у тех толстосумов всегда серебра много и железа хорошего добыть у сконцев можно.

Но у Олафа зазудело в подбородке, у него всегда чесался полдбородок, когда его чутье предвещало опасность. А опасность вот она рядом, эти два размалеванных медведя при первой же возможности попытаются убить и Хругви и Олафа, чтобы стать единовластными правителями озера Меларен.

Но у Олафа есть шанс, есть непонятный Чеслав, который может сорвать все планы неуравновешенных братцев.

В обед шестого дня, когда море уже стало успокаиваться, наблюдатель, что сидел на вершине горки замахал руками и что то начал кричать, указывая на север. Я медленно поднялся к нему на наблюдательный пост и увидел вдали два десятка черных точек на воде. Корабли, это были корабли. И шли они с севера с земель свейских морских конунгов. Вопрос только в том, это друзья или враги? Вот ведь сбежал от Радомира местный свейский ярл Олаф. Не стал воевать с данами, а воспользовавшись большей скоростью своих суда просто ушел на север. А теперь похоже собрал кодлу и идет назад, вопрос только зачем? Может нам помочь желает, а может и нас побить хочет, в надежде на то, что нас потрепали даны. По любому нужно готовится к встрече.

- Я возьму сотню воинов и мы с Аркхом на четырех малых и двух больших судах выйдем в залив и встретим гостей в море - сказал Радомир - а ты смотри внимательно брат, еще одна группа может подойти по берегу.

- Ты думаешь они нападут? - спросил я Радомира.

- Могут попробовать, они ведь думают, что нас даны серьезно потрепали - ответил Радомир - а если решат побить нас, то обязательно нападут и с берега и с моря. Ты Чеслав неплохо командуешь пешими воинами, вот и охраняй наш лагерь, а уж мы с Аркхом встретим гостей в море, нам это не впервой, мы привыкшие на воде биться.

- Гореслав - заорал я - собери все брони и одень наших воинов.

Я повернулся к Радомиру - возьмешь арбалеты? - спросил я.

- Нет, твои самострелы хороши, но у свеев большие борта и прочные щиты, я лучше все луки возьму, лук может стрелу за щит забрасывать.

- Как так за щит? - не понял я.

- Да все просто мечешь стрелу прямо в небо, а она потом падет вниз и поражает гребцов за щитами, мы на Славутиче так охрану купцов били, так что опыт есть.

Я спустился с горки и пошел к своим людям.

- Судислав - обратился я к своему десятнику - отправь вон туда к лесу пятерку воинов в дозор, пусть осмотрят подходы к нашему лагерю, и вон туда на горку посади десяток воинов с арбалетами. Пусть оборудуют себе позицию и если враг нападет пусть бьют болтами во фланг нападающим.

- Гореслав готовь лагерь к обороне, чайки перевернуть и поставить в круг, женщин и раненных укрыть за чайками, и позови мне сюда старшего от готландцев.

Привели мужика пленного, тот осматривал меня так же внимательно как я осматривал его.

- Там враги ваши идут - я махнул рукой в сторону моря - свеи идут сюда, не ведомо мне с чем идут. Толи с миром, то ли с войной. Если война будет, то вас всех перебьют вместе с нами, договорится со свеями не удастся, а если с нами плечом к плечу станете, то отобьемся без больших потерь. Что скажешь готландец, с нами будете биться, или в стороне постоите.

Толмач перевел мою речь, и готландец задумался. Я видел и даже слышал как ворочаются в его голове мысли. Глазки то прищуривались, когда готландец думал, то расширялись, когда он что то складывал или вычитал, а потом он что то сказал, а я махнул рукой толмачу и тот перевел.

- Мы твои пленники, но свеи не пощадят нас - сказал толмач, переводя слова готландца - если вас побъют, то и мы умрем. Скажы вначале князь, что с нами делать решил, а мы уж и подумаем.

- Я хочу вас на землю посадить, есть у меня крепостица для вас, стоит в хорошем месте, там воеводой брат мой сидит Радомир. Неволить не буду, люди вы свободные, бабы ваши вон с вами останутся, получите сети, лодки и будете рыбу ловить, да торг моими товарами вести.

После того, как толмач перевел мои слова готландец задумался, а потом кивнул и пошел к своим людям. Людей у него было немного, но в этом случае и почти пять десятков воинов, хоть некоторые были и ранены, все таки сила хорошая. И свои раненные уже чуток оклемались и с копьем да щитом в строй стать смогут.

Долго готландцы не думали и их само названный вождь подвалил ко мне с интересным предложением, что хотят воины заключить со мной договор на служение на пять лет, так чисто для откупа, а потом типа я их отпустить должен с бабами и детьми куда глаза глядят. Наивные чукотские парни, да кому вы нужны будете через пять лет, и куда вы пойдете с насиженной земли. А может это такая форма вроде и согласились, и условия свои выдвинули, то есть показали себя свободными и гордыми людьми.

Далее происходило все как то буднично, никто не бегал с квадратными глазами и в панике, как обычно в кино показывают, зато все спокойно разбились на группы и мелкие командиры. То ли назначенные непонятно кем, то ли само назначенные по принципу крутизны яиц и длинны пениса, но работа шла. Несколько групп воинов в доспехах тащили недосмоленные ладьи и выставляли их в круг по типу крепости, другие воины вокруг этой 'крепости' вбивали в землю колья в три ряда в шахматном порядке. Это конечно не абы какая защита, но пока такие колья преодолеешь можешь поймать не одну стрелу в брюхо.

Женщины перетаскивали рыбу, что сушилась на веревках про запас в центр импровизированной крепости. Кто-то похватав пустые бочонки побежал к ручью за водой. В общем началась плановая подготовка к отражению нападения врага со стороны леса.

Я медленно прошел вдоль нашей линии обороны, осмотрелся.

Да не айс.

В отдельных случаях полоска леса подходила к нашему лагерю на удалении до 100-150 шагов, но наибольшее удаление было шагов 500.

Соответственно с того места, что подходит максимально близко к нам лес можно спокойно обстреливать лагерь из луков, и не дай бог начнут горящими стрелами лупить, просмоленные ладьи сгорят на хрен, тут к бабке не ходи.

Я прошел к самой кромке леса, а за мной тихой тенью шли два воина. Здоровенные такие, если что то они меня только своим телом часа три от стрел прикрывать смогут. Пройдя вдоль леса мне в голову пришла только одна мысль, это срубить засеку хотя бы шириной в две-три дерева и длинной в сотню шагов, и деревья валить к лесу кронами.

Осмотрев еще раз наши укрепления со стороны леса я пришел к нехорошему выводу, лес находился на небольшом склоне и наш лагерь был как на ладони. Маленький склон, со стороны воды его и не видно, а вот сверху вся ущербность нашей позиции на лицо. Тут десяток лучников поставить и нам хана, не дадут голову поднять.

Вот блин, придется опять принимать сложное решение, то решение которое я не очень люблю, то есть придется самим нападать, то есть выискивать подходящего к нам врага и лупить его с засады. А уж там как пойдет, другого пути нет. Хотя почему нет, можно загрузится на просмоленные ладьи и выйти второй линией в море, а те ладьи, что еще не просмоленные пока при топить возле берега.

- Гореслав - крикнул я своего воеводу - я хочу послать несколько групп глубинной разведки.